Консилиум врачей, собравшихся у постели предводителя дворянства Николая Боратынского, сообщил родным и близким: готовьтесь-де к самому худшему...

Когда доктора ушли, заявился профессор терапевтической клиники медицинского факультета Императорского Казанского университета господин Виноградов. Николай Андреевич как всегда был пьян, еле держался на ногах, мутный взгляд его неопределенного цвета глаз был устремлен в никуда.

- А... где все? - спросил он еле ворочающимся языком.

- Вы про консилиум?

- Именно.

- Они с полчаса как ушли.

- А-а, - буркнул Виноградов и перевел взгляд на супругу Боратынского. - А где больной?

В спальне он подошел к кровати Николая Евгеньевича, дежурно пощупал пульс, присел на краешек постели:

- А послушаем-ка сердце.

Сказав это, он положил голову на грудь Боратынского и... уснул. Примерно через четверть часа, когда он стал похрапывать, Николай Евгеньевич, не выдержав, прошептал:

- Господи, да уберите же вы его от меня.

Ольга Александровна нерешительно сделала шаг и остановилась.

- Неудобно, - сказала она тоже шепотом.

- Ну да, - скорее прошипел, чем прошептал Боратынский. - Тебе неудобно, мне неудобно, а ему, вишь - удобно...

Сказав это, он слегка толкнул грудью голову Виноградова и сморщился от нестерпимой боли.

Николай Андреевич открыл глаза, полежал еще малость на груди Боратынского, затем выпрямился и сказал твердым голосом, глядя Ольге Александровне в глаза:

- Еще пятнадцать лет протянет. И меня переживет!

Твердой рукой выписал рецепт, откланялся и ушел прямой как палка.

А предводитель, следуя рецепту Виноградова, стал быстро поправляться, действительно пережил профессора и умер ровно через пятнадцать лет. Вот такая история, а вернее, самый настоящий реальный факт!

Николай Андреевич Виноградов родился 7 ноября 1831 года в семье священника села Выкса Ардатовского уезда Нижегородской губернии. Читать-писать выучили дома, а в 14 лет был отдан в нижегородскую семинарию.

В 1855 году Виноградов поступил и окончил со степенью лекаря медицинский факультет Московского университета.

В 1858 году Николай Андреевич получил доктора, в начале 60-х специализировался у знаменитого терапевта профессора Сергея Петровича Боткина, а в 1861 - 1863 годах изучал медицину за границей.

Это был высшего пилотажа профессионал, никогда и никому не отказывающий в помощи. Александр Овсянников, в 60-е годы XIX столетия студент историко-филологического факультета Казанского университета, писал в своих воспоминаниях, что Виноградов "был человек идеальной доброты, с блестящими дарованиями, оставивший после себя целую школу учеников..." Каждый заболевший чем-либо казанец непременно желал, чтобы его "пользовал" именно Виноградов, будь трезв он или пьян, что случалось чем дальше - тем больше: денежки у Николая Андреевича с такой обширной практикой водились немалые.

В последние годы жизни Виноградова называли не иначе как светилом. Причем без всякой натяжки или иронии. Он был ходячей легендой города. Рассказывали, что однажды его пригласили к больному грудному ребенку. Он пришел, по своему обыкновению пьяным, послушал дите и заявил:

- Ваш ребенок пьян.

- Но позвольте, - ответили ему родители дитяти, - это вы пьяны, наверное?

- Ваш ребенок пьян, - упорствовал Виноградов.

- Но...

- И я пьян. Но ваш ребенок - тоже. Ну-ка позовите кормилицу! - вдруг рявкнул он.

Позвали. Та действительно была пьяна, как говорится, в стельку.

И еще долго, уже после смерти Николая Андреевича, рассказывали казанцы этот случай, вошедший со временем в городской фольклор, ныне, к сожалению, совершенно забытый...

Леонид ДЕВЯТЫХ.