Говорят, художнику в наше время тяжело - либо работай по заказу, либо соси лапу. Но некоторые, как ни странно, умудряются совмещать призвание с приличным профитом: один выпускник Казанского художественного училища сколотил состояние на автомобильном дизайне.

- 7 лет назад, - рассказывает Альберт Гайфуллин, - после смерти отца я получил в наследство старенький "Запорожец". Как его бил родитель почти за четверть века эксплуатации! Решил привести машину в порядок. В результате за полтора года доработок родился хохлацкий "броневик". Он занял первое место по тюнингу среди отечественных авто на I Казанском автосалоне.

Гайфуллин слегка лукавит: он, как и многие нынешние автобизнесмены, начинал с розочек из плексигласа на рычаге переключения передач и солнцезащитных решеток на заднем стекле. На этом незатейливом сервисе зарабатывал деньги еще в горбачевские времена, что позволяло ему спокойно писать свою "Мону Лизу" без особых надежд на материальное признание.

Потом пришла эра иномарок. Первые "обвесы" тоже были достаточно любительскими - бамперы, пороги, противотуманные фары, "кенгурятники". Тогда-то Гайфуллин и загорелся мечтой обустроить салон стандартного "пежо" привлекательнее 600-го "мерса". Упор, естественно, делал на автодизайн - в двигателях в те времена разбирался слабо. Думается, его изыскам позавидовал бы и сам ля Кур - рядовая французская малолитражка конца 70-х ушла в 1997 году в Казани за 95 тысяч баксов.

- Потом меня заинтересовала ходовая часть, - делится воспоминаниями Альберт. - Думаю, нельзя ли увеличить мощность стандартного японского мотора на 80 - 90 лишних "лошадок"? Оказалось - вполне под силу. Вместе с тремя приятелями-инженерами отделали "самурайский" мотор до мощности гоночного "порше". При этом вложили в работу больше 30 тыс. долларов. Делали вроде бы не на продажу, а для себя, но через четыре месяца "фолькс" 10-летней давности с форсированным движком ушел за 115 тысяч "зеленых".

- Почему не пытаешься расширить производство? - спросил я у Альберта, оглядев мастерскую, больше похожую на конюшню гоголевского Ноздрева. - Мог бы ведь до 20 - 30 "тачек" в год выпускать, а довольствуешься 2 - 3 эксклюзивами.

- Работаю по заказам, потому что каждый "рено" или "вольво" - произведение искусства. Недавно один "сааб" 59-го года выпуска ушел в Финляндию по цене "линкольна" - купил какой-то финский миллионер. А в прошлом году съездил с двумя "ситроенами" на Парижский автосалон - впервые пришлось возвращаться домой поездом: обе машины "убежали" быстрее "мерседесов". А "родные" французские разработки, честно скажу, смотрелись бледно.

Дмитрий ВИШНЕВСКИЙ.