Из серии романов "Я - вор в законе".= (Продолжение. Начало в ?114, 115, 120, 121, 124, 126, 127, 130, 131, 136, 137, 140, 142, 143, 146, 148, 149, 152, 154, 155, 158, 160, 163, 165, 166, 169, 171, 172, 175, 177, 178.)

- Вот так я и живу, - произнесла Лада, будто бы подвела черту.

- Что я могу сказать... Печально, - невесело отозвался Ростовский.

- Сама знаю, но что поделаешь. Живу пока здесь, у тети Тоси. Квартплату она берет небольшую, мебель тоже ее.

При слове "мебель" Ростовский лишь усмехнулся. Таким реквизитом впору печь топить. Оба надолго замолчали, не решаясь заговорить о главном. Наконец Лада сняла очки и аккуратно положила их на тумбочку.

- Хороша? - спросила она после некоторой паузы. В полумраке синяки казались особенно ужасающими и выглядели темными зловещими провалами. - Чего же ты меня не целуешь? Не говоришь, как я прекрасно выгляжу? Ты ведь меня избаловал. Я успела привыкнуть к приятным словам. Это еще не все, - Лада расстегнула блузку, и Ростовский увидел на ее груди еще несколько крупных синяков. Следы были от пальцев - щипали крепко, чтобы причинить боль.

- Откуда это у тебя? - прохрипел Ростовский.

Неожиданно Лада заплакала - горько, тяжело, закрыв красивыми тонкими ладонями лицо:

- Извини меня, Илья, извини дорогой! Ты уехал, а я обещала хранить тебе верность... И не смогла!.. Как только я приехала домой, ввалился Резван со своими дружками, и они изнасиловали меня, каждый по очереди... А один из них, стриженный такой, еще комментировал. А Лилька, эта сучка, стояла и смотрела, как надо мной издеваются! Она же и сообщила Резвану, что я приехала, когда я в ванной мылась, - растирала Лада по лицу слезы.

Девушка вдруг умолкла.

- Продолжай, - уставившись в пол, произнес Ростовский.

- Он сказал, что пока я отсутствовала неделю, успела задолжать ему шестнадцать тысяч долларов и обязана эти деньги отработать... Таких денег у меня не было. Они отняли у меня квартиру и стали подкладывать меня под всех мужиков подряд!.. Только сегодня у меня было пять клиентов. Угрожали... Сказали, если не буду заниматься своим старым делом, так они меня просто убьют!

Илья слушал исповедь любимой с непроницаемым выражением. Собственно, ничего не произошло, только с лица сошла кровь.

- За эти две недели у меня столько мужиков было, что и не сосчитать. Лишь за последние пять дней меня три раза насиловали и несколько раз избивали! - горько воскликнула Лада. - Или когда насилуют проститутку, это так не считается?! Мало того, что они меня изнасиловали втроем, так они стали меня еще и избивать за то, что я якобы им не угодила! Без настроения как будто бы... Скоты! Твари!.. - размазывала Лада по щекам слезы. - Пришел Резван... Я думала, что хоть он за меня заступится, а он мне ответил, что так мне и надо! Впредь буду его слушаться! Прости меня, родной, я знала, что так получится, - горько всхлипывала девушка. - У нас ничего с тобой не выйдет, я сама во всем виновата. Ты найдешь себе другую, не такую, как я... Как же мне после этого жить! - выкрикнула она в отчаянии.

Ростовский словно загипнотизированный следил за зажженной сигаретой. Тлеющий огонек миллиметр за миллиметром уничтожал темно-желтый табак, оставляя после себя лишь серый пепел. Рука Ильи слегка дернулась, и длинный, чуть скрюченный пепел, кувыркаясь, полетел вниз. Стукнувшись об острый носок ботинка, он рассыпался, превратившись окончательно в прах. А огонек, не заметив потери, побежал дальше, к основанию пальцев.

Ростовский наблюдал за его передвижением с философским спокойствием, как если бы ему хотелось знать: ужалит его огненный кружок или все-таки погаснет где-нибудь на середине пути.

Огонь, остановившись у самых пальцев, пребольно куснул. Ростовский отдернул руку. Добрался-таки! Громко скрипнул табурет. Поднявшись, Илья заторопился к двери.

- Ты куда? - в ужасе спросила Лада.

- Я убью его! Сейчас же! Я знаю, где его надо искать, - глухо проговорил сквозь зубы Ростовский, не оборачиваясь.

Сказано это было с тем же холодным спокойствием, с каким он наблюдал за огоньком, подбирающимся к пальцам. И поэтому сделалось страшно. Было бы легче и понятнее, если бы он закричал или бегом направился к двери с проклятиями. Но Илья говорил очень спокойно, взвешенно, как о давно принятом решении.

Несколько секунд Лада смотрела на Ростовского молча. До нее как будто бы не доходил смысл сказанного, и только когда Илья уверенно шагнул в коридор, скрипнув половицами, девушка с отчаянным криком бросилась следом:

- Не уходи!!

Табурет, сбитый по пути, отлетел в сторону и, стукнувшись о край дивана, застыл.

- Я принял решение.

- Илья, прошу тебя! Не ходи!! - повисла Лада на ногах Ростовского. - Они тебя убьют!

Ростовский пытался освободиться от девичьих объятий. Пытался приподнять Ладу, но она тяжелыми путами оплела его ноги и не желала отпускать.

- Что же ты со мной делаешь, Лада? Отпусти! - обессиленно взмолился Илья. - Я не могу простить. Я должен отомстить! Я должен убить его! Как же мне после этого жить?!

Мольба Ростовского до нее не доходила. Скорее всего, она его просто не слышала:

- Я их знаю, они настоящие звери, они убьют тебя! - кричала девушка. - Не ходи, у меня, кроме тебе, больше никого нет!

Сдавшись, Ростовский опустился рядом, обхватив Ладу за плечи. Он уткнулся лицом в ее волосы и заговорил:

- Прости меня, пожалуйста! Прости меня, ради Бога! Это я во всем виноват, я не должен был отпускать тебя, я обязан был находиться рядом. Я уехал, поэтому все так случилось.

- Не надо себя винить, ты ни в чем не виноват, - рыдала горько Лада, вытирая мокрые щеки обеими руками. Короткий халат на ней задрался, обнажив бедро. Да и сама она в эту минуту выглядела очень нелепо, будто бы поломанная кукла. - Это я такая невезучая. Дай мне слово, что не пойдешь к ним!

Из своей комнаты выглянула тетя Тося.

- Ну, чего смотришь! - прикрикнул Ростовский. - Не видела, что ли, как люди плачут?

- А я ничего, - смущенно проговорила женщина и громко захлопнула за собой дверь.

- Пойдем, - бережно приподнял Ростовский Ладу.

Пошатнувшись, девушка встала на ноги, одернула задравшийся халатик.

- Если с тобой что-нибудь случится, то я просто этого не переживу, - сказала Лада. - Я не знала, что ты мне так дорог.

- Успокойся, девочка моя, успокойся, - Ростовский ее погладил по волосам. - Я что-нибудь обязательно придумаю.

- Только дай мне слово, что не будешь с ними связываться! - настаивала Лада.

- Хорошо... Обещаю.

Прошли в комнату, заперли дверь на ключ.

- Я тебя никуда сегодня не отпущу, - заверила серьезно Лада.

Илья постарался улыбнуться:

- А я никуда и не собираюсь уходить... Ты от меня еще и не избавишься. Ты сегодня ждешь кого-нибудь? - смущенно спросил Ростовский.

Лада положила голову на колени Илье, будто бы собиралась уснуть. Его широкая ладонь бережно поглаживала ее волосы.

- Нет, - всхлипнув, произнесла Лада.

- А завтра? - натянутым голосом спросил Ростовский. Ладонь его застыла.

- Завтра... - Лада всхлипнула и приподняла голову. В глазах невыносимая тоска.

Ладонь ожила и продолжила дальше свой неторопливый путь.

- Не надо, ничего не говори, - попросил Ростовский. - Я все понял.

- Нет, Илья, я хочу, чтобы ты все знал, у меня не должно быть от тебя тайн... Выслушай меня, пожалуйста, пусть я тебе сделаю больно, но не могу обмануть тебя.

Ростовский попытался подбодрить Ладу улыбкой.

- Я слушаю тебя, девочка.

- Завтра субботник... Это когда девочки бесплатно обслуживают братву. Обычно Резван никогда не брал меня туда. Берег, что ли, не знаю... Но сейчас сказал быть непременно! Все равно, говорит, с разбитой рожей пока никому не нужна, а тут хоть польза от меня какая-то будет, - губы дрогнули, получилось нечто похожее на улыбку.

В данный момент улыбка выглядела нелепой. Ростовский кончиками пальцев смял веселье. Выбросил.

(Продолжение следует.)=