Из серии романов "Я - вор в законе".= Продолжение. Начало в ?114, 115, 120, 121, 124, 126, 127, 130, 131, 136, 137, 140, 142, 143, 146, 148, 149.

О Тарантуле Леха знал немного, тот вообще был закрытой личностью и умел окружать себя некоторой занавесью таинственности. Достоверно было известно, что Друщиц дважды чалился в мордовских лагерях строгого режима по политическим статьям, а когда однажды в ссоре пырнул заточкой в живот одного из оппонентов, то был переведен на "черную" зону с добавлением срока, где вскоре был поставлен смотрящим. Чрезвычайно редкая карьера для бывшего политического.

Поговаривали, что Тарантул является доверенным лицом самого Варяга. Но так ли это было в действительности - неизвестно. Во всяком случае, о таком не спросишь. За подобное любопытство можно и без головы остаться.

Тарантул задумался, застыв. Раскинувшись в глубоком кресле, он сделался совершенно незаметным на фоне темной обивки, словно принял покровительственную окраску. Коротко стриженая черная шевелюра, длинные руки, поросшие темными густыми волосами, маленькая голова. Такие насекомые паутины не плетут - уж слишком хлопотное это занятие, противников они уничтожают сильным ядовитым жалом.

- Вот что сделай, - наконец проговорил Тарантул, качнувшись. Бригадир Леха, сидящий напротив, подался вперед, превратившись в слух. - Запиши ее постоянных клиентов. Нужно будет их сфотографировать. В нашем деле ничего не может быть лишним.

- Сделаю, - охотно отозвался Алексей.

Из соседней комнаты вышел головастый терьер. Пес подошел к хозяину и, доверчиво ткнувшись ему в ладони, преданно посмотрел в глаза. Возможно, он был единственным существом, кто не боялся Тарантула и по-настоящему любил его.

- Это еще не все. Меня интересует, с кем они встречаются, чем занимаются, какие заведения посещают. Есть ли у них еще женщины...

- Понимаю, - с готовностью кивнул Алексей.

- И что это за женщины, где они работают, круг их приятелей и знакомых.

- Поставлю к ним толковых ребят дня на три, они все узнают, как есть!

- Три дня мало, - перебил Тарантул. - Пускай походят за ними, как минимум, неделю.

Леха пожал плечами:

- Как скажете, Константин Игоревич, можно и на неделю!

- Духота сегодня, - вдруг неожиданно проговорил Тарантул, что должно было означать завершение беседы.

Улыбнувшись, бригадир довольно отвечал:

- Жарко.

С Анной не заладилось. И трудно было объяснить почему. Слаба, покорна, ласкова - собственно, что еще мужику для счастья нужно? Но клина из нее не выстрогать, а потому Лада продолжала существовать под самой ложечкой саднящей занозой.

Будь Анна с перчинкой, до которой Ростовский был особенно охоч - глядишь, рана в душе и затянулась бы, а через годик и вовсе позабыл бы про скоротечный роман. Лично ему бабы нравились острые, дикие, способные не только выгибать спину дугой, но и царапнуть как следует при встрече.

А вот Анна была не из таковых: коготки распускать не умела и единственная ее защита - спрятаться куда-нибудь в укромный уголок и прорыдать целый час кряду.

После первого свидания Лада сунула Ростовскому клочок бумаги со своим телефоном, сдержанно проговорив:

- Будет скучно, позвони!

В тот момент он даже не попытался выяснить, что это за номер, справедливо считая ту встречу последней. Сунув безразлично бумагу в карман, он собирался выбросить ее. Но что-то удержало его в самый последний момент. И только сейчас, вернувшись в Магадан, он понял, что именно. Чувство. Ростовский хотел эту женщину.

- Из Москвы ты вернулся немножечко другим, - высказался однажды Герасим, посмотрев на задумчивое лицо шефа.

- Есть немного, - отвечал Ростовский.

И как наваждение в памяти вновь всплыло улыбающееся лицо Лады.

- Что-то не заладилось с Анной? - посочувствовал Герасим.

Заметно дрогнувший голос выдал его с головой. Полозов, тайно влюбленный, все еще рассчитывал на благосклонность девушки, надеясь, что она окончательно порвет с Ростовским. Кто знает, может, так оно и случится.

Герасим принадлежал к тем мужикам, которые способны простить любимой женщине даже измену. Такой тип не редкость. Они терпеливо топчутся в сторонке и дожидаются своей очереди. А потом ведут под венец, и что удивительно, молятся на суженую потом всю жизнь, считая ее божьей посланницей, эдакой непорочной Магдалиной.

Ростовский был уверен, что, откажись сейчас он от Анны, Герасим тут же побежит делать ей предложение. Девушки с такой попкой очень редко остаются одинокими.

Ростовский понимал, что Герасим ждал от него утверждения. Илья видел это по его напряженному лицу. Даже вопрос был задан в виде своеобразной подсказки.

Он едва не улыбнулся. Придется подождать, голубчик.

- С Анной как раз все нормально. Понимает меня с полуслова. Не успел я еще позвать, а она уже повернулась. И похоже, все это ей очень даже по душе.

Герасим проглотил горькую слюну. Попытался улыбнуться, вот только вместо жизнерадостной улыбки получилась жалкая гримаса, что-то хотел сказать еще, но не отважился, и, махнув рукой, вышел из кабинета, оставив Ростовского наедине с собственными мыслями.

Илья уже ругал себя. Что за духовный садизм такой! Если тебе плохо самому, то непременно охота досадить окружающим - пускай и они пострадают!

Подумав, Ростовский достал клочок бумаги с номером, который уже успел стереться по самым углам. Две последние цифры были написаны вовсе неразборчиво, и к тому же линия сгиба пришлась на одну из цифр, практически уничтожив ее. И Ростовскому пришлось немало поломать голову, прежде чем удалось в точности восстановить номер.

После трех гудков трубку подняли:

- Алло?

Ростовский напрягся. Голос был малость низковатым, с заметной хрипотцой, он явно не мог принадлежать Ладе. А может быть, он угодил прямиком в бордель и сейчас имеет честь разговаривать с самой мадам?

- Здравствуйте, можно мне поговорить с Ладой?

- Кто ее спрашивает? - в голосе проснулась заинтересованность.

Ростовский никогда не любил подобного вопроса. Так и хотелось небрежно сцедить в трубку: "А тебе-то что за дело?" Сдержался, не нагрубил.

- Ее старый знакомый, - преодолевая раздражение, отвечал Илья.

- Она занята, - после некоторого раздумья отвечали на том конце провода. - Что ей передать?

Илья испытал сильный укол ревности и с раздражением швырнул трубку.

- Герасим! - позвал он.

- Чего? - вошел Полозов и удивленно уставился на Ростовского.

Подобный оклик не был заведен в их отношениях. Где бы ни находился Полозов, но Ростовский всегда подходил к нему сам, опасаясь нанести разлад в их отношениях неосторожным командным зовом. Теперь Илья вдруг осознал, что ему плевать.

- Мне надо срочно отъехать в Москву по очень важным делам, останешься за меня. Никаких особых решений не принимать, если что, свяжешься со мной по телефону. Провожать не надо, я сейчас загляну домой и сразу поеду в аэропорт, - Ростовский посмотрел на часы, - успею на ближайший рейс. Как приеду, поговорим о твоем компаньонстве. Будешь получать с дела небольшой процент. Устраивает?

Полозов широко улыбнулся:

- Вполне.

- Вот и отлично!

- К тебе должны зайти из милиции по поводу случившегося около ресторана.

- Все потом, - отвечал Ростовский уже в дверях.

(Продолжение следует.)