Первая же его песня «У леса на опушке» стала хитом. Ее припев: «Потолок ледяной, дверь скрипучая...» - напоет, наверное, каждый. Потом были «Малиновка», «Вы шумите, березы», «Журавли», «То ли еще будет...» Что ни песня – то хит. Что ни исполнитель - то звезда: «Песняры», «Сябры», «Верасы», Эдуард Хиль, Лев Лещенко, Алла Пугачева...

- Я был известным композитором и богатым человеком. Получал по пять тысяч рублей в месяц – в 80-е это были сумасшедшие деньги! - вспоминает Эдуард Семенович. - Но я не был счастлив. Счастья можно достичь, только реализовав свое призвание.

Своим призванием Ханок считает... открытие закона творческих волн. На основе этой теории Эдуард Семенович написал книгу «Пугачевщина». Напечатанная в Киеве, она стала для российского шоу-бизнеса громом среди ясного неба. Автора отлучили от эстрадной тусовки. Он пытался исправить ситуацию, публично попросив прощения у Аллы Борисовны, – безрезультатно... Тогда Эдуард Ханок написал новую книгу - «Пугачевщина. Десять лет спустя», в которой на примере Аллы Пугачевой показал, что такое «творческий климакс», а на примере Ильи Резника – «творческая импотенция». В последнее время Эдуард Семенович прекратил общение с журналистами. С большим трудом нам удалось уговорить композитора о встрече.

Будущий народный артист Белоруссии родился в Казахстане. Отец Семен Семенович был военным. После семья жила в разных точках СССР. Больше всего Эдику запомнилась жизнь на Колыме, на одном из приисков. С едой было плохо: икра красная, икра черная, крабы, оленина и медвежатина - больше ничего. Отец был заместителем начальника прииска по политической части. Однажды привел сына, совсем юнца, в барак, где находились заключенные. Мальчик играл там на аккордеоне. Потом узнал, что отцу сильно досталось за тот концерт...

- И все же, где бы я ни жил, считаю себя человеком из Бреста, - рассказывает Эдуард Семенович. - Именно оттуда я поехал поступать в Минское музыкальное училище. Увлекался классической музыкой - хотел встать в один ряд с Чайковским, Шопеном и Моцартом. А когда понял, что здесь мне ничего не светит, поскольку годы упущены, - переключился на эстрадную песню...

Звездный потолок

Ханок считает, что композиторского таланта не имеет. Мало написать песню - надо уметь ее преподнести, чтобы она понравилась слушателям. Игорь Крутой, Александра Пахмутова не только писали песню, но и «одевали» ее в аранжировку.

– У меня такого умения нет, - признался юбиляр. - «Малиновку», к примеру, вообще без моего участия сделали. Она была популярна в одном ресторане в Бресте, «Верасы» ее услышали, взяли, обработали - получился хит. Или взять Пугачеву - она всегда примеряет песню на себя, дополняет ее, что-то меняет в музыке. Алла Борисовна попросила пригласить на запись мужской хор, который подпевал: «То ли еще будет...» Попутно показал ей «Журавлика» - она и эту песню спела, но попросила сменить музыкальный размер... Есть профессия, а есть призвание. Андрей Макаревич по профессии архитектор, а по призванию музыкант. Александр Розенбаум по профессии врач, а по призванию музыкант. Был такой начальник уголовного розыска Московской области генерал Алексей Экимян - он ушел из милиции и оставил нам такие песни, как «Снегопад, снегопад, если женщина просит», «Не надо печалиться»... Я понял, почему иногда люди - с точки зрения обывателя - ломают свою жизнь. Оказывается, не ломают, а просто следуют за зовом души и ничего с этим поделать не могут. Вот и у меня все, что было до открытия теории волн, являлось подготовкой, разминкой перед главным...

Волны успеха

Свою теорию Эдуард Семенович излагает так:

- Суть закона творческих волн в том, что человек - композитор, певец, писатель - выдает первое успешное произведение. И садится на волну, которая несет его вверх, - там, на вершине, он выдает новые шлягеры. Потом неминуемо приходит спад. Еще я открыл, что на эстраде не бывает больше двух волн. Все, что кажется вам третьей волной, только дополнение ко второй. У Пугачевой первая волна – хиты «Арлекино», «Все могут короли». Вторая – период Паулса-Николаева: «Миллион алых роз», «Айсберг», «Паромщик»... Дальше шлягеры заканчиваются – остается только личная жизнь, с помощью которой звезда пытается поддерживать свою популярность. То же мы видим и у мировых звезд - Элтон Джон, к примеру, держится на прежних достижениях. Есть три «скоропортящиеся» профессии: артист балета, спортсмен и артист шоу-бизнеса. Хотя в последней наблюдается нюанс, который я называю «кобзонить», в балете и спорте его нет. На эстраде можно допевать свои песни, как делает это Иосиф Кобзон, доигрывать свои пластинки. Назовите мне хоть одного композитора старшего поколения, который сегодня успешно работает. Где песни Пахмутовой, Тухманова, Шаинского, Зацепина, написанные в наши дни и ставшие хитами? Где шлягеры у Пугачевой, Аллегровой? Волна закончилась... Моя теория жестокая. Но она может помочь людям, чтобы они сами поняли: в нашей профессии хорошее начало и плохой конец...

Вечный Ханок

Подтверждение своей теории Ханок нашел, разобрав жизнь Чайковского, Шопена, Бетховена, Пушкина, Толстого, Достоевского, Чехова, Пеле, Родниной, Яшина и многих других.

- Когда вышла моя первая книга, поэт Илья Резник сказанул где-то, что никакой теории волн не бывает. И получил: в книге «Пугачевщина. Десять лет спустя» я на примере Резника рассказал о творческой импотенции - когда человек пишет много песен, а толку от этого нет, - рассказывает Ханок. - Мне кто-то говорил: «Резник для вас так много сделал...» Это же он пригласил меня в 2000 году из Минска в Москву, чтобы написать «Служить России». И я ему благодарен за то, что вытащил меня в столицу. Печальные события в моей жизни, когда многие люди стали меня игнорировать, навели на мысль разгадать загадку: как происходит творческая борьба на энергетическом уровне? И разработать теорию творческой борьбы и творческих отношений. Вся наша жизнь состоит из того, что кто-то поднимается на волну, кто-то стоит еще, а кто-то уже опускается... Когда человек поднимается – у него сверхсильная энергия, а когда он на пике – она у него уже ослаблена. И когда он хамит - и хамит многим - то постепенно свою энергию сбивает. Начинаются болезни, проблемы в личной жизни... В общем, как я уже говорил на одном мероприятии: всем звездам рано или поздно приходит ханок. Звезды временны, а Ханок вечен...

О конфликте с Пугачевой

- Мне очень нравится фраза, которую сказала моя жена: «Раньше я жила с признанным талантом, а сейчас – с непризнанным гением», - лукаво улыбается Эдуард Ханок. – Кстати, открою вам большой секрет: в этот юбилейный для меня год на фестивале «Славянский базар» решено открыть волнограмму Владимира Мулявина – основателя и руководителя ансамбля «Песняры». Мне кажется, после этого у меня все наладится. И с Пугачевой мы найдем общий язык. Я очень на это надеюсь...Обратите внимание, что Алла Борисовна не сказала ни одного слова по поводу моей теории. И правильно сделала. Ведь многие уже признали закон волн. Один известный композитор на дне рождения Резника, изрядно выпив, встал - и как даст кулаком по столу: «А Ханок прав!» Объясняю: я против Пугачевой ничего не имею. Но мне нужен был человек, которого я хорошо знаю и которого знают люди. И мой выбор пал на Аллу Пугачеву. Я счастлив, что сотрудничал с ней. Но здесь выступал как исследователь и доказал, что закон творческих волн применим ко всем. Ведь когда готовилась книга «Пугачевщина. Десять лет спустя», я разобрал и творческую жизнь Чайковского. И хотел поместить две волнограммы – Пугачевой и Чайковского, потому что у них совпадают по динамике и первая, и вторая волны. Первая – маленькая, вторая – большая... Пугачева играла в моей работе ту роль, которую у Леонардо да Винчи играла девушка-натурщица, ставшая Мадонной. И если я обрету мировую славу со своей теорией, то и Пугачева ее обретет – благодаря ей сделано мировое открытие! И пусть какая-нибудь сволочь попробует сказать, что я не люблю Аллу Борисовну!