(Продолжение. Начало в ?26.)

Когда водитель на одном из участков дороги, резко затормозив, выкрикнул гортанно: "Сэ-нэ-тори-э Сол-нэч-ны-эй!" я, уже несколько освоившись с местными порядками, спокойно выбрался на щедро политый мазутом и радужными разводами бензина автобан и наблюдал, как водитель, по внешности малолитражный грузин, а на самом деле абхазец или, как они сами себя называют, абхаз, быстро выставил на асфальтовое полотно мои чемодан и сумку. Слева белело здание проходной и уходили от него в зеленую чащу две дорожки. Сразу за проходной, куда меня пропустили без всяких препятствий, располагался мини-базарчик с весьма дешевыми по нашим российским меркам ценами. 1,5-литровая бутылка местного приятного на вкус вина стоила всего пятьдесят рублей, а рублей на тридцать пять-сорок я закупил у молодой пышноволосой абхазки черного винограда, неправдоподобно гигантских, красных до рези в глазах яблок, сочных исходящих медом груш и мясистых пахучих плодов инжира. Дома, на российском базаре, за эти спелые, отличного качества фрукты я бы выложил гораздо большую сумму.

Асфальтовая дорожка была проложена мимо заросшего травой открытого бассейна и вывела меня прямо на здание заброшенного спорткомплекса, в нижнем этаже которого, как я выяснил позже, размещалось кафе, а в верхних я обнаружил неприглядного вида раздевалки и душевые. Из некоторых кранов и смесителей, к моему великому удивлению, полилась вода. Далее я, не без труда открыв перекосившуюся неприятно скрипнувшую дверь, попал в обшарпанный спортзал, в котором невесть как сохранились маленькие ворота с порванной сеткой и пара кед с прохудившейся подошвой. Мяч здесь был, но тяжелый, чем-то набитый, отнюдь не для игры в баскетбол или в футбол. Остатки былой роскоши, в которой отдыхала советская партийная элита, виднелись повсюду - в причудливой сверху форме бортов бассейна, в позеленевших грифах штанг и в светлом металле все еще действующих тренажеров, которые и сегодня при минимальном косметическом ремонте могли бы украсить атлетический клуб средней руки. Но сейчас в этом зале никто не тренировался. В вестибюле спорткомплекса вокруг теннисного стола слонялось несколько абхазских юношей, но оказалось, что ни мячика, ни ракеток, ни сетки у них давно нет. Пришлось им купить все это в Адлере, и они с детской радостью принялись с небывалым энтузиазмом играть в пинг-понг.

Но все это было потом. А в первый раз я сразу при входе в спорткомплекс попал в длинный влажный коридор, выдолбленный прямо в скале, ведущий к шахте лифта. Его кабина со стонами и шуршанием поднималась метров сто-сто пятьдесят по вырубленному внутри горы длинному ходу. Я засек время подъема до верхней площадки - ровно полторы минуты. На такой высоте уже был совсем другой климат. Настоящий природный ботанический сад, который раскинулся на склонах горы, буквально пропитывал насквозь одежду, кожу, волосы своими ароматами, от горной реки, шумевшей прямо под смотровой галереей, веяло первозданной свежестью. С оставшегося далеко внизу моря тем не менее долетали характерные йодистые ветерки, и все это смешивалось в неповторимый коктейль запахов.

По выложенной аккуратными пли