Из серии романов "Я - вор в законе". (Продолжение. Начало в ?114, 115, 120, 121, 124, 126, 127, 130, 131, 136, 137, 140, 142, 143, 146, 148, 149, 152, 154, 155, 158, 160, 163, 165, 166, 169, 171, 172, 175, 177, 178, 181.)

- Ты молодец, что сказала... Верно ты говоришь, между нами не должно быть тайн, - ладонь Ростовского приподнялась, но лишь для того, чтобы мягко опуститься на завитки волос. Пальцы нырнули в шелковистые пряди и легко затерялись. - Не бойся, все будет хорошо. Я тебя не брошу, - пообещал Ростовский.

Г Л А В А 8

- У меня с ней ничего не получается! - в отчаянии воскликнул Герасим. - Я просто не знаю, что это за женщина! Она все время спрашивает про тебя! Ведь ты же расстался с Анной, правда? - с надеждой спросил он, крепко ухватив Ростовского за рукав.

Илья аккуратно освободился от крепкой хватки и как можно убедительнее произнес:

- Правда.

Герасим Полозов прилетел в Москву два дня назад и все сорок восемь часов пребывал в расстроенных чувствах. Анна не пожелала перебираться в столицу, сославшись на то, что они не подходят друг другу, потому что совершенно разные люди. Самый лучший вариант для обоих - это расстаться.

Илья Ростовский впервые видел Герасима в таком подавленном состоянии. А это уже не работник! Следовало срочно приводить его в норму, но вот как, Илья пока не знал.

- Тогда почему она все время только о тебе и говорит? - сетовал Полозов. - Ну вот скажи мне, Илья, по-дружески, что у тебя есть такого, чего нет у меня?

Ростовский невольно улыбнулся. Как говорится, вопрос был по существу.

- А черт его знает! На этих баб ведь не угодишь! Сегодня им одно надо, завтра потребуют совершенно другое. Сейчас она соседу глазки строит, а завтра на шею к прохожему бросится.

Герасим, обычно невозмутимый, сейчас выглядел совершенно раздавленным. Еще одно невеселое свидетельство того, что способна сделать баба с мужиком. Следовало бы впечатать Герасиму оплеуху - подобный метод бывает очень эффективным и весьма быстро приводит в чувство, но Илья решил сделать по-другому. Незаметно он нажал на черную кнопку под столом, и тотчас под самым потолком заинтересованно проклюнулось видеооко, а пленка принялась беспристрастно фиксировать каждое движение. Пускай похнычет, а когда остынет от переживаний, посмотрит на себя со стороны. Подобная шоковая терапия тоже действует весьма впечатляюще.

В районе Владыкино Ростовский купил дом. Случалось, что он останавливался в нем и раньше, когда приезжал в Москву. Хозяева давно перебрались за границу и мечтали продать трехэтажную недвижимость, которая все больше превращалась в головную боль, а тут как раз подвернулся Ростовский.

Коттеджный поселок удовлетворял Илью во всех отношениях: во-первых, не так далеко от центра, и в то же самое время район был не столь заселенным, а во-вторых, поселок охраняемый, и служба безопасности, вооружившись компактными "Каштанами", добросовестно обходила его по периметру. Чтобы преодолеть следовую полосу и перебраться через четырехметровый забор, надо было быть настоящим фантомом.

На столе стояла бутылка водки, опустошенная наполовину. Пил один Герасим, Ростовский лишь пригублял - просто водка не шла. И такое случается. На блюдцах лежали нарезанные огурцы, помидоры с майонезом и маринованные грибочки. Конечно, не бог весть какие разносолы, но закусь вполне приличная.

- Ты же знаешь, Илья, - в тоске продолжал Герасим, - у меня и с первой женой ничего не получалось.

Ростовский лишь слегка кивнул. Разумеется, он знал об этом. Прежняя жена Герасима, Нина, была бабой очень красивой. От папы-грузина она унаследовала черные глаза, а от мамы-хохлушки - золотистые длиннющие локоны. Убойная смесь! И потому неудивительно, что мужики роились около нее. Одним из них был Герасим. Ему просто не повезло - он женился на ней.

- Ты об этом мне говорил, - подтвердил Ростовский.

- Она ведь у меня юристом была на одном крупном предприятии... Все говорила: я работник умственного труда, дескать, много работаю и оттого очень устаю... Приходила домой под самое утро, под хмельком, естественно. Я у нее спрашиваю: почему так поздно домой являешься, да еще пьяная к тому же? И знаешь, что она мне отвечала?

Ростовский не знал и только слегка пожал плечами. Однако все-таки любопытно послушать, что же любящие женушки втирают своим лоховатым мужьям.

- Понятия не имею.

Но продолжать Герасим не торопился. Взяв рюмку за тоненькую ножку, он некоторое время разглядывал водку на свет, как если бы хотел разглядеть осадок, и, не обнаружив ничего, выпил ее залпом. Очевидно, водка пробрала до самых кишок - Полозов зажмурился и принялся вилкой искать маринованные грибы. Получалось не ахти - металлические зубцы без конца натыкались на фарфоровые края. Наконец Герасим зацепил грибок и отправил его в рот.

- Говорила, что она работник умственного труда и что ей нужно иногда снимать стресс... так сказать, в обществе мужчин. Ничего себе ответик, а? - поинтересовался Герасим.

Ростовский вяло улыбнулся. В сущности, его ситуация была не лучше. Еще неизвестно, кто находится в более выигрышном положении. Герасим уже налегал на зеленый лучок.

- Да уж, - вяло проговорил Илья, сочувствуя.

- Вот ее нет в десять вечера, нет в одиннадцать, не пришла в двенадцать. Ну что тут думать про бабу?

- Да... Пожалуй, самое худшее, - отозвался Илья.

- Во-во! И я о том же самом! - уныло закивал Герасим. - Звоню ей по телефону на работу, трубку поднимает какой-то хмырь. Что само по себе наводит на неприятные подозрения! - Правый уголок рта Ростовского невольно пополз вверх. - Говорю, позовите мне, пожалуйста, Нину. А на том конце провода едко так интересуются: а ты, собственно, кто такой, мужик? Кем ей приходишься-то? А меня бешенство разрывает... - Теперь у Ильи поднялся левый уголок рта. Получилась вполне доброжелательная улыбка. Видеть в гневе Герасима Илье еще не приходилось. - Я, набравшись терпения, отвечаю, что звонит ее законный супруг, между прочим. И мне в ответ так пренебрежительно: ну если муж, тогда позовем... И вот моя суженая начинает в трубку орать как с цепи сорвавшаяся, что я ее позорю перед порядочными людьми! У нее сегодня, видите ли, очень тяжелый день и ей нужно во что бы то ни стало снять накопившееся напряжение... А в трубке слышу, как музыка орет во всю мощь и какой-то мужской голос ее настойчиво так подзывает. Что мне тут думать? А Нинка мне опять за свое: у нее работа очень тяжелая, приходится много думать, решать разные важные вопросы. И я ее должен ждать... до утра, иначе ей ни за что не разрядиться. Как это тебе?

- Веселенькая у тебя была семейная жизнь, - сдержанно согласился Ростовский. Но больше улыбаться почему-то не хотелось.

- Знаешь, Илья, я ведь ей ни разу не изменил за пять лет нашей совместной жизни. Ни на одну женщину даже не взглянул. А знаешь, сколько у меня баб всего было?

- Ну, исповедайся.

- Стыдно признаться - всего лишь две. Мало?

Губы Ростовского невольно растянулись в снисходительную улыбку. Лично он уже давно не вел счет своим любовным победам. Надоело!

- В общем-то немного.

- И то первая женщина у меня была в далеком студенчестве. Я тогда жил в общежитии. Ну и на меня положила глаз комендантша. Толстая такая тетка была, лет сорока пяти. Идет по коридору, и все у нее от ходьбы колышется. Как студень какой-то! В общем, заманила она меня к себе в комнатенку и буквально чуть ли не изнасиловала. У меня опыта тогда никакого не было. Вяленько так как-то получилось. А баба довольная осталась. Потом еще раз меня к себе звала. А у меня к горлу тошнота подступала, как только ее видел... Вот такая у меня была первая женщина. Ее старший сын на нашем курсе учился, - совсем обреченно добавил Герасим. - Вот я и думаю: мне уже за тридцатник перевалило, а баб-то у меня по-настоящему и не было. Думал, с Аней сойдусь. Все как будто бы складывалось, и вот на тебе! - стукнул он ладонью о ладонь. - Опять облом! Оказывается, она, кроме как на тебя, ни на кого и смотреть не хочет. Может, мне отомстить им, пуститься, что ли, во все тяжкие?!

(Продолжение следует.)