Казанцы продолжают участвовать в проекте «Казанская родословная», проводимом редакцией газеты и Обществом любителей словесности «19-е октября», а мы будем публиковать лучшие из писем. Напоминаем условия: объем письма не должен превышать двух страниц. Желательно приложить 1 - 2 фотографии.

История России всегда была бурной и богатой на неожиданные повороты в своем развитии. Поэтому и судьбы ее жителей полны драматизма. Не являются исключением в этом отношении и судьбы моих предков...

Мой дед и моя бабушка по материнской линии сибиряки не в первом поколении. Предки моего деда Анкундинова Николая Георгиевича еще в ХVII веке были сосланы в Сибирь как родственники одного из русских самозванцев - Тимофея Анкундинова, бежавшего за границу, выданного московскому правительству в конце 1653 года и затем, после жестоких пыток, четвертованного.

Род Анкундиновых был дворянским. Мне немного известно о прадеде бабушки, то ли гусаре, то ли кирасире, который, будучи в военной службе, сочувствовал декабристам и был сослан за это в Сибирь.

Мой прадед, отец бабушки Федот Платонович Степанов, тоже весьма взыскательно относился к властям, что передалось и моей бабушке, Евдокие Федотовне, любимой присказкой которой было: «порядка же вовсе нет».

Они с дедом часто переезжали из одного города в другой, дабы избежать внимания «компетентных органов»: брат бабушки, Петр Федотович Степанов, был арестован в годы ежовщины «за активную деятельность в РОВС» - Российском общевоинском союзе, объединяющем бывших офицеров. «Органы» неоднократно пытались заставить деда и бабушку публично отказаться от Петра Федотовича, но те упорствовали и добивались свидания с арестованным. Вскоре вместо свидания им выдали обувь Петра Федотовича: расстрелянных хоронили без обуви - таков был порядок.

Затем был арестован и дед, но через месяц с небольшим освобожден: наркома Ежова объявили врагом народа. После этого дед с бабушкой переехали в Москву, где Николай Георгиевич стал работать главным бухгалтером асбестового завода. После одного из совещаний он был обвинен в «буржуазном понимании экономической науки» и «правом уклоне», арестован и сослан в Узбекистан.

В 1946 году, по окончании срока ссылки, дед с семьей переехал в Казань и прожил здесь до своей смерти в 1984 году. Умер он, как это ни покажется странным, убежденным коммунистом. Одними из его последних предсмертных слов были: «Отнесите мой партбилет в райком». Он, как и многие из его поколения, приняв коммунистическую идею, не только верил в нее, но и веровал. А любая вера требует жертв. Так было, и так будет.

Лев КОСТЮЧЕНКО.

Подготовил Леонид ДЕВЯТЫХ.