ТРЕЗВЫЙ МУЖЧИНА И ПЬЯНАЯ ЖЕНЩИНА

"Это ведь твоя. Твоя! Больше никуда тебя не отпущу..."

Бабы - народ сумасшедший. Особенно после тридцати пяти. Гормоны скачут, молодость уходит, мужчины в транспорте заигрывать перестают. Вот тут-то болт и срывает.

Расскажу о себе. В прошлом году зимой припозднилась как-то на юбилее, а ехать из центра на квартал - вот и решила взять машину. Стою, ловлю, в голове музыка в стиле фламенко, ноги чечетку отплясывают, в руках цветы, жизнь кажется прекрасной и удивительной, только внутри уже червячок-паразит шепчет: "Придешь домой - и медным тазиком весь праздник". Рядом белая машина притормаживает. Сажусь на переднее сидение. Едем. Мужчина солидный, молчаливый, только карие глаза поблескивают. А меня черт за язык тянет и тянет. Не выдержала, спросила что-то, разговор завязался, вернее, мой монолог пошел, потому что Радик (так он представился) все больше отмалчивался да улыбку прятал. А у меня состояние вдруг включается как у великого комбинатора - "Остапа несло". Но, видимо, кроме "мощного" интеллекта срабатывает еще что-то (многие наверняка знают, что), и события плавно идут к развязке. Вернее, идут совсем не плавно, далее - все как в клипах - картинками, смотрю на себя даже как бы со стороны. Как описывать дальнейшее, не знаю. Может, как в женских романах: "он дрожащими руками срывал с нее кружевное белье..." или "она подчинилась, открыв затуманенный истомой взор, и он понял, что в этот миг она принадлежит ему"? Все-таки самый загадочный народ на земле - мужчины. Ну что находит трезвый, порядочный, некурящий мужчина в подвыпившей, прокуренной особе? Хотя... Следя за ней (то есть за собой), я чувствовала почти восхищение. Прощание было коротким, потому что я поняла, что эту маньячку надо держать в смирительной рубашке, в одиночном заключении без права прогулок.

Утром гудела голова, весь день шло самобичевание, несколько раз производился расстрел у стены Угрызений Совести. Еще месяц шарахалась от всех белых машин, боясь натолкнуться на знакомые карие глаза и то, что в них увижу. Затем решила закрыть за всем этим дверь, а ключи выбросить. Все. Живем дальше. Иногда, правда, покалывало извечное бабское - может, это судьба была?

Прошел год. Снова зима. Действие второе. Те же. Стою на том же месте в раздумье: ехать буквой "зю" в "газельке" или отдать кровные и через десять минут - дома. Мимо проплывает белая машина и притормаживает. В голове мелькает: выбор сделан. Сажусь на заднее сиденье, едем. У роддома водитель вдруг останавливается, потянувшись назад и мимолетно коснувшись моих коленей, открывает дверцу с моей стороны.

- Пересядь вперед.

- С чего бы это, - возмущаюсь и настораживаюсь. - Мне и здесь неплохо.

- Я, по-моему, вас уже подвозил.

- Может быть.

- Прошлой зимой вы были с цветами, что-то о Фрейде говорили...

Боже!.. - судорожно выскакиваю из машины и, уже почти ничего не видя, куда-то иду.

- Подожди!

Он догоняет меня, ставит машину поперек тротуара и открывает переднюю дверцу.

- Сядь! На пять минут! Я тебя год искал. Ведь это была ты!

Как завороженная, сажусь в машину и встречаю знакомые карие глаза, а вот и усмешка, которая прячется в уголках губ.

- Ведь это была ты. Ты! Сережку у меня в машине еще обронила.

Уже безнадежно цепляюсь за последнее:

- Это не я! Я не ношу сережек. У меня даже уши не проколоты, вот, - в доказательство приподнимаю волосы и показываю девственную мочку уха.

Он торопливо открывает бардачок, что-то ищет. А когда находит и раскрывает крепкую смуглую ладонь, на ней весело поблескивает стразами моя клипса.

- Это ведь твоя. Твоя! Больше никуда тебя не отпущу...

Полина Ф.