Из серии романов «Я - вор в законе».

(Продолжение. Начало в №114, 115, 120, 121, 124, 126, 127, 130, 131, 136, 137, 140, 142, 143, 146, 148, 149, 152, 154, 155, 158, 160, 163, 165, 166, 169, 171, 172, 175, 177, 178, 181, 184, 187, 189, 190, 193, 195, 198, 199, 200, 203, 205, 206.)

- Хмурый, что ли... Не поцеловал меня.

- Ты сказала, что придешь через полчаса, где же ты была? - спросил Ростовский. - Все это время я был дома.

Взгляд девушки скользнул в угол комнаты.

- Я сейчас переоденусь, - невинно произнесла она и сделала шаг в сторону спальной комнаты.

Ростовский поймал Ладу за руку.

- Ты не ответила на мой вопрос.

Он не настаивал, а просто напоминал.

- Пусти, - запротестовала Лада, - ты мне делаешь больно.

- Вот как? - удивился Ростовский, продолжая удерживать ее. - А ты мне разве не делаешь больно?

- О чем ты? Я тебя не понимаю!

- Тебя видели в Серебряном Бору с каким-то крупным мужчиной. Кажется, ты загорала топ-лесс.

Лицо жены покрылось багровыми пятнами. Хмыкнув, Ростовский продолжал:

- Или, может ты загорала нагишом?

Губы Лады дрогнули.

- Нет, - после долгого молчания выдавила из себя она.

Ростовский внутренне подготовился к подобному ответу. Сейчас она будет убеждать его в том, что в Серебряном Бору была не она, а кто-то другой, очень на нее похожий. Кто знает, может быть, он и поверил бы в это, во всяком случае, сумел бы убедить себя в том, что ничего не произошло. А там, глядишь, позабыл бы обо всем навсегда.

- Что «нет»? - спросил Ростовский и, к собственному удивлению, услышал в своем голосе надежду.

- Тебе верно сказали: я загорала с открытой грудью! - произнесла Лада почти с вызовом. - Может, хочешь посмотреть?

Оправдания не получилось. Жаль. Ведь он давал ей шанс.

Рука невольно поднялась для удара.

- Ах, ты!..

Лада не стала закрываться ладонями, лишь прикрыла глаза.

- Долго я буду ждать? - произнесла она, не поднимая век. - Если ты хочешь разрубить меня на куски... я не возражаю, - продолжала она все тем же ровным голосом и уже с надрывом, не скрывая подступивших к горлу слез, продолжала: - Только не прогоняй меня, слышишь!

- Что же ты наделала, дурочка! - сокрушался Ростовский, в бессилии опустив руку, понимая, что никогда не сможет ударить Ладу. - Мне казалось, что ты меня любила.

Лада открыла глаза. Перед ней стоял все тот же Ростовский. Правда, какой-то почерневший, что ли, словно его придавило невероятное и тяжелое горе. Даже в росте как будто бы усох.

- Прости меня, - расплакалась Лада. - Я очень виновата перед тобой... Во всем! Но я тоже не могла поступить по-другому, потому что очень тебя люблю. Если бы я этого не сделала, то они тебя просто бы убили! Ты даже не представляешь, какие это страшные люди!

- Как давно это продолжается? - бесцветным голосом спросил Ростовский.

- Почти год.

- Хм... Не знал, что ты такая... Ты отменный конспиратор.

Ростовский подошел к холодильнику, достал бутылку водки, откупорил. После чего, приложившись к горлышку, отпил на треть. Лада никогда не видела Илью таким - он был растерян, подавлен. Плюхнувшись на диван, Ростовский расслабил узел галстука, как если бы ему стало трудно дышать. Сейчас Илья напоминал огромную хищную рыбу, выброшенную на берег из тихой привычной глубины. Даже дышал он так же тяжело и прерывисто, как если бы ему не хватало воздуха.

В ногах стояла бутылка водки. Взяв ее за горлышко, он поднес ее ко рту. Но пить не стал - зло швырнул в противоположную стену. Бутылка сбила зеркало, которое упало на пол и со звоном разлетелось на крупные колючие куски.

Это уже к беде. Хотя чего еще может быть хуже!

Подняв один из осколков, Ростовский зачем-то покрутил его в руках, провел большим пальцем по самому краю, проверяя на остроту, после чего посмотрелся в него и небрежно отшвырнул в сторону.

Вновь обиженно звякнуло разбитое стекло.

- Ну почему ты молчишь?! - закричала Лада. - Ну скажи что-нибудь!

Усмехнувшись, Ростовский отпихнул от себя осколок разбитой бутылки.

Что же тут поделаешь с этой женской сущностью!

Его пальцы отыскали руку Лады и несильно потянули к себе. Она опустилась на колени к Ростовскому и обвила его шею.

Некоторое время они сидели молча.

- Ты простил меня? - не без усилия задала главный вопрос Лада, вытирая слезы.

- Я не могу не простить тебя, - честно ответил Ростовский, - потому что люблю тебя.

- Они сказали, если я не пойду с ними... то они убью тебя, - отвернулась Лада, стараясь сдержать слезы.

- Я тебе верю... Не будем больше об этом.

- Просто я хочу тебе сказать, - вытирала Лада кулаком проступившие слезы, что я ни за что не пошла бы с ними... Я боялась за тебя.

- Кто это - Резван? - уныло спросил Илья.

- Да, - кивнула Лада.

- Поня-я-а-тно, - разочарованно протянул Ростовский. - Он нарушил свое слово. На его месте я бы так не поступал.

- Что ты собираешься делать? - встревоженно спросила Лада. - Я очень боюсь за тебя.

Илья улыбнулся:

- Тебя не должно это тревожить. Ничего не бойся. Я тебя никому не отдам, - твердо пообещал он.

- Я очень боюсь, что у нас с тобой не будет так, как прежде.

Ростовский нахмурился:

- Ничего, малышка, мы постараемся. У нас получится, вот увидишь.

- Я тебе верю... Ты особенный. - Лада пожала плечами. - Иногда мне кажется, что ты прилетел с какой-то другой планеты.

- Так оно и есть, - сдержанно согласился Ростовский, нахмурившись. - Там, где я провел детство, это действительно была совершенно другая планета.

- Расскажи.

- Я тебе никогда не говорил об этом... Мои родители были геологами и большую часть своей жизни я провел в Непале.

- А родители твои живы? - спросила девушка. - Ты мне никогда о них не рассказывал.

На своей шее, около самого уха она вновь почувствовала дыхание Ростовского и на душе сделалось тревожно и легко одновременно.

- Увы, они погибли в одной из экспедиций. Их завалило камнепадом, - не без горечи сообщил Ростовский. - Откапывали их три дня. Перевести в Россию их было невозможно, а потому их похоронили по непальским обычаям.... Я присутствовал на их похоронах. Их отнесли в горы, и грифы их склевали.... На все это ушло всего лишь полчаса. Грифы проглатывали даже кости.

- Какой кошмар! Ведь ты же был совсем ребенок! - слегка побледнела Лада. Собственная боль отошла на второй план.

Улыбнувшись, Ростовский признался:

- Пожалуй, сейчас я тоже так думаю. Но в то время происходящее воспринималось как-то совершенно иначе. Может потому, что я родился в этих местах.

- Так ты буддист?

Ростовский задумался:

- Сложный вопрос. Хотя можно сказать и так. Единственное, что я не признаю в буддизме, так это изречение: «Не нужно ничего делать, сядь на берегу и жди, и труп твоего врага проплывет мимо тебя».

- Мне страшно, - отвечала Лада, и Ростовский почувствовал, как по её телу пробежал озноб.

- Не переживай, все будет хорошо.

- Ты сейчас какой-то другой. Что ты собираешься делать?

- Ты знаешь, как варан убивает свою жертву? - вместо ответа неожиданно спросил Ростовский.

Девушка пожала плечами и растерянно произнесла:

- Даже не догадываюсь.

- Так вот, он не в силах загрызть быка или буйвола, потому что эти звери в сравнении с ним очень большие. Сил у него на это просто не хватает. Тогда он просто потихоньку подкрадывается к своей жертве и кусает её. Вместе с укусом он вносит через зараженные зубы инфекцию животному, и укушенный буйвол погибает через три дня, а варану остается только терпеливо идти по следу умирающего зверя и ждать, когда тот свалится замертво.

(Продолжение следует.)