Именно он являлся центральной фигурой фантастической сценки с множеством персонажей-зверюшек с политическим подтекстом, скрытым под невинным названием «Как мыши кота хоронили». Эта картинка, которая родилась как карикатура на царя Петра I и его двор, надолго стала любимым народным сюжетом. Прозвище Кот Казанский пародировало царский титул, ведь русский император именовался и царем Казанским. К тому же, как известно, Петр I был круглолиц и усат, его нередко сравнивали с котом, а словосочетание «кот казанский» звучало в те времена столь же привычно, как сейчас «курский соловей» и «тульский самовар», то есть в современном понятии было весьма известным брендом, названием знаменитой на всю Россию породы кошек.

Валентин Пикуль в своем известном романе «Слово и дело» описывает казанского губернатора Волынского как заядлого кошатника, что вообще было для нашего города характерно. Это тот самый Волынский, которого потом царица Анна Иоанновна приказала казнить - кажется, не ту партию поддерживал.

Как сообщал журнал «Русская старина», в году 1745 императрица Елизавета издала высочайший указ - повелевалось «сыскать в Казани здешних пород самых лучших и больших тридцать котов».

Кошек в клетках, целую сборную казанских барсиков, везли в Петербург для дворцовой службы - за особое рвение к ловле мышей и редкую кошачью красоту. Вот если бы про современных казанских «ак барсиков» говорили, что лучше них никто мышей не ловит! Впрочем, самых шустрых из них точно так же перекупают и вывозят.

Какой она была, порода котов казанских? Казань стояла в начале великого пути в Сибирь - Сибирского тракта, и кошки здешние были, по-видимому, в близком родстве с сибирскими, но с большей долей ангорской крови - сказались старые связи с Турцией. Основные окрасы - рыжий, как солнышко, и белый. Пушистые, крупные и действительно азартные мышеловы, воины и охотники, а не диванные лежебоки. Поговаривают, один из таких, белый, даже сумел крылышки отрастить, потом высоко взлетел...

Куда же подевались коты казанские? Никуда не делись, здесь они, с нами. Только потомки их растеряли чистоту крови, а с ней и отличительные признаки породы. Причина - неконтролируемое скрещивание. Но иногда благородная кровь дает о себе знать.

Когда-то в нашем доме жил кот по имени Марс. Весь белый, с львиной гривой и львиной повадкой, ярко-синими глазами и роскошным хвостом. Вел себя так, как будто подписал договор, где определены его права и обязанности, запреты и привилегии, и ни разу ничего не перепутал. А уж как мышей ловил! Незабываемая была кошачья личность... Откуда такой «аристократ» взялся? На улице подобрали котенком. В Казань в те годы просто не привозили еще породистых кошек. Похоже, что наш Марс и был из потомков котов казанских. Кошки подобного типа появляются время от времени в «стихийной» городской популяции. Они могли бы стать основой восстановления породы, есть соответствующие методики. Ведь восстановили же питерцы своих знаменитых русских голубых и невских маскарадных. Правда, дело это хлопотное и долгое.

В последние годы на выставках породистых кошек и Казани, и других городов стали появляться пушистые сибиряки с интригующими именами вроде Устинья Казанская Легенда, Князь Казанская Легенда. Откуда дровишки? Дело в том, что в нашем городе проживает один из самых титулованных котов России, чемпион мира и чемпион России сибирской породы черно-мраморный Ричард. Его хозяйка - Лариса Агешина, создала питомник старинной отечественной породы сибирских кошек «Казанская легенда», название которого несут в своих именах многочисленные потомки Ричарда, всегда готового внести свой вклад в благородное дело возрождения славы котов казанских.

Стоит напомнить к тому же, что словосочетание «кот казанский» действительно исконный казанский бренд. Удачный бренд, т.е. марка, название, - вещь значимая, даже в плане коммерческом. Не зря столько копий ломается, ведется судебных процессов за право пользования некоторыми из них. Особую ценность бренду придают яркость названия, раскрученность или исторические корни, как в нашем случае, и забавные ассоциации - например, намек на геральдического зверя. И кому же как не казанцам брать его на вооружение? Тем более что такие примеры уже имеются - в изготовлении художественных сувениров. На носу 1000-летие города, и казанская тематика, да еще столь фактурная, весьма кстати.

Мастерицы казанского клуба лоскутного шитья, или пэчворка, создали целую серию текстильных декоративных панно - больше двадцати - с изображением Алабрыса и его потомков.

У художницы Елены Крюковой свой «кошачий питомник». Ее коты казанские - небольшие фигурки из керамики, упитаны и добродушны, носят тюбетейки и пьют чай из пиалы. Из художественных салонов разъезжаются по белу свету в чемоданах туристов и вносят свою лепту в раскрутку казанского «кошачьего бренда».

Интересно, в каком еще облике мы увидим кота казанского?

Вера МИРОНОВА.