В 2003 год служба скорой медицинской помощи Казани вступила, отметив свой 80-летний юбилей. Давайте взглянем на работу "Скорой" глазами одного из ее... чуть было не написала ветерана - нет, врач Ринат Гатауллин молод и энергичен, хотя стаж его работы в "Скорой" равен уже 25 годам. Думаю, не будет преувеличением сказать, что опыт его работы - это как бы опыт работы службы "03" в целом. И здесь, как и в жизни, хватает всего - и забавного, и трагического.

Тот, кто думает, что врачу "Скорой" достаточно лишь правильно поставить больному диагноз и грамотно провести медицинские манипуляции, даже не представляет, как ошибается. Я и сам так думал, но уже в самом начале работы в "Скорой" убедился, как важно быть терпеливым, хорошим дипломатом, ибо жизнь преподносит ситуации, в учебниках не предусмотренные.

Как-то раз нашу БИТ вызвали повторно в коттедж к одному крупному банкиру, приходившему там в себя после похищения рэкетирами. Так вот, женщину-врача, которая приехала туда по вызову в первый раз, буквально выгнали взашей. А нужна была в общем-то психотерапия - просто терпеливо выслушать человека, который пережил сильнейший стресс. В таких ситуациях врачу надо уметь отодвигать на задний план собственные амбиции, иначе контакта с пациентом не будет.

Или вот, например. Получила наша бригада вызов в район трущоб на окраине города к бабушке в крайне тяжелом состоянии - отек легких грозит летальным исходом, если вовремя не оказать помощь. Шансов у старушки мало... А у нее сын - весь в наколках, недавно вернувшийся из заключения. И вот встал этот сынок у двери с топором и говорит: если не спасете мать, живыми вам отсюда не выйти... Каково работать под лезвием топора, зная, что жизнь старушки на волоске? Часа четыре боролись мы за нее, и заботливый сынуля отпустил нас только тогда, когда убедился, что матери стало лучше. Пронесло.

Но, между прочим, как ни странно, именно зэки - как раз тот контингент, который относится к врачам с особым уважением, в чем мы убедились, когда практически каждый день выезжали в места заключения по поводу ножевых ранений. Ранения эти, разумеется, не опасные для жизни, наносились заточками умышленно с целью попасть в лазарет - мечту любого заключенного: вот где можно на вполне законных основаниях вдохнуть воздух свободы, отдохнуть от лагерной дисциплины. Но один случай оставил очень тягостное воспоминание: приезжаем и видим старика, который в руке держит... собственный глаз. На лице на месте глаза - кровавая яма. Тюремная разборка, в результате которой один рецидивист вилкой выдавил глаз другому. На молоденькую стажерку, которая была с нами, это произвело о-очень сильное впечатление...

А вот с распространением наркомании на вызовы стало ездить опаснее, чем на зону, - есть все шансы попасть в наркопритон. Однажды и мы попали. Встретили нас, развели по разным комнатам, женщину-фельдшера заперли, а у меня с угрозами стали требовать наркотик для одного из своих, корчившегося в ломке. Я решил переговорить с ним лично, хотя сделать это было трудно - наркоман в ломке очень агрессивен. Часа два пытался переубедить его, прийти хоть к какому-то соглашению... В конце концов он сдался, а ломку нам удалось ему снять без наркотиков.

Как вы понимаете, в таких обстоятельствах и физическая подготовка не помешает, хотя при исполнении служебных обязанностей мне не приходилось ее демонстрировать - убеждением обходился. А вот повязать хулиганов раз пришлось - это когда мы ехали ночью на станцию с вызовов и увидели на улице двух мужчин, избивающих старика. Хорошо, что бригада состояла из трех физически крепких (все мы занимались в одном спортзале) мужчин, повязали и сдали в милицию...

Прервав монолог Рината Гатауллина, добавлю: спорт - одна из любимых его тем. И как большой любитель спорта он неизменный участник дежурства "Скорой" на спортивных матчах. Работы на них хватает: травмы в результате пьяных или фанатских разборок, фейерверков... Но один из матчей конца 90-х запомнился ему больше всего. Лето, 30-градусная жара. Футбольный матч "Рубин" - "Анжи". На стадионе - внезапная клиническая смерть молодого судьи: остановилось сердце. Прямо на поле перед тысячами зрителей врачи провели реанимацию и вернули-таки мужчину к жизни! "Матч, таким образом, был остановлен всего на 20 минут, продолжился, и наши тогда выиграли у "Анжи", - вспоминает Ринат Рашидович. - Вот о таких двойных победах вдвойне приятно вспоминать".

На концертах тоже дежурим, и со звездами эстрады у нас чаще казусы случаются. Скажем, для одной звезды нам пришлось срочно сооружать туалет в салоне "скорой", другая же рок-звезда была мучима совсем иными проблемами. В антракте подходит к нам взволнованный администратор певца: "Вы кардиологи? Нашему артисту плохо". - "А поет хорошо!" - "Вы просто не в курсе. За пару дней до концерта его посетила муза, и он на два дня ушел в лес, пил и писал песни. А сейчас у него срыв - он зол и всех посылает..." После концерта пришли к артисту в гримерную. Выглядел он действительно неважно. Стали проверять давление, то-се, а он и говорит: "Доктор, вы не подумайте, что я наркоман. Я простой советский алкоголик..." И сразу стал таким простым-простым... Расстались мы просто замечательно.

Я не люблю работу, которую может сделать обычный участковый врач: поставить диагноз, сделать укол... Я кардиолог. Мне нужны действия, моим рукам - работа. Когда работаешь с инфарктами, нарушениями сердечного ритма, отеком легких - человеческая жизнь висит на волоске, а сам ты идешь по лезвию ножа, появляется азарт. Для меня интересен сам процесс реанимации и очевидный результат, когда человек оживает буквально на глазах. Вот от такой работы получаешь истинное удовольствие.

Мне тяжело вспоминать о случаях, когда мы не смогли помочь - просто медицина, что называется, была бессильна. Однажды нашу машину прямо на улице остановила молодая пара с грудным ребенком на руках. Они прилетели на самолете, а по дороге из аэропорта вдруг обнаружили, что малыш не дышит. Мы провели реанимацию прямо в машине, но вернуть его к жизни не удалось. Это было так страшно: крошечный ребенок, совсем теплый, еще горячий даже, и - мертвый.

Удивительно, как многому учишься в процессе работы - не только в профессиональном плане, но и какой-то житейской мудрости. Вот, например, недавно девочку вытащили из петли: 17 лет, несчастная любовь. Такая трагедия для юного существа, что человек решился на самоустранение из этой жизни. Так вот, когда в общем-то без всяких шансов мы проводили реанимацию, нас просто поразила потрясающая воля организма к жизни: клиническая смерть, раз шесть останавливалось сердце - и все-таки начинало работать вновь, и девочка выжила! Мы потом справлялись в больнице - все в порядке. Вот говорят, что шансов у вытащенного из петли нет - если человек один раз полез в петлю, то полезет и во второй. Я думаю, что это не так. Иногда надо пережить такое, чтобы переосмыслить свою жизнь, осознать ее хрупкость и ценность. Я рад, что мы спасли ту девочку.

Или вот еще: 17-летнему парню был поставлен диагноз лишь после второго вызова. Но не мог же врач, приехавший в первый раз, подумать, что у парня инфаркт миокарда! Случай-то уникальный. Потом в больнице диагноз подтвердился. Вообще наша работа очень сложная, ответственная, и чем больше работаешь, тем больше возникает сомнений. У нас нет возможности устраивать консилиум, чтобы принять единственно правильное решение, как это делается в больницах. Время ограничено - счет идет на секунды, ограничены и возможности, и часто врач советуется лишь сам с собой.

Что значит быть врачом "Скорой"? Это значит не только иметь хорошую теоретическую базу, но и быструю реакцию, мобильное мышление. Плюс отличное здоровье и физическая подготовка - не каждый может выдержать такие стрессы и нагрузки, которые ложатся на наши плечи.

Ценят ли? Ох, что вы хотите от больного и раздраженного человека... Впрочем... Однажды вызвали нас в загородный коттедж к одному криминальному авторитету с несколькими инфарктами. Конечно, ехать пришлось долго, потом до коттеджа со всей своей аппаратурой добирались, припоздали... Встретили нас так агрессивно, мы думали, на части разорвут. А когда увидели, как мы работаем... Потеплели, извинялись...

К сожалению, работа наша не считается престижной. Не теплое местечко, о котором мечтают многие. Но это призвание. И те, кто остается в службе "03", - особая категория врачей. Мы - это что-то вроде братства... И врач, даже когда-то в прошлом работавший на "скорой", всегда поймет врача из службы "03".

Впрочем, тот, кто проработал здесь лет 10, уже не уходит. Романтика затягивает. Какая? А вы внимательно слушали? Вот она самая и есть.

Слушала и записывала Светлана ГОРДЕЕВА.

СПРАВКА "КВ"

Ринат Гатауллин - врач высшей категории, заведующий 1-й подстанцией скорой медицинской помощи города Казани, врач-кардиолог бригады интенсивной терапии (БИТ), спортсмен-любитель, женат, двое детей (старший сын, кстати, пошел по стопам отца).