- но и на помойках, вокзальных перронах и в парках...

А после обнаружения дети рано или поздно попадают сюда - в отделение для отказных детей при детском стационаре 18-й горбольницы, единственное в городе. Особенно большой «урожай» приходится снимать после праздников, когда детей «теряют» чаще обычного, и после летних месяцев, когда пары настроены особенно романтично и появляется «перепроизводство» малышей - в неделю, бывает, поступает до 7 детей.

Права пословица: не та мать, что родила, а та, что воспитала. Мамаши этих детей - алкоголички, наркоманки и просто ведущие веселый образ жизни женщины, никакими обязанностями по отношению к потомству себя не утруждают. Потому дети, а речь идет о малышах от 1 месяца до 4 лет, попадают сюда в ужасающем состоянии - в стадии дистрофии, в синяках и болячках, не говоря уже о букете внутренних заболеваний, который имеет далеко не каждый старец: анемия (малокровие), психоневрологические отклонения, врожденные аномалии... Трехлетние дети, бывает, не умеют держать ложку-чашку - просто потому, что никогда не видели их, едят руками и лакают из блюдца, как собачонки. Впрочем, что там хорошие манеры... Однажды в отделение доставили крохотулю, мамаша которой транзитом попала в Татарстан из Тульской области. Все тело ребенка было покрыто чудовищными ожогами и рубцами, которые потрясли даже видавших виды педиатров. Или двухмесячный младенец с синдромом алкогольной абстенции, то есть, попросту говоря, в состоянии тяжелейшего похмелья. Представьте - синий, трясущийся, смачно, как завзятый алкоголик, пахнущий перегаром комочек, который не мог даже пить молочные смеси - ведь до этого его поили только водкой. Жизнь еще одной малышки не оборвалась только чудом. Люди увидели ее в окне третьего этажа дома, предназначенного на слом. Крохотный ребенок стоял на подоконнике, скривив шею, намертво застрявшую между разбитыми стеклами окна... Видимо, устав ждать мамашу, уже сутки не объявлявшуюся, ребенок пытался выбраться через окно. Поверни девочка шею, и все жизненно важные артерии на шее оказались бы перерезанными... Освобождать ее из стеклянного плена пришлось спасателям МЧС. Ей очень повезло: сейчас девочку благополучно усыновила семья из Америки.

Кстати, усыновление - отдельная печальная тема, хотя, казалось бы, желающих взять ребенка из этого отделения немало. Проблема чисто юридическая.

По большому счету эти маленькие люди - создания без документов, удостоверяющих их существование на этой земле. То есть их как бы и нет - а все по вине непутевых родителей. Если мать в бегах, а отец неизвестен (а именно этот вариант наиболее распространен), то оформление документов на ребенка зависает. А это значит, что зависает и вся дальнейшая судьба ребенка, а именно самый лучший ее вариант - усыновление. Но он не может быть усыновлен, пока родители не лишены родительских прав, а это в данном случае невозможно. Те в свою очередь порой намеренно избегают этой процедуры: не хотят лишаться пособия на ребенка. И ищут их, а чаще мать, социальные работники, милиция... А ведь такая мамаша может вообще уехать из республики в неизвестном направлении, так же как и явиться невесть откуда - отпрысков таких заезжих гастролеров в отделении тоже хватает. Когда такая особа без прописки рожает, свидетельство о рождении ребенка ей не выдается. А поскольку нет свидетельства о рождении, нет возможности и лишить мать родительских прав. Кроме того, нельзя лишить родительских прав родителей, у которых нет прописки, так как для этого нужно постановление главы администрации той местности, где они прописаны... Такой вот круговорот бумаг в природе. Но бывает и так, что мамаши, напротив, слишком уж докучают работникам стационара своими визитами. Не внезапно проснувшаяся любовь к чаду движет ими - иная страсть: деньги. Очень хочется восстановить себя в правах, чтобы снова получать детское пособие - а иного источника доходов порой у них и нет. И эти визиты неизменно заканчиваются скандалами и угрозами... Однако поняв, что заветного пособия не получить, многие поступают просто: рожают другого ребенка и пользуются своими правами до тех пор, пока в очередной раз их не лишатся. А там и нового ребеночка состругать можно. В стационаре есть уже целый семейный «клан» детей, которых с завидным упорством поставляет сюда одна мамаша.

Печально и то, что финансируется это отделение для отказных детей как самое обычное в детской больнице, то есть не учитывается, что это не домашние дети, которые одеты-обуты, накормлены... Отказникам нужна одежда на все сезоны, пеленки, усиленное питание: обычное 4-разовое им не подходит. Отсутствием аппетита, как это часто бывает у домашних детей, здешние ребятишки не страдают. Голод, а испытывают его они все, забыть невозможно, а чувства сытости нет вообще. И даже наевшись, прячут еду под матрасы. Неудивительно, если вспомнить такую историю. Как-то сюда попали сразу трое детишек из одной семьи. Сценарий тот же: родители-алкоголики загуляли в гостях так, что аж на целую неделю забыли, что дома их ждут маленькие дети. Самый старший, пятилетний мальчик, взял заботу о малышах на себя: поскольку в квартире не было ничего съестного, он ловил тараканов и кормил ими братишек... Милицию вызвали соседи, когда малыши уже начали орать от страха и голода.

Детей в стационаре любят: к каждому свой подход, они ухоженные, чистенькие, с ними играют, занимаются, а когда их забирают в дом малютки, провожают со слезами. Но они все-таки очень ждут мам - то есть любую «тетю», которая отнесется к ним по-человечески. Удивительно, но образ даже собственной матери остается для ребенка незапятнанным. Стоит кому-то из старших ребятишек обозвать чью-то маму плохим словом, как на обидчика набрасываются с кулаками: «Моя мама самая лучшая!» Наверное, имеется в виду все-таки та мама, которая грезится в мечтах о лучшей жизни. Но есть и такие, которые при напоминании о маме начинают трястись и впадают в истерику...

Светлана ГОРДЕЕВА.

P.S. Новое постановление Правительства РФ о перечне социальных показаний для искусственного прерывания беременности на больших сроках здесь восприняли с печалью: жди теперь увеличения «урожая»...