28 января 2004 года казанцы занимались обычными делами. Череда новогодних праздников закончилась. Шла сессия горсовета. Силовики охраняли мир и покой. Была среда, послеобеденное время - самый разгар рабочей недели. Как всегда, на улице Кремлевской было много людей - такова жизнь главной улицы города.

В это время гражданин Кондратенко перемещался по Кремлевской от здания Главпочтамта к Национальному музею Татарстана. На почте он, как и положено, написал письмо, но никуда его отправлять не стал - избрал другой, на его взгляд, более верный способ достучаться до адресата.

В 14.15 Кондратенко зашел в Национальный музей. Раритеты его не интересовали. Некоторых людей в состоянии сильного подпития тянет на старину - припасть, так сказать, к истокам, но наш герой был не из таких. В кармане - письмо, в сумке - чудесное собственноручно изготовленное устройство, которое должно было придать посланию особую значимость. Забегая вперед, скажем, что последнее гражданину Кондратенко удалось - в России о нем услышали.

В музее герой надел на голову заранее приготовленную шапочку-маску с прорезями для глаз и громким хорошо поставленным голосом сообщил, что в сумке-де находится мощное взрывное устройство, которое он немедленно приведет в действие, если...

"Если" укладывалось в приятную глазу сумму денег. Первоначально Кондратенко потребовал 140000 денежных единиц в иностранной валюте, 2750000 рублей, 120000 долларов США. И плохо ему не стало. Наоборот, ему было хорошо! Принятая внутрь порция горячительного грела душу и толкала на подвиги. В противном случае герой обещал взорвать все вокруг: музей, людей и себя самого. В качестве доказательства показывал сумку с тяжелыми металлическими предметами, откуда торчали провода и два зажима, которые постоянно держал в руке. Написанное заранее письмо было передано властям.

В ходе переговоров с офицерами ФСБ и МВД Кондратенко несколько поумерил пыл и скромно потребовал "всего лишь" 150 тысяч рублей и 17 квартир в Казани. По словам нашего героя, квартиры требовались для расселения его соратников-афганцев и его самого, разумеется.

В 17.09 группа захвата обезвредила Кондратенко. "Бомба" оказалась набором испорченных электротехнических приспособлений, иначе - ломом цветного металла, в бутылке, которая находилась тут же, была обычная вода.

Кондратенко поместили в следственный изолятор. Следственным отделом УФСБ РФ по РТ было возбуждено уголовное дело по обвинению в терроризме и вымогательстве.

16 сообщников, о которых заявлял Кондратенко, на проверку оказались "мертвыми душами" - людьми, которых в природе никогда не существовало.

 Любопытно, что любимый город в тот день спал спокойно. Всеобщей тревоги не было, движение в центре города не перекрывалось. ФСБ, МВД и МЧС сработали хирургически точно. Большинство сограждан узнали о произошедшем уже когда Кондратенко вкушал казенный ужин в следственном изоляторе, да и то из теленовостей, а на следующий день - из нескольких газет. Силовики со всей серьезностью отнеслись к заявлению Кондратенко о том, что у него аж шестнадцать сообщников, и потому первоначальные мероприятия проводились в секрете. Как бы то ни было, когда потребовалось практическое применение навыков пресечения террористических проявлений, эта задача была успешно решена. Обошлось без жертв и разрушений. Экспозиция музея по-прежнему радует глаз горожан и туристов, служба охраны все так же бдительно выполняет свои обязанности.

Тем не менее слухи были. И первый из них развенчало следствие. Кондратенко никогда в Афганистане не был. Ни в каком качестве. 56-летний гражданин работал дворником в с. Печищи Верхнеуслонского района республики. Не было и соратников-афганцев. Знающим людям это было ясно с самого начала, потому что воинов-интернационалистов только в одной Казани в десятки раз больше.

Да и квартира в Казани Кондратенко не требовалась. По той простой причине, что ранее он в Казани жил, однако квартиру продал, чтобы купить дом в селе. Приобрел он при этом или прогадал - судить не нам, в любом случае это законное право владельца. Да и бытовые условия у Кондратенко были вполне приемлемые. Многие - очень многие - живут гораздо хуже. К слову говоря, наш герой имеет профессию газоэлектросварщика 6-го разряда. В разгар строительного бума такой специалист может заработать неплохие деньги.

У Кондратенко немаленькая семья - жена и четверо детей, один ребенок несовершеннолетний. Но и большие семьи в нашем городе не такая уж редкость. И сознательные отцы воспринимают свою многодетность как дополнительный стимул к труду.

Ну не было у Кондратенко веских причин совершать все то, в чем его сейчас обвиняют. Тогда почему?

 Для соседей Кондратенко не тайна (а для участкового - прямо головная боль) то, что наш герой долго и сильно пил. Был, что называется, мрачным семейным алкоголиком, за что и привлекался к административной ответственности. Отношения в семье также складывались не лучшим образом. Из четверых детей Кондратенко один в настоящее время находится в местах не столь отдаленных, другой недавно освободился. Да и сам патриарх в этом плане был не лучшим примером, имея три судимости по статьям, связанным с насилием и присвоением чужого имущества.

К сожалению, и таких семей немало.

Поражает само письмо, написанное Кондратенко властям, - аккуратным почерком, с разделами и абзацами, это письмо грамотного и очень неглупого человека! Эпистолярный жанр нашему герою не чужд, в письме достаточно правдоподобно, а главное - логично перечисляются все мнимые жизненные коллизии автора и его несуществующих друзей, речь идет о подрыве семи домов в Казани (в т.ч. ЦУМа и одного из вокзалов) и еще четырех в республике, причем одного - в соседнем Зеленодольске, ликвидации "гл.чиновников и еще 4 объектов". Басни автора о том, какого рода взрывчатка и куда будет заложена, показывают, что и об этом предмете он весьма наслышан.

Зажим, подсоединенный к сумке, который Кондратенко все время держал в руке, тоже, оказывается, был им изготовлен со смыслом. "...наше взрывное устройство сделано так - пока я держу руку сжатой, все на месте, но стоит ослабить пальцы..." Наш герой уже видел себя под прицелом снайпера!

Кондратенко продумал и пути отхода. "От вас требуется а/машина черная "Газель", на лобовом стекле со стороны пассажира рисунок - красный якорь размером 40х45 см... В течение 20 минут любая машина и вообще транспорт получат укус "мухи"..."

 На любой взгляд, действия, в которых обвиняется Кондратенко, в целом лишены логики. Последовательное, продуманное письмо - и нелепые требования рублей, у.е. и долларов. Угрозы подрыва - и указание на то, что деньги будут потрачены на покупку квартир в Казани. И видится такая картина: дали Кондратенко деньги, купил он со товарищи целый подъезд, и ходит себе на свободе с чистой совестью, и раскланивается с соседями. И никто его не трогает.

Маска-шапочка (самодельная), макет взрывного устройства (самодельный), письмо (последовательное и логичное) в то же время свидетельствуют о том, что все, в чем обвиняется Кондратенко, им было заранее обдумано.

Так кто же Кондратенко: неумный, непоследовательный хулиган или трезвый, расчетливый вымогатель?

Видимо, кто-то третий. Это человек, который с молодости всеми фибрами души ненавидел всех, кто живет лучше него, по той простой причине, что даром ему ничего не доставалось, а трудиться не хотелось. Это человек, который очень любит быть в центре внимания. Но люди оценили его по достоинству - и отодвинули на обочину жизни. Это человек, неоднократно совершавший насилие, наказанный за это законом и от того люто возненавидевший сам закон. Это "афганец", который никогда не был в Афганистане, прошедший школу цинизма на зоне и усвоивший ее на подсознательном уровне.

У него не было сообщников. Не было взрывчатки.

А если бы взрывчатка была? И дрожащие пальцы алкоголика и мизантропа держали бы контакты настоящего взрывного устройства?

Сергей ОДИНЦОВ.

P.S. Материал основан на версии следствия. Впереди у гражданина Кондратенко суд, который и поставит все точки над i. Но на его примере понятно одно: угрозы спокойной жизни наших сограждан не всегда исходят извне, из горячих точек. Некоторые из них сокрыты внутри.