Валерий Миронченко ныне...Весной 1985 года Указом Президиума Верховного Совета СССР заместитель командира 191-го отдельного Невского ордена Александра Невского мотострелкового полка майор Валерий Миронченко был награжден орденом Боевого Красного Знамени за выдающееся руководство боевыми действиями, связанными с выполнением задания по оказанию интернациональной помощи в Республике Афганистан. В день награждения, 9 мая, такой же орден прикрепили и к Боевому Знамени прославленного полка, который отныне стал именоваться Краснознаменным.

Это была третья боевая награда офицера, прошедшего по крутым горным дорогам афганской войны с 1983-го по 1985-й: ранее он был удостоен ордена Красной Звезды и медали «За боевые заслуги». А всего у начальника Казанского высшего военного командного училища генерал-майора Валерия Николаевича Миронченко, который верой и правдой служит Родине без малого 43 года, насчитывается более десятка боевых орденов и медалей! Кстати, кроме Афганистана ему довелось участвовать в боевых действиях в Приднестровье и Южной Осетии, о чем напоминает еще один боевой орден – «За личное мужество».

Правда, тогда, в начале девяностых годов, он уже был начальником штаба – заместителем командира мотострелковой дивизии. А в далеком 1984-м - самом кровопролитном году в истории афганской войны – Миронченко командовал батальоном, а затем стал заместителем командира полка Льва Рохлина, впоследствии выдающегося советского и российского военачальника.

Под стать ему был и комбат Миронченко – такой же фанат нелегкого военного дела и настоящий вояка. Он действительно, как тот батяня в знаменитой песне Игоря Матвиенко, никогда не прятался за спины солдат. В январе 1984 года его батальон, усиленный десантниками из
345-й дивизии ВДВ, получил приказ пробиться через Ургунское ущелье в провинции Газни на юго-востоке Афганистана. Надо было помочь местным пограничникам, попавшим в беду. Четыре дня вел бой с моджахедами батальон Миронченко, подавляя огневые точки противника, оседлавшего все высоты. К тому же произошла утечка информации и душманы были начеку. И все же нашим воинам удалось выполнить задачу, хотя не обошлось и без потерь. Был тогда ранен и комбат.

Второй раз в лесистые горы Ургуна ему довелось попасть осенью. И эта вторая Ургунская операция оказалась столь результативной, что вошла в историю десятилетней войны как образец блестящей военно-тактической операции. Она, собственно, и явилась поводом для награждения полка орденом.

Надо сказать, что Ургунская долина, расположенная рядом с афганско-пакистанской границей, была местом сосредоточения бандформирований. Здесь они чувствовали себя спокойно и уверенно: с афганской стороны она полностью окружена горами, а единственная дорога, пролегающая через ущелье длиной 10 - 12 км, сплошь заминирована и забаррикадирована. Афганские моджахеды хвастались, что сюда не ступала нога ни одного «шурави». А один полевой командир в интервью какой-то западной телекомпании даже заявил, что если хоть один советский солдат войдет в Ургунскую долину, он наденет... паранджу!

Операция проходила в октябре-ноябре 1984 года под командованием командира полка Льва Рохлина, а после его ранения на заключительном этапе руководство операцией взял на себя Валерий Миронченко.

- Мы получили приказ заместителя командующего 40-й армией (наш полк имел армейское подчинение) генерал-майора Виктора Петровича Дубынина пройти через 10 - 12-километровое ущелье и захватить горное плато, где, по данным разведки, размещалась крупная база «духов», – вспоминает Валерий Николаевич. – Лев Яковлевич уже тогда был великим полководцем и стратегом: зная, что враг ждет нашей атаки у входа в ущелье, он придумал отвлекающий маневр. Пока наши саперы расчищали минные поля, полк демонстративно двинулся в другую сторону, усыпляя бдительность врага, а ближе к рассвету мы развернулись и на большой скорости ворвались в ущелье, захватив все командные высоты. Я шел во главе колонны, на 145-м бэтээре. Благодаря отвлекающему маневру, а также четким и слаженным действиям всех подразделений нам удалось к исходу второго дня выйти к плато.

Оно представляло собой плоскую долину площадью один квадратный километр, охраняемую со всех сторон душманами. Поняв, что просто так захватить плато не получится, мы сняли людей с брони, построили бэтээры в колонну и с зажженными фарами двинули ее... в противоположную сторону. В ту же сторону вела огонь и полковая артиллерия. А наши батальоны тем временем в пешем порядке двинулись в сторону плато. Миронченко и здесь оказался верен себе: шел в общей цепи солдат второго батальона.

Когда «духи» поняли, что их опять провели, было уже поздно. Не успели они развернуть свои ДШК (крупнокалиберные пулеметы), как артиллеристы начали подавлять их огневые точки. Разведчики тоже отличились, сняв без шума несколько часовых и обезвредив три-четыре пулеметных расчета. Благодаря умело проведенной операции 191-й отдельный мотострелковый полк почти без потерь, за исключением двоих раненых, захватил врасплох огромный оборонительный район моджахедов, в котором были сосредоточены склады вооружений и боеприпасов, снаряжения и продовольствия, техники и вещевого имущества. Причем захват произошел так стремительно и неожиданно, к тому же совсем не с той стороны, откуда ожидал противник, что находившиеся на базе душманы в панике побросали все.

...и в годы афганской войны- Спустившись в базу, мы были потрясены масштабом этого оборонительного района, - вспоминает Валерий Миронченко. - В прорубленных в горах тоннелях были оборудованы склады, казармы, учебные классы для подготовки боевиков, парк машин, радиостанция, типография, множество хозяйственных строений и помещений. Все это тщательно замаскировано в горном массиве под прикрытием кедрового леса и естественных складок рельефа.

Тогда в Ургунское ущелье прилетело все командование армии во главе с генерал-лейтенантом Леонидом Генераловым, а также множество журналистов из военных и центральных газет. Давая им интервью, Миронченко напрочь забыл о своем втором ранении, полученном в эти горячие дни. Ну а главными героями публикаций были, конечно, солдаты, офицеры и командиры 191-го полка и других подразделений 40-й армии, участвовавших в Ургунской операции.

Трофеи вывозили в течение нескольких суток. Чего тут только не было: три танка, триста минометов, более 500 единиц стрелкового оружия, множество патронов. Только одних мин вывезли более 50 машин. Немало было на базе и другого снаряжения. Личный состав полка, пользуясь случаем, переоделся в югославские горные ботинки, куртки, обзавелся палатками и спальными мешками. Но еще больше все обрадовались... финикам, которых тут хранилась не одна тонна.

Ургунская операция стала настоящей военной удачей командира полка Льва Рохлина, его боевого заместителя Валерия Миронченко, штаба и всего личного состава. После захвата базы стало ясно, что осень и зима в юго-восточной зоне Афганистана будут спокойными. Так и случилось: активные боевые действия в зоне ответственности полка начались лишь к концу лета 1985 года.

Остается добавить, что за мужество, героизм и умелое руководство завершающей стадией Ургунской операции подполковник Валерий Миронченко был представлен к званию Героя Советского Союза. Но, как это часто случалось на той войне, в штабах Минобороны СССР пожадничали, заменив высшую награду страны на орден Боевого Красного Знамени. А еще за эту операцию он был награжден афганским орденом Красного Знамени.

Впрочем, сам Миронченко не считает себя героем. Главное, по его мнению, что он остался жив и продолжает служить Родине. Для настоящего защитника Отечества лучшей награды не бывает.