В этом году исполнилось 80 лет нашему дому и саду в селе Ташевка. Каждый из членов семьи любит это место всей душой и считает своей маленькой родиной площадью в целых 7 соток.
В 30-е годы прошлого столетия у более-менее состоятельных жителей Казани появилась возможность (и возродилась дореволюционная традиция) снимать дачи для летнего отдыха. Пожив то в одной, то в другой крестьянской избе, супруги Ермолаевы - Мария Филимоновна и Вадим Михайлович (мои дед и бабушка), присмотрели и приобрели себе участок в селе Ташевка.

Купля-продажа свершилась, на удивление, просто. В семейном архиве хранится купчая, обклеенная акцизными марками 1936 года. Если присмотреться, можно прочитать, что за прежнюю хозяйку участка ввиду ее неграмотности расписался председатель колхоза. Труднее оказалось сохранить приобретенное. Сколько раз непредсказуемые власти пытались отнять этот клочок земли! Спасло, видимо, то, что ташевские дачники были людьми достаточно известными в Казани. Например, мой дед служил начальником республиканского Статистического управления и преподавал в финансово-экономическом институте. На дачных аллеях можно было встретить известного биолога, профессора Николая Александровича Ливанова, талантливого врача-отоларинголога Феодосия Васильевича Касторского, ученого-химика Татьяну Семеновну Гусеву. Правительство выдало этим людям своеобразную охранную грамоту, и документ позволил сохранить участки в пользовании семей. 

В то время автомобильного моста через реку возле Казани не было - работал перевоз, ходили неторопливые пароходики. Одним из них был легендарный «Волгарь», пронзительным гудком оповещавший окрестности о своем приближении. Двадцать пять километров до Ташевки пароход «Колхозница» преодолевал за 3 - 4 часа! Но пассажиры еще не умели торопиться. Сидя на палубе, они любовались волжскими берегами, вдыхали неповторимый запах воды, смоленых канатов, воблы и воды. Должно быть, именно с тех давних пор сохранился забавный обычай: нынешние пассажиры быстроходных судов, едва устроившись в креслах, достают припасы и, осыпая крошками себя и палубу, принимаются за еду, как их предки в стародавние времена на палубах «Волгаря» или «Колхозницы». 

Первое время сады служили людям местом отдыха. Вишни, сливы и яблони росли сами по себе. Есть урожай - хорошо, а нет, так в деревне можно недорого купить и фрукты, и овощи. Люди загорали, купались, катались на лодках, жгли по вечерам костры, танцевали под звуки патефона, ходили в лес за грибами, играли в волейбол и даже в крокет. Видимо, тогда и прилипло к горожанам обидное «даШник» - праздношатающийся бездельник. 

Только во время войны владельцы ташевских участков стали высаживать на своей земле овощи. Когда меня однажды спросили: «Дача у вас в Ташевке, сад или огород?», я растерялась. Эти понятия с детства были для меня неразделимы.

Прополов по поручению бабушки грядку виктории (так в наших краях и по сей день упорно называют садовую землянику), я имела полное право отправляться в лес за грибами. Покрутив тугой ворот водокачки, начерпав из Волги ведер пять воды и полив огурцы, я с чистой совестью могла часик-другой провести на берегу, купаясь и загорая. Так, одновременно работая и отдыхая, проводила школьные каникулы я, а позднее и мой сын. 

В эпоху тотального дефицита с карточной и талонной системой сад и огород был хорошим подспорьем для нашей семьи среднего (весьма среднего) достатка. Не имея участка, я бы не смогла предоставить ребенку возможность все лето быть на свежем воздухе, вволю лакомиться фруктами и овощами. Мой сын не научился бы лазить по деревьям, ловить рыбу, зажигать костер с одной спички, колоть дрова… 
Несколько раз возникала у садоводов идея объединиться в кооператив. Находилась и активная особа, готовая принять на себя обязанности председателя. Но неудобное расположение участков и неукротимый индивидуализм их владельцев так и не позволили довести дело до конца. В результате мы до сих пор самостоятельно платим все налоги и страховки, самостоятельно латаем свои заборы и лестницы, по мере надобности включаем собственные насосы, чтобы накачать воды для полива грядок. В этом есть как свои неудобства, так и значительные преимущества. Во-первых, никто и никогда не диктовал нам, «диким» дачникам, размеры и фасон домиков. Во-вторых, никто не заглядывал через забор и не указывал на недопустимо запущенный вид участка (мало ли у кого какие обстоятельства сложились в семье). 

Случалось, мы подумывали продать старый дом и приобрести участок в каком-нибудь кооперативе. Но избалованные тишиной и покоем, уже вряд ли сможем жить в коллективе. И как, скажите, обойтись без огромной прекрасной реки, текущей под самой террасой, и без лодки, качающейся возле буйка? 

К сожалению, некоторые участки дичают в прямом смысле этого слова. Молодежь не видит необходимости «горбатиться» на грядках из-за ведра томатов и десятка перцев. А старые владельцы, бескорыстно любившие свои не слишком удобные и не очень плодородные наделы, уходят. Многие завещают похоронить себя на тихом уютном деревенском кладбище. 

Как известно, без хозяина дом сирота. Долгие годы в меру своих сил и средств мне удавалось лишь поддерживать хозяйство в более или менее приличном состоянии. Но вырос, возмужал сын, и участок в Ташевке наконец-то обрел любящего хозяина. Взамен скособочившегося восьмидесятилетнего дома он построил новый. Мы с невесткой выращиваем фрукты и овощи, испытываем новые сорта, высаживаем полюбившиеся. Устроили альпинарий, не забываем о цветнике - сад расцветает с первыми крокусами, а осенью дарит нам на прощание букетики безвременников. 

В последнее лето своей жизни 93-летняя мама попросила привезти ее в Ташевку. Она смогла попрощаться с любимым местом, а обратно до машины внук нес ее уже на руках.

Но год спустя в Ташевку привезли малышку Таю - уже пятое поколение ташевских дачников! Она сразу же полюбила это место и теперь, едва уехав в город, начинает проситься «на папину дачу».

И это неудивительно: участок в Ташевке для всех нас место намоленное, это не просто земельный надел, а состояние души. По-иному, пожалуй, и не скажешь.