В воскресенье Фарида запланировала завершить дачный сезон и уже позвала помочь старшего сына, но накануне ее планы разрушил взволнованный звонок студенческой подруги.

- Фаридушка, выручай! - выдохнула та в трубку. - Только у тебя из всех наших дача на берегу Волги с камином и новой баней. Ты не представляешь, кто ко мне приехал! Мои дорогие итальянцы: дочка со всей семьей - с мужем и внучкой.
- Погоди, с каким мужем, со вторым, что ли? - удивилась Фарида.
- С каким вторым, с первым!
- Но ты же говорила, они давно не живут вместе.
- Это не телефонный разговор! - заявила подруга. - Ты скажи, можно нагрянуть к тебе на дачу всем кагалом? Зять хочет увидеть Волгу и в баньке попариться.

Родными подруги были уже лет сорок, помогая друг другу чем могли. Закрыть дачу на зиму можно и в следующие выходные. На правый берег Волги, в деревню Ключищи, где Фарида купила капитальную дачу, отдыхающие прибыли на двух машинах. В первой - она с сыном и невесткой, во второй - подруга со средиземноморскими гостями. Пока добирались, дважды останавливались по просьбе молодого итальянца. В первый раз он задохнулся от восторга, увидев сверкающую под остывающим осенним солнцем ленту великой русской реки. Долго стоял на крутом берегу, снимая величественные картины на мобильник. А во второй раз пожелал осмотреть белоснежную деревенскую церковь, быстро-быстро что-то расспрашивая у своей жены Марины по-итальянски.

Фарида, конечно, нервничала: принимать иностранцев ей еще не приходилось. Но молодая пара вела себя раскованно и непринужденно и так быстро нашла общий язык со взрослыми детьми Фариды, что волнение скоро покинуло хозяйку дачи.
Когда сын принялся топить баню, итальянец вызвался ему помочь. Марина с дочкой хлопотали над мангалом с шашлыками. А Фарида украдкой рассматривала гостей. Зять-итальянец ее разочаровал, мужчин этой страны она представляла в образе красавцев поп-звезд. А этот совсем мальчишка - хрупкий, тонкокостный, невысокого роста, не особо смуглый. Чисто итальянские у него разве что буйные кудри. Зато его дочка обещает стать редкой красавицей. Верно говорят - дети-метисы обладают уникальной внешностью.

- Не тяни, расскажи, они опять сошлись, что ли? - шепнула она между делами подруге, но та лишь отмахнулась: потом, потом…
Вышедшая из парной первой Марина, которую Фарида не видела много лет, раскрыла завесу тайны появления итальянцев в Казани.

- Тетя Фарида, вы, конечно, помните, как я оказалась в Италии? - спросила она.

Еще бы не помнить! Десять лет назад впервые в жизни студенческие подруги позволили себе путешествие по Европе, выбрав Италию. Сын Фариды ехать отказался, а вот Маринка, перешедшая тогда в последний класс, с радостью согласилась. Они увидели древний Рим, Ватикан, Флоренцию, Венецию и несколько небольших, но не менее потрясающих мест. И лишь потом поняли, насколько все увиденное перевернуло систему жизненных координат впечатлительной семнадцатилетней девочки.

- Мам, как же теперь жить? - задумчиво спросила Маринка в аэропорту на обратном пути.
- Стремиться попасть сюда еще раз, - ответила ничего не подозревающая подруга.

И жестоко пожалела потом о своих словах. Дальше, по мнению обеих матерей, произошла истинная драма. Окончив школу, Маринка заявила, что поступать никуда не собирается, поскольку срочно уезжает на работу в Италию. Матери, опешившей от такого заявления, дочь показала вызов из отеля в городке Парма, где русскоговорящих девушек приглашали работать на ресепшене, обещая полный пансион и неплохую зарплату.

Дальнейшее было залито горькими слезами женщины, вырастившей дочь без мужа и возлагавшей на ребенка большие надежды. На ресепшене Марина проработала два месяца и гордо уволилась: начал приставать администратор отеля.
- Вы не представляете, тетя Фарида, за какую работу я потом бралась! - вспоминала Марина. - Мыла грязную посуду в барах, подметала возле супермаркетов, работала в платных туалетах, лишь бы заработать денег на обратный билет и вернуться к маме. Туризм и эмиграция - вещи несовместимые.

Однако судьба улыбнулась Маринке. В маленькой химчистке на окраине Пармы ее сначала взяли на работу приемщицей. А затем 18-летний сын хозяина влюбился по уши в прелестную русскую синьорину… Была пышная свадьба и путешествие на огромном белоснежном круизном лайнере. Был год настоящего счастья и рождение очаровательной дочки. Эти подробности жизни Марины Фарида знала от подруги, которая тогда была на седьмом небе. Но потом… Ромео-юный отец заявил своей

Джульетте, что, видимо, поторопился с женитьбой. Он же еще совсем молодой, ничего в жизни не видел, хочет посмотреть мир. И отбыл в Европу искать приключений.
Маринка осталась с грудной дочкой на руках в чужой семье и чужой стране, которая снова повернулась к приезжей своей суровой стороной. Что делать? На этот раз, конечно, возвращаться к маме… Но когда она сообщила свое решение свекру и свекрови, сорокалетним владельцам маленькой химчистки и кафе, ответ главы семьи раз и навсегда поставил крест на попытках молодой матери вернуться на родину.

- Если хочешь, поезжай, - заявил свекор. - Но только одна. Наша пока единственная внучка родилась в Италии и останется с нами. Ее семья здесь, ни сын, ни мы не дадим тебе разрешения на вывоз ребенка из страны.
- В итоге невестка, брошенная мужем, осталась жить с его родителями. Разве я могла бросить дочку? - продолжала рассказ Марина. - Да, порой было очень несладко. Ни одной родной души рядом, совсем одна. Но другой судьбы жизнь мне не предлагала. Я работала в химчистке, дочка росла. Родители мужа меня не обижали, раз в три года к нам приезжала мама. И только я поехать в Казань не могла. С дочкой меня не отпускали, а поехать без нее я боялась. Все переменилось в прошлом году.

Муж, который не появлялся и не видел дочку целых восемь лет, в один прекрасный день вернулся к нам как ни в чем не бывало. Снова воспылал любовью ко мне, не отходил от дочки, заявив, что понял: мы - его настоящая семья. Просил начать все сначала. 

- Через восемь лет? И ты все простила? - ахнула Фарида.
- Да, простила, - мягко ответила Марина. - Ради дочки, ради своей семьи и того, чтобы еще раз увидеть Казань и обнять маму. Вы заметили, что она просто светится от счастья? А еще простила потому, что знаю, каково ребенку расти без отца...

Возвращаясь домой, Фарида думала о том, насколько мудра и терпелива эта девочка, которую, судя по всему, Бог наделил редким талантом прощения. Если бы им обладали они с подругой, не пришлось бы растить детей в одиночку. А жизнь сложилась по-другому.