Как-то в обед зашел он в библиотеку и ходит взад-вперед. Библиотекарша у него спрашивает: что, мол, вы ищете, может, чего-то из классики желаете? А он в ответ: «Поднос».
- Какой поднос?! Зачем?
- Как зачем? Супчик на него поставить! 

- Какой еще супчик в библиотеке?! 

Жил он один, без семьи. Кто ж пойдет за такого? Была, правда, попытка жениться. На Веронике Степановне - женщине старше его на двенадцать лет (чего Михалыч, впрочем, тоже не замечал). Почти все сладили, и он как-то вечером после работы пошел делать официальное предложение. Естественно, перепутал дом и в полутемном подъезде открывшей ему дверь женщине стал совать цветы и напрашиваться на поцелуй. Напросился - на шум в прихожей вышел муж и Михалыч вылетел из подъезда вслед за своими цветами. Вероника Степановна, узнав об «измене», обиделась и дала ему от ворот поворот.

А еще Иван Михалыч, на свою беду, любил ходить в баню. Ну, родители с детства приучили, что поделаешь. Душ и ванна для него были двоюродными родственниками. Все бы ничего, но бухгалтер время от времени путал мужское отделение с женским. Почему его туда пропускали, непонятно. Может, за сантехника принимали? Так вот, когда он с задумчивым видом заходил на женскую половину... Нет, были, конечно, постоянные клиентки, которые равнодушно отворачивались («опять этот очкарик без веника»), но активное большинство не переносило нарушения границы приличий. Из предбанника Михалыч вылетал как пробка из шампанского. А в понедельник появлялся на работе со следами помойки на лице...

Поворот в судьбе Ивана Михалыча произошел, как ни странно, 1 апреля. По своей природной рассеянности бухгалтер забыл, что в этот день (а выпал он на воскресенье) лучше не болтаться по улице и не вступать в диалоги со случайными людьми - прокатят на пустом разговоре. Отправился Михалыч в ближайший магазин за хлебом, молоком и остальными продуктами, обозначенными в списке. Дел-то на пятнадцать минут - перейти улицу и закупить необходимое. Но вот ведь какая оказия случилась: светофор на перекрестке сломался. Моргает желтым глазом, а зеленое око включать не хочет. Иван Михалыч как пешеход дисциплинированный тормознул у проезжей части улицы и стал ждать надлежащего сигнала.

На его устойчивое ожидание и рассеянный вид обратила внимание группа молодых людей, проходивших мимо. Ребятам захотелось пошутить - первое апреля все-таки.
- Гражданин, а вы знаете, что сегодня день почетных родителей, который отмечается во всем мире на свадьбах и юбилеях?
- Да... Кажется, слышал. А что?

- Мы сейчас как раз направляемся на юбилей нашего хорошего друга. Приглашаем вас стать его почетным отцом.
- А как же родной папа?

- О, он сейчас находится в длительной командировке в Антарктиде, ему явно не поспеть на торжество.

Прикол получился не совсем уклюжим, и Михалычу вроде как положено было сказать «с первым апреля - никому не верю», но по своей рассеянности и доверчивости он забыл про поход в магазин и ответил:
- Хорошо. Если так надо, я согласен стать почетным родителем. То есть папой.

Такого хода событий не ожидала уже группа шутников. Но ребята оказались с чувством юмора и не отмели пожелания случайного встречного. Тем более что на вид он казался безобидным и доверчивым. А что бы не продолжить розыгрыш в домашней атмосфере?

Ходьбы до дома предполагаемого юбиляра было минут пятнадцать. Шумная компания ввалилась в квартиру.
- Мама, а я себе папу нашел! - радостно прокричал из прихожей один из ребят.
- Какого папу, Марат? Наш папа ты же знаешь где... - в коридор вышла женщина средних лет и с подозрением посмотрела на вошедших.

- Знаю, знаю, он в экспедиции на Южном полюсе, - перебил ее сын и приложил палец к губам: молчи, мол, мы участвуем в розыгрыше.
- На Южном полюсе? Ну-ну...

Женщина не стала возражать, и компания прошествовала в комнату. У них с собой было, а хозяйка быстро накрыла на стол. У Марата действительно праздновался день рождения, приход гостей не оказался случайным.
- Мама, познакомься, это на сегодня мой почетный родитель.

«Папа» встал и вежливо представился:
- Иван Михайлович, бухгалтер. Мне сказали, что сегодня праздник такой - день почетных родителей. Вот молодые люди и зазвали меня поприсутствовать...
- Катерина Федоровна, учитель. А вы ничего не перепутали - с праздником?

- Ой, вы знаете, я за пределами служебного кабинета бываю такой рассеянный, что вечно что-нибудь путаю. Но ребята сказали... а как не верить людям? Нет, если что-то не так...

Застольная компания дружно загудела: «Все так, все так!», и Иван Михалыч сел на место.

Потом началось собственно торжество. Ребята поднимали тосты за именинника, пели песни под гитару. Неожиданный родитель предпочитал воздерживаться в возлияниях, но несколько теплых слов сказал:
- Я не думал, что быть даже почетным папой так приятно. Как-то по взрослой жизни мне не удосужилось жить в семейной атмосфере. Вот не случилось, что поделаешь... Дорогой мой почетный сын, я поздравляю тебя с юбилеем и желаю добра на все времена. И здоровья конечно!

Развеселившаяся компания приняла тост с восторгом. Снова начались песни, потом в ход пошла музыка. Молодежь затеяла танцы.

Раздобренный Иван Михалыч вышел на кухню. Катерина Федоровна возилась у крана с первой партией посуды.
- Вам помочь чем-нибудь? - бухгалтер был воспитан в интеллигентной семье и не мог не предложить помощь женщине.
- А где они вас подобрали? - задала неожиданный вопрос хозяйка.

- Как «подобрали»? Подошли на улице, рассказали про такой праздник, пригласили. Нет, меня не подбирали...
- А вы знаете, где сейчас находится настоящий папа Марата?

- В Антарктиде, мне сказали.
- В Магаданской области он, где пребудет еще девять лет. И похоже, уже не возвратится.

- То есть?..
- Все есть: сын, квартира, работа... и бывший муж в отсидке. Добра не хватает, уюта домашнего. Антарктида...

- Извините, я не знал.
- А вы не помните, что сегодня - первое апреля?

- Вот как... Знаете, я, пожалуй, пойду. Извините...

Далеко Иван Михалыч не ушел - добрая женщина взяла его под свою опеку. И рассеянный бухгалтер скоро научился жить за пределами рабочего кабинета.