С того момента, как призывник вышел из душевой и на вопрос: «А где мои часы и деньги?» получил в лицо подошвой ботинка, он встраивается в безжалостный механизм, который только и может его защитить. Защитить от него самого...

По афористичности изречений наш первый штатский министр обороны Сергей Иванов - Черномырдин XXI века. Однажды он заявил, что генералы очень заинтересованы в крепком солдатском и особенно сержантском корпусе, и даже не улыбнулся - я следил по телевизору. Хотя сказать такое всерьез невозможно.

По-настоящему, если тебе нужен хороший солдат, позаботься о том, чтобы его воспитывал хороший сержант, а сержанта - хороший лейтенант. А у «заинтересованных» генералов 70% кадровых офицеров увольняются, не прослужив и года после окончания военного института. На их обучении армия ежегодно теряет 16 млрд. рублей. Казалось бы, возьми с абитуриента подписку, мол, поступая в военный вуз на все готовое, обязуюсь отслужить сколько положено или выплатить стоимость обучения. Но если каждый начнет служить сколько положено, придется сократить военные вузы, которых у нас больше, чем во всей Европе. Это ж сколько хлебных мест потеряется: начальник - генерал-лейтенант, зам. по строевой - генерал-майор...

Чего темнить, генералы и старшие офицеры приспособились жить на руинах Советской армии. Нет денег ни в кармане, ни в кассе, зато можно сдать солдатиков в аренду на кирпичный завод. Реформа превратилась из цели в процесс, который можно сладостно затягивать, извлекая выгоду из каждого движения средств и ресурсов. Создают финансовые дыры, будь то вхолостую работающие военные вузы или циничное переодевание нищей армии в новую форму. Спустив деньги на лишнее, требуют на необходимое, а на завершение реформы не остается.

А зачем вообще России армия? Тот, кто считает этот вопрос наивным, кто знает ответ, пускай скорее звонит в Генштаб, потому что там не знают. Раньше все было просчитано: у «них» НАТО - у нас Варшавский договор, у «них» авианосцы - у нас подводные лодки. Потеряв вероятного противника, военная машина потеряла ясную цель существования. Официально армия будет реформироваться под борьбу с терроризмом. Но это задача для внутренних войск и спецназа. А стратегические вооружения? Здравый смысл подсказывает, что если их ослабить, тут-то противник и появится. Но все равно у нас получается невнятная армия с ракетами, нацеленными в никуда. Поэтому общественное мнение считает два года службы по призыву потерянными без смысла.

Тут бы и сократить срок хотя бы до года. Но штатский министр Иванов быстро усвоил генеральские контраргументы. Контрактников для службы в частях постоянной боеготовности мало, годовой срок на обучение резервистов сегодня недостаточен, а пакет предложений по военной реформе - популизм. Однако в начале второй чеченской уже было много контрактников. Но им зажимали выплату «боевых», их обижали наградами, и контрактники разбежались. Кто после этого поверит обещаниям набрать новых к 2007 году? А что касается резервистов, то в германском рейхсвере перед Второй мировой их готовили не год, даже не полгода, а по выходным в пивных и на пикниках за городом. Этого хватило, чтобы маленький стотысячный рейхсвер стал большим вермахтом, который покорил Европу и дошел до Москвы. Вряд ли это убедит министра Иванова. На год службы он, так и быть, согласен, но только с 2008 года, то есть фактически когда в политику придет новая команда с новыми обещаниями.

Игнорирование социальных реалий никогда не кончается добром. Если законодатели не отменяют отживший закон, общество отменяет его само, что мы и наблюдаем сегодня. Из армии бегут в столь массовом порядке, что наказать всех уже невозможно...

Портрет нынешнего призывника известен: недоучка, бездельник и шпана - словом, потенциальный, а иногда и состоявшийся преступник. Я не сгущаю краски. Если четверо из десяти до призыва не работали и не учились, то на что они жили? На какие деньги 15% призывников добились устойчивого пристрастия к алкоголю - это ж сколько надо пропить к 18 годам! Напомню еще, что грабежи и насилие в дни массового призыва обычное дело: гуляют ребята, армия все спишет.

Командовать этой компанией поручают вчерашнему студенту: в иных ротах четыре из пяти лейтенантов двухгодичники, ведь кадровые офицеры уходят, едва окончив вуз. Такой власти над солдатом, чтобы она была и законной, и действенной, у студентика нет. Раньше мог отправить непокорного на гауптвахту, а теперь - только по решению суда. При этом оба, и командир, и подчиненный, спят и видят дембель.

Не странно ли, что армия еще вся не спилась, не разбежалась? И почему солдат слушается этого хлюпика в лейтенантских погонах? Что за неизъяснимая сила поддерживает дисциплину и боеготовность?

Эта сила называется дедовщиной. Предвижу гнев читателей. Но - подождите. Я не сказал, что она мне нравится. Я только разбираюсь, почему на всей территории России незнакомые между собой люди вырабатывают одни и те же безжалостные стереотипы поведения.

В армии, собранной по принуждению, естественным способом поддержания дисциплины является, конечно же, принуждение. Не сознательность же! При этом роль исполнителя берет на себя наиболее заинтересованное лицо, которым оказывается старослужащий. Попросту говоря, если молодой солдат не вымоет полы, это придется сделать «деду», чего тот никогда не допустит. Он установит такие отношения, что у молодого не возникнет вопроса, чья очередь мыть полы.

Пресса любит описывать, как это происходит. Снял с себя штатское, помылся и, еще голый, был избит в первый раз - за вопрос, где его деньги, за прямой взгляд, за то, что не глядит... Только не описывают, что приехал он похмельный, агрессивный - король микрорайона. «Дедушка» поставил его на место, защищая свои маленькие привилегии. А если бы не поставил, то казарма мигом бы стала блатхатой с новичком в роли пахана. Поскольку и «дед», и молодой «дух» - из тех социальных слоев, где насилие является нормой, они друг друга поймут. Трагедии возникают, когда заодно достается небитым мальчикам. Сводят счеты с жизнью около 30 солдат из 100 тысяч, остальные смиряются, чтобы спустя полтора года перенять эстафету насилия.

Секрет неискоренимости дедовщины в том, что «дедушка» службу знает, как любят говорить в армии. То есть осознает, что право бездельничать остается за ним до тех пор, пока он заставляет работать остальные три четверти казармы. Осознает, что можно втайне презирать своего лейтенанта как «не мужика», но поддерживать его авторитет необходимо, тогда он покроет «дедушкины» художества, вот и будет хорошо всем.

И ведь правда - с милым «дедушкой» хорошо всем, от командира, который переложил на него свои обязанности, потому что зачастую не способен их исполнять, до беспощадного искоренителя дедовщины штатского министра Иванова.

Евгений НЕКРАСОВ.