Я защищал Сталинград, освобождал многие города и села. Но в октябре 1944 года был тяжело ранен, а в январе 1945 года меня из госпиталя отправили домой. Когда вставал на учет в своем военкомате, мне предложили поработать писарем-порученцем. Я согласился, так как эта работа была мне близка: я и на фронте нередко доставлял секретные приказы и наставления в различные подразделения и части.

И вот уже в апреле, когда сошел снег, приказали доставить документы в Дубъязский райвоенкомат. Предложили ехать на мотоцикле, но я отказался, боясь весенней распутицы, решил идти пешком. Надев кирзовые сапоги и теплую одежду, на которую накинул плащ-палатку, и прихватив для самообороны автомат ППШ с одним рожком патронов, двинул в путь. Райвоенком дал на все про все двое суток. А расстояние было немалое: километров 60 - 70.

Дорога оказалась трудной. Кое-где были огромные лужи, которые приходилось обходить. Миновал татарское село Большие Кургузи, подхожу к другому, которое называлось Сук Су. А тут дождь со снегом, началась пурга. Я встал под дерево рядом с мечетью, думая переждать непогоду. Меня обступили женщины, которые что-то пытались сказать по-татарски. Но я не понимал их. Наконец одна пожилая женщина взяла меня за руку и повела к себе в дом. Усадив меня на лавку, стала накрывать на стол. Жаркое из баранины с картошкой было отменного вкуса. Запив еду чаем с медом, я прилег на лавку и тут же уснул: ведь до этого отмахал почти сорок километров.

Когда проснулся, хозяйка стала жестами звать меня во двор. Я вышел вслед за ней, она привела меня к бане, сунула в руки мыло и полотенце. Помылся в деревенской баньке, а когда вернулся, меня ждало новое угощенье. Поев, стал горячо благодарить хозяюшку, прикладывая руку к сердцу и кланяясь. Она засмеялась и показала мне на постель огромных размеров с пуховой периной. Я разделся, лег на это чудо и сразу же уснул.

Наутро, позавтракав супом-лапшой с гусятиной, эчпочмаками и традиционным чаем с медом, поблагодарил хозяйку и сказал ей одно слово «Дубъязы». Она закивала, а когда я собрался, проводила до околицы и указала дорогу в райцентр.

Хозяюшку из славного села Сук Су я не забуду до конца своих дней. Возможно, у нее были на фронте муж, брат или еще кто-то, и она приняла меня как родного. Думаю, что и ее родных, воевавших на фронтах Великой Отечественной, вот так же кормили и обогревали русские, украинские или белорусские женщины.

Капитан из Дубъязского военкомата, которому я рассказал эту историю, сказал, что у мусульман есть обычай угощать путников и оказывать им всяческое гостеприимство - так записано в Коране.

Юрий АЛЬТМАН, инвалид войны.