8 июля Герою Советского Союза, казанцу, летчику Михаилу Девятаеву исполнилось бы 95 лет.

Его подвигом принято называть дерзкий побег на самолете Не-111 с секретной немецкой ракетной базы Пенемюнде. Десять товарищей смогли спастись от неминуемой казни. Но в этом ли главный смысл подвига Девятаева и его товарищей?

Засекреченный подвиг
До 2001 года Михаил Петрович не имел права рассказать даже о том, что к званию Героя Советского Союза его представил конструктор советских ракет С.П.Королев. И что его побег с ракетной базы Пенемюнде 8 февраля 1945 г. позволил советскому командованию узнать точные координаты стартовых площадок Фау-2 и разбомбить не только их, но и подземные цеха по производству «грязной» урановой бомбы - это была последняя надежда Гитлера на продолжение Второй мировой войны до полного уничтожения всей цивилизации.

Подробнее об этом наша газета уже писала 10.7.2008 г. (см. статью М.Черепанова «Завещание Михаила Девятаева. Сенсационная сторона подвига легендарного летчика»).

Видеоинтервью М.П.Девятаева с рассказом о сути его подвига, снятое 8 февраля 2002 года, можно увидеть на сайте Мемориал Великой Отечественной войны (www.kremnik.ru). Летчик, в частности, рассказал: «Аэропорт на острове был ложный. На нем выставили фанерные макеты. Американцы и англичане бомбили их. Когда я прилетел и рассказал об этом генерал-лейтенанту 61-й армии Белову, он ахнул и схватился за голову! Я объяснил, что надо пролететь 200 м от берега моря, где в лесу скрыт настоящий аэродром. Его закрывали деревья на специальных передвижных колясках. Вот почему его не могли обнаружить. А ведь на нем было около 3,5 тыс. немцев и 13 установок «Фау-1» и «Фау-2».

И не менее важным был факт, что угнанный самолет Не-111 был... пультом управления ракетой Фау-2. Михаил Петрович в своей книге «Побег из ада» публикует воспоминания очевидца побега Курта Шанпа, который в тот день был одним из часовых на базе Пенемюнде: «Был подготовлен последний пробный старт V-2 («Фау-2»)... В это время совсем неожиданно с западного аэродрома поднялся какой-то самолет... Когда он оказался уже над морем, с рампы поднялся ракетный снаряд V-2. ...в самолете, который был предоставлен в распоряжение доктора Штейнгофа, бежали русские военнопленные».

Сам Девятаев в разговоре с автором этих строк добавлял: «На самолете был радиоприемник, чтобы задавать курс ракете «Фау-2». Самолет летел сверху и по радиосвязи направлял ракету. У нас тогда ничего подобного не было. Я, пытаясь взлететь, случайно нажал кнопку старта ракеты. Потому она и полетела в море».

А что касается сотрудничества с С.П.Королевым, есть не только воспоминания Девятаева о встрече в сентябре 1945 г. на Пенемюнде, но и известное фото. На нем все светила советской ракетной программы стоят анфас, а слева рядом с С.П.Королевым  в обычной шинели и пилотке скромно отвернулся вчерашний «беглец» подследственный М.Девятаев.

Берлинское подполье
Не менее важно и то, что сам Михаил Девятаев попал на секретную ракетную базу Пенемюнде не случайно. Фашисты никогда не допустили бы появления на своем самом секретном объекте пленного летчика. В лагере Заксенхаузен Девятаева приговорили к смерти и, как считалось в немецких документах, уничтожили. Если верить распространенной версии, от неминуемой смерти Михаила Петровича спас некий парикмахер. Это он помог ему изменить имя и с жетоном угнанного в неволю украинского учителя проникнуть на полуостров Узедом. Оказалось, что это был не простой парикмахер, а член подпольной организации. Узнать об этом удалось случайно.

Автору этих строк завещана переписка известного джалилеведа Р.Мустафина с участниками антифашистского Сопротивления. В одном из писем бывший подпольщик полковник Николай Степанович Бушманов сообщил писателю, что, будучи в плену, встречался не только с Мусой Джалилем, но и с Михаилом Девятаевым. Подробно рассказал о том, как членам так называемого Берлинского комитета ВКП(б), в котором были даже солдаты РОА, удавалось содействовать побегам тысяч военнопленных, организовывать диверсии на оборонных заводах Германии. В том числе удалось путем подмены жетона отправить Девятаева на базу Пенемюнде. Сейчас об этом можно прочесть даже в интернете, но в 70-е годы прошлого века даже сам Бушманов не имел права об этом писать. Хотя Девятаев знал об этой «услуге», и при встрече они вспоминали об этой невероятной удаче.

Разведчик Михаил Иконников из Архангельска писал Р.Мустафину, что у него есть готовый к публикации материал о берлинском подполье, и добавлял: «Но нужно имя. Остановились на Девятаеве. Пусть пойдет эта статья за его подписью...» Очевидно, что Михаил Петрович имел отношение к Берлинскому комитету ВКП(б) и потому мог поставить подпись под материалом.