Давайте признаемся, редкий человек не любит котиков. Маленьких и больших, пушистых и гладких, озорных и спокойных. Мурлыкающих, с мягкими лапками, таких притягательных для того, чтобы их погладить или потискать.

Кот Артема был другим. Его и котом-то назвать было сложно. Котище, котяра - здоровенная туша весила больше десяти килограммов. Знай Артем, какое вырастет чудовище из ничем не приметного котенка, непременно назвал бы его Бегемотом. А так этот монстр носил ласковое прозвище Пушок, данное дочерью Катей. Ага, попробуй этакого Пушка поднять да не быть поцарапанным, если животное не в настроении…

По мнению Артема, кот обладал истинно самурайским характером. Во-первых, смотрел на всех каким-то отстраненно презрительным взглядом, будто давал понять, что позволяет окружающим его людям находиться рядом. Второй отличительной чертой Пушка было абсолютное презрение к опасности. Неважно, что или кто на его пути: пылесос, соседский пес или даже сам Артем с тапком в руке. Кот мужественно шел к своей цели и, как правило, достигал ее.

Родился Пушок в неудачное время - под конец осени. Не каждый уличный котенок в таких условиях доживает до весны. Но Артем был уверен, что Пушок в любом случае не пропал бы. Отчаянный охотник, он с несвойственной его конституции грацией ловил птичек и мышей.

Так бы и рос кот одиноким ронином - самураем без господина, не случись его встреча с Артемом, а главное - с Катей. Отец и дочь, выходя из магазина, заметили у двери мокрого котенка. Несмотря на всю видимую отчаянность положения, он мяукал совсем не жалобно, а скорее требовательно.
- Пап, а давай кошечку подберем! - тут же загорелась Катя.

Артем и сам подумывал о том, чтобы завести какую-нибудь животинку в квартире. А что, дочери уже пять лет - пора бы и заботиться о ком-то, взрослая почти. Другое дело, что подбирать будущего питомца на улице в его планы не входило.
- Он ведь блохастый, наверное, - попытался возразить Артем. - Или болеет чем-нибудь.
- Ну па-ап, - протянула девочка жалобно. - Мы его к вертеренару отнесем, - попыталась она выговорить сложное слово с буквой р, с которой только начала справляться.

Артем задумался, потом подхватил котенка. Тот и не думал слепо подчиняться судьбе - тут же замолотил лапами в воздухе, один раз ощутимо зацепив руку мужчины. 
- Ого, да ты у нас боец! - оценил характер будущего Пушка Артем. - Кстати, это кот, а не кошечка.

Посмотрев на пушистый комочек еще мгновение, Артем решился.
- Значит, договоримся так, - сказал он, запихивая сопротивляющегося котенка в большой карман на рюкзаке Кати. - Если он вот так до дома с нами дойдет и не сбежит, мы оставим его себе.

Катя радостно кивнула. Признаться, Артем еще надеялся, что потенциальный питомец не сумеет выполнить свою часть сделки. Но, к удивлению мужчины, котенок, едва оказавшись в рюкзаке Кати, притих и стоически выдержал путь до будущего места жительства, даже не выглядывая из временного убежища.

Так выявилась еще одна черта самурайского характера Пушка - безмерная преданность и покорность хозяйке. А кто говорит, что кошки не умеют быть верными, просто никогда не добивался их любви. 
Маму Кати Алену Пушок откровенно терроризировал, нападая временами из засады и молотя лапой по ногам, не выпуская, однако, когтей. С Артемом же у Пушка сложился своего рода вооруженный паритет. Силу мужчины было сложно не признавать, за свои поступки кот постоянно отхватывал тумаков. Но было заметно, что питомец, несмотря ни на что, чувствует свою правоту.

А вот Катю Пушок обожал трепетно и нежно. В соответствии с кодексом бусидо самурай обязан ложиться спать ногами в сторону дома своего господина. Пушок пошел дальше и перед сном устраивался исключительно в ногах хозяйки. Гладить, да и вообще трогать себя Пушок позволял только Кате. Кроме того, он был обладателем длинной шерсти, которую девочка чесала большой колючей расческой. И чем энергичнее она это делала, тем быстрее он засыпал прямо во время процедуры. 

Была у Пушка еще одна особенность, никак не связанная с его самурайским характером: кот не мог издавать почти никаких звуков. Внимательный читатель наверняка заметил, что свою хозяйку Пушок обрел именно благодаря мяуканью. Так вот, немым кот был не от рождения - эту особенность он приобрел из-за своей любви к птичкам. На охоту Пушок выбирался регулярно, благо расположение квартиры на первом этаже тому способствовало. В тот злополучный день Пушок снова не остался без добычи, но та пошла ему не на пользу - мелкая острая косточка застряла в горле. Вернувшись домой, Пушок спрятался под диван, изрыгая утробное рычание и остатки птички, и никого к себе не подпускал. Артем тот случай запомнил на всю жизнь, потому что у него остался внушительный шрам - кот отчаянно отказывался отправиться к ветеринару. В итоге страдалец был спасен, пусть и не без последствий: мяукал он теперь почти беззвучно.

Мама Кати Алена неоднократно предлагала отвезти вредного и злого Пушка в деревню к родственникам. Да и сам Артем, несмотря на все уважение, вызываемое боевитым нравом питомца, подумывал, что совместная жизнь с этим зверем может закончиться для него и супруги ранним поседением. Но как об этом сказать дочке?

Однажды Артем и Алена отправились вечером в театр. Восьмилетняя Катя настояла на том, чтобы ее оставили дома одну и не вызывали бабушку. Девочка обещала смотреть мультики и пораньше лечь спать.
- За мной Пушок присмотрит, - заявила она.

Родители согласились - девочка росла самостоятельная. Возвращаясь домой, они встретили у подъезда Пушка в совершенно диком виде: шерсть дыбом, глаза горят, рот раскрывается в беззвучном крике. Стало понятно, что нужно спешить домой. 
Восстановив картину событий, Артем понял, что Пушок спас Кате жизнь. Девочка задремала, когда в квартире произошла утечка газа. К счастью, не слишком сильная, но Катя могла серьезно отравиться. Запах чувствовался. К счастью, Пушок мастерски умел открывать окно и выбираться на улицу. Так и кухня проветривалась. Вовремя подоспевшие родители вызвали аварийную службу и медиков.

- Ну спасибо, котяра, - попытался потрепать Пушка Артем, когда врачи осмотрели Катю, которая, к счастью, не пострадала.
Кот-самурай только фыркнул и огрызнулся. А на ночь, как всегда, устроился спать в ногах у своей госпожи.