Напойте тихонько: «Ходют кони над рекою...», «Белеет мой парус такой одинокий на фоне стальных кораблей...», «А бабочка крылышками - бяк-бяк-бяк-бяк...» или «Точка, точка, запятая...», «А-а, в Африке горы вот такой вышины...», «Губы окаянные, думы потаенные...», «Наплевать, наплевать, надоело воевать!..»... Эти и многие другие песни, давно ставшие по-настоящему народными, написал именно он, легендарный Юлий КИМ. На днях Юлий Черсанович побывал в Казани и перед концертом нашел время пообщаться с журналистами.

- Юлий Черсанович, вы работали над русской версией мюзикла «Нотр-Дам», о котором столько говорят и спорят...

- Эта работа очень необычная и сложная. Я попросил определенную свободу в переводе. Но на середине работы получил по рукам от французов, потому что они остались недовольны моим свободным прочтением первоисточника. Французским языком я не владею и работал по подстрочнику, делал так называемый авторизованный перевод. Французский текст, прямо скажем, не весь мне нравился. Там было много социального пафоса, а мне хотелось все-таки уйти в сторону любовной истории. Но французы с этим были не согласны и попросили мои переводы отредактировать. И это тоже было интересно. Несмотря ни на что мне было важно сохранить естественность русской речи, русского слова, чтобы актерам играть было органично и легко.

- А почему французы требовали держаться в достаточно жестких рамках оригинала?

- Потому что они этот мюзикл продают всему свету «в пакете». Это означает: свое - только актеры и только перевод, а все остальное: режиссура, хореография, музыка, декорации - все, вплоть до жеста, до шага, должно быть точно один к одному как у первоисточника. Получается клонирование спектакля.

- Чем, по-вашему, можно объяснить такую популярность мюзиклов?

- Да, в Москве сейчас бум мюзиклов. «Нотр-Дам», например, идет у нас два года. Сейчас его играют две недели в месяц, то есть практически через день, и постоянно - аншлаги. Почему так происходит? Во-первых, качество спектаклей. Есть, конечно, музыкальные гурманы, у которых масса претензий: «Ах, я это слушать не хочу! Ах, эта музыка вторична!» Но я не сноб и не так просвещен в музыке, как они, поэтому воспринимаю мюзикл как обычный зритель. И мне он нравится. Это действительно эпизоде персонаж Дмитрия Певцова, дьявол во плоти, даже поднимается в воздух вместе с роялем, переворачивается вместе с инструментом, не переставая при этом играть. Очень красиво, эффектно, дико дорого и в данном случае художественно оправданно.

- Мюзикл - это не уход от действительности?

- В советское время и в годы перестройки моя муза время от времени откликалась на события политической жизни нашей страны и мира. А когда воцарился Борис Николаевич, я вдруг почувствовал, что муза моя просто не хочет заниматься этим. Где-то в 1995 году попробовал сочинить «Кавказский марш» для генерала Грачева. Марш сатирический, язвительный. Но меня в тот момент так душила злоба, что ничего не получилось. Я спросил музу: «Почему ты отказываешься работать?» А она ответила: «А чего я буду заниматься тем, чем должна заниматься публицистика?» И больше с такими вопросами я к музе не пристаю.

- Юлий Черсанович, ваши некоторые тексты на грани фола, вас наверняка обвиняли в том, что вы иногда переходите границы дозволенного?

- Если говорить о моих сценических текстах, то здоровый цинизм там присутствует. Есть у меня один такой персонаж - новый русский. Он предстал перед Господом, и Господь уличил его в полном отсутствии чести, совести и даже пролил над пропащей душой слезу. А новый русский эту слезу поймал, заключил в пузырек, а потом начал ею торговать. Вот яркий образец цинизма, но он идет не от меня лично, а от имени моего персонажа. Надо всегда четко разделять автора от его героев.

- Вы как-то сказали, что до сих пор пишете все тексты от руки, это правда?

- Да, до сих пор. И к своему полному позору, за компьютер так ни разу не сел. Я сначала пишу от руки черновой текст, редактирую, потом переношу текст на машинку, снова редактирую, а потом жена набирает отредактированный текст на компьютере, и снова идет редакторская работа.

- А почему сами не сядете за компьютер, так, наверное, было бы проще?

- Знаете, мне повезло, что у меня есть родной человек, который хорошо разбирается в компьютере. А мне надо этому обучаться, а со временем вечные проблемы. Но думаю, что вскоре к этому приду.

- Говорят, когда человек начинает излагать свои мысли с помощью компьютера, то он и думать начинает совсем по-другому, его мышление очень быстро и сильно меняется...

- Я тоже об этом слышал, но пока ничего определенного сказать не могу. Как только освою компьютер, обязательно к вам приеду и доложу, потерял что-то или, наоборот, приобрел.

Ольга ИВАНЫЧЕВА.