На днях в рамках проекта «Театр нового поколения» казанцы увидели спектакль «Примадонна» о трагической судьбе и любви легендарной оперной певицы Марии Калласс. Роль самой загадочной женщины прошлого века сыграла блистательная Татьяна ВАСИЛЬЕВА.

- Татьяна Григорьевна, у многих профессиональных актеров к антрепризе отношение как к чему-то второсортному, недостойному внимания...

- Для меня антреприза - единственная возможность работать и зарабатывать. Так случилось, что стационарный театр оказался во мне не заинтересован. Когда мне предлагают хорошую пьесу, да еще и с хорошим режиссером, я не в состоянии отказаться, даже если занята по горло. Наверное, в этом есть какая-то аномалия... Но в антрепризе меня никто не заставит играть то, что я не захочу. Поэтому все роли дороги и любимы и все в какой-то степени отражают меня.

- И оперная дива Мария Калласс - тоже ваше отражение?

- Да, прежде чем взяться за роль, я много читала об этой женщине, слушала ее записи, обращалась к музыковедам. Она и я - обе актрисы... В судьбах творческих людей всегда много общего. Во всяком случае одиночество присуще любой актрисе.

- Татьяна Григорьевна, почему вас давно не видно в кино?

- С кино не сложилось и пока никак не складывается. Да мне там нечего делать. В сериалах я себя не представляю. А хорошим режиссерам, которые снимают настоящее кино, я не нужна, потому что им не нужны сильные актеры. Им нужен послушный исполнитель, который выполнит поставленную задачу. Сейчас такие актеры, как я, не в моде. Сейчас не наше время.

- А чье время?

- Время прохожих. Тех, кто идет мимо кино, мимо театра.

- В спектакле ваша героиня сказала одну интересную фразу: даже те, на ком отдохнула природа, могут добиться успеха. Какими же способами достичь этого успеха?

- Я думаю, что каждому человеку, талантлив он или нет, в любом случае надо пытаться реализовать себя, пробовать себя в разных сферах деятельности. Но при этом не надо стремиться туда, где природа может обойтись без тебя.

- Но как узнать, где природа без тебя обойдется, а где нет?

- Это можно только почувствовать, иначе никак... И если ты чувствуешь в себе талант, силу что-то сделать, то надо идти к цели напролом.

- А если человек ошибся, выбрал не ту цель и пошел к ней напролом, сметая всех и все на своем пути?

- Есть, конечно, трагические заблуждения, и тогда происходят жизненные драмы, трагедии, которые могут сломать человека. Поэтому я и говорю, что надо прислушиваться к себе, к собственной интуиции, чтобы не совершить непоправимых ошибок.

- «Примадонна» рассказывает о драматичной жизни талантливой женщины, и вы умудряетесь такую непростую тему подать с юмором...

- А как без юмора, иронии и самоиронии?! Нельзя же все время быть в отчаянии и упиваться собственными проблемами. Если я играю драму, то всегда ищу комедийные интонации. Так и мне интереснее работать, и зрителям легче воспринимать любой серьезный спектакль. Единственная чистая трагедия, в которой я принимала участие, - «Орестея». В этой древнегреческой пьесе я играла Клитемнестру. И мне на протяжении всего длинного спектакля просто было жалко зрителей, которые так долго вынуждены были мучиться.

Но «Орестея» была для меня большой актерской школой, потому что поставил ее великий Питер Штайн. И после него мне уже ничего не страшно.

- А отличается метод работы с актерами Штайна от методов российских режиссеров?

- Еще как! Штайн отвечает на любой вопрос. Если что-то актеру непонятно, он объяснит, и объяснит немногословно, четко и по делу. А наши часто говорят: «Я так вижу! А твое дело - играть...», а если попытаются что-то объяснить, то это у них превращается в лекцию... Так что артисту очень трудно разобраться, чего же добивается от него режиссер.

- А у вас нет желания самой поставить спектакль?

- Нет, я актриса, а режиссура - совсем другая профессия.

Ольга ИВАНЫЧЕВА.

СПРАВКА «КВ»

Татьяна Васильева с детства мечтала стать клоуном. Наверное, поэтому она из разных городов привозит игрушечных клоунов и уже собрала довольно большую клоунскую коллекцию. Друзья говорят, если Васильеву нужно было бы охарактеризовать всего тремя словами, то эти слова: великая, клоун и ранимая.

О ней сложился миф как о строптивой, конфликтной актрисе, с которой очень сложно и неудобно работать. Но миф этот ее вполне устраивает. «Пусть думают, что я - женщина, которая умеет за себя постоять. И с которой нельзя обращаться так, как иногда со мной обращаются», - как-то призналась Татьяна Григорьевна.