Медный Лоб (как прозвали Толика деловые партнеры) не ошибся: закутанные в тряпье и обноски "старатели" встретили подрулившего на "девятке" шефа ударным трудом - ломами и кирками долбили застывшие груды технических отходов, греясь у костров, отмывали в керосине узлы и агрегаты, в похожих на крысиные норы землянках сортировали детали окончательно - на медь, алюминий, ценные сплавы.

Еще в машине, по пути на "месторождение", Соболев расписывал прелести "старательской" доли: копеечный труд бездомных бродяг, сверхприбыли, которые по нынешним временам делаются не только на дефицитных цветных металлах, но даже на обычном черном "хламе", роскошные деловые конференции с партнерами на Канарах или Антилах. Чем-чем, а хвастовством Толян отличался с юности - попав на зону в студенческие годы за обыкновенную "фарцу", он вышел оттуда крутым авторитетом и любил похваляться перед приятелями "царской" жизнью, которую вел в колонии.

Тогда, в начале 90-х, у несостоявшегося строителя пробудился интерес к промышленному сырью. До сих пор не знаю, легендарны или нет обильно курсировавшие в ту пору слухи о "красной ртути" ("органы" опровергали их с завидным упорством), но второй раз Толян сел именно по "ртутным" делам.

Похоже, новый срок пошел Соболеву на пользу - он решил остепениться и подался в продовольственный бизнес. Но то ли сбережений не хватило, чтобы создать империю наподобие "альпийской", то ли кисловатый привкус заработанных на металле баксов казался слаще любых деликатесов - Толик вскоре продал погрязшую в долгах оптовую продуктовую базу и занялся столичными свалками. Благо необходимые знакомства в определенных сферах имелись - аккурат в конце 90-х власти вознамерились поставить всю коммерцию цветными металлами под жесткий государственный контроль.

Попытка монополизировать высокодоходный бизнес в нескольких привилегированных структурах удалась лишь наполовину: вместо ожидаемого сокращения хищений электрокабелей, запорных устройств на трубопроводах волна краж захлестнула металлоемкие отрасли республики. Впрочем, значительная часть вовлеченного во вторичный оборот металла все-таки реализовывалась через полугосударственные "Вторчермет" и "Цветмет". Рынок для свободных перекупщиков техногенных отходов вроде Соболева, казалось, сужался. Но лишь на первый взгляд.

- Без нас, независимых коммерсантов, половина металла так бы и осталась гнить в отходах, - считает Анатолий. - Кто бы стал "разрабатывать" казанские свалки, особенно такую старую, как в Кадышево? Многие предприятия по-прежнему предпочитают вывозить "копеечный" для многих лом туда, а не мучиться с оформлением документов и дополнительными транспортными расходами у официальных заготовителей вторсырья.

Так что на самом деле простора для деятельности у частных сборщиков металлолома хватает. Даже зимой, когда, по словам Соболева, на свалках не самая "грибная" пора, ежедневный улов его фирмы исчисляется сотнями килограммов. А летом, в разгар сезона, разбросанные в пригородах столицы склады "компании" переполнены - только успевай вывозить сырье потребителям. Кто основные покупатели казанского металлолома? Коммерческая тайна, но по отдельным высказываниям "медного короля" становится понятно: среди них крупные металлургические предприятия России, есть, похоже, покупатели и из ближнего зарубежья - но об этом молчок...

- Кстати, почему тебя прозвали Медным Лбом? - задаю не слишком деликатный, но извинительный для старого знакомого вопрос.

- Была история, - усмехается "магнат". - Когда только осваивал "жилу" в Кадышево, наехали на нас тамошние мафиози. Во время одной разборки заехали мне в рыло бронзовым подсвечником. А я хоть бы что - даже вмятины не осталось...

Со временем Толян навел на свалке порядок. Но залетным искателям металла здесь и сегодня лучше не появляться - территория жестко поделена между несколькими "компаниями" и "гильдией" местных "вольных стрелков". Вот этих-то обитателей Раифского леса пуще всего и следует опасаться - в Кадышево до сих пор ходят слухи о ритуальных убийствах, якобы совершенных в здешних отвалах несколько лет назад. Впрочем, возможно, это лишь домыслы - "медные россыпи" под Казанью постепенно становятся объектом все более цивилизованного бизнеса.

Дмитрий ВИШНЕВСКИЙ.