А так как эта тема все еще остается до конца не раскрытой, рассказ автора будет частично подкреплен документальными материалами, любезно предоставленными музеем «Заречье».
Из биографии В.В.Шнегаса:

«Шнегас Владимир Владимирович, родился 17 июля 1876 года в Казани. Русский, православный, потомственный дворянин. Окончил Московский кадетский корпус, Михайловское артиллерийское училище. Служил во второй конно-артиллерийской батарее в Твери, затем учился в академии. В 1901 - 1908 годах штабс-капитан Шнегас назначается на Казанский пороховой завод помощником, а затем начальником мастерской по пороховому производству. В 1908 - 1916 годах преподает в Казанском военном пехотном училище, произведен в звание гвардии полковника… Неоднократно выезжал на фронт для испытаний, был ранен…»

…Первый арест Владимира Шнегаса состоялся сразу же после революции, во время «красного террора» в городе Кронштадте в 1918 году. Полковника Шнегаса тогда вывезли в этот город, где офицеров топили целыми баржами. Но произошло чудо: продержав месяц в подвале, его отпустили. Видно, нашлись все же умные люди, которые рассудили, что нельзя бросаться такими специалистами, как Шнегас.

В сентябре 1918 года Шнегас получает новое задание: проверить состояние дел с выпуском боеприпасов на Казанском пороховом заводе. Приехав в Казань, члены комиссии Кургуев, Егоров и Шнегас застали завод в плачевном состоянии. А положение с боеприпасами между тем становилось катастрофическим: в России из 27 казенных заводов работали только пять, а армия все больше нуждалась в порохе. На казанском заводе дела шли совсем плохо: работами руководили мастера, суточная норма производства составляла всего 15 пудов.

Через две недели Кургуев, который возглавлял комиссию, отправился в Самару, а Шнегаса оставил руководить предприятием. Благодаря его решительным и продуманным мерам ежедневное производство пороха было доведено до 200 пудов, Шнегас начал строительство узкоколейной железной дороги от берега Волги до завода.

За 11 лет, что он тут проработал сперва начальником, а затем техническим директором, Казанский пороховой завод стал одним из лучших предприятий военной промышленности страны. Его суточная мощность достигла 6250 тонн, а Шнегас полагал, что можно довести выпуск пороха до 18 тысяч тонн, причем без дополнительных капвложений.

Владимир Владимирович с утра до позднего вечера пропадал на заводе. За все годы он лишь три раза был в отпуске, да и то всего по две недели. Ни дня не пропустил по болезни. Несколько раз, рискуя жизнью, спасал производство, например, при загорании в отделе резки и при взрыве сушильни. Много сил, энергии и здоровья отдал Шнегас и при спасении завода во время большого наводнения весной 1926 года.

…Второй раз Владимира Шнегаса арестовали 21 июня 1929 года. Для коллектива порохового завода это известие было как гром среди ясного неба.

Из обвинительного заключения:

«В течение 1928 - 1929 гг. имел связь с представителями немецкой фирмы « Паулинг» , передавал им сведения военного характера. Путем использования своих знаний облегчал фирме получать деньги от советского правительства за построенные сооружения, не предусмотренные договорным соглашением (статья 57-7 УК РСФСР - вредительство)».
На сей раз Шнегасу не помогла ни безупречная репутация, ни деловые качества: 21 октября 1929 года коллегия ОГПУ СССР вынесла решение: «Заключить Шнегаса В.В. в лагерь сроком на десять лет».

Из материалов трехмесячных допросов в ОГПУ видно, насколько нелепым и чудовищным было обвинение этого человека во вредительстве предприятию, которому он отдал так много сил и знаний. Может быть (по крайней мере, хочется в это верить), и в «конторе» Лаврентия Берии это заметили. Как бы то ни было, но в апреле 1930 года дело Шнегаса было пересмотрено, в результате чего ему изменили меру пресечения на 10 лет высылки.

Но такие, как Шнегас, были нужны оборонной промышленности, и, заменив срок высылкой, его направили сначала в Тамбов, а затем в Рошаль, где он работал в Особом конструкторском бюро, находившемся в ведении первого управления НКВД. Владимир Шнегас трудился столь плодотворно, что уже 23 января 1932 года его амнистировали и назначили техническим директором Тамбовского, а позже и Рошальского завода №14, где он благополучно проработал до 1937 года.

Из справки по архивному делу №G-25569:

«Шнегас В.В. арестован органами НКВД 12 ноября 1937 года. Содержался в Егорьевской и Таганской тюрьмах. 13 ноября 1937 года Шнегасу было предъявлено обвинение по статьям 58-7 и 58-11 УК РСФСР в редакции 1926 года».

Дело Шнегаса завершили в рекордные сроки, но затем оно возвращалось на доследование и было официально закончено 3 сентября 1938 года по прежним двум статьям. Однако в тот же день суд утвердил постановление о передаче заключенного в уже упоминавшееся первое управление НКВД. С этого времени он снова стал работать в Особом конструкторском бюро, где вместе с такими же заключенными-специалистами занимался изобретением и разработкой высокоэффективных технологий для производства пороха. Содержали этих спецов в Бутырской тюрьме.

…В родную Казань судьба вновь забросила Владимира Шнегаса в 1941 году, когда началась Великая Отечественная война. Он попал в Особое техническое бюро, состоявшее из специалистов и работников пороховой промышленности, обвиненных во вредительстве и осужденных на длительные сроки заключения.

Перед специалистами Казанского порохового завода, к тому времени уже получившего название завод №40, поставили сверхзадачу: в сжатые сроки разработать новые высокоэффективные пороха для новейших реактивных артиллерийских установок «Катюша». Как вспоминал профессор Клименко, Владимир Шнегас тогда фактически спас трагическое положение, предложив оснащать снаряды для «Катюш» не баллистическими реактивными порохами, а пироксилиновыми, выпуск которых был налажен в Казани при активном участии Шнегаса и его группы.

Именно благодаря этому решению наши легендарные «Катюши» так ударили по врагу сначала под Сталинградом, а затем и на Курской дуге, что в Великой Отечественной войне наступил окончательный перелом. Кстати, немецкие специалисты-пороховщики до конца войны безуспешно пытались открыть секрет Шнегаса, но им это так и не удалось.

Увы, Владимир Владимирович не дожил до своего триумфа и освобождения: 12 июля 1943 года он скончался от «паралича сердца» на территории ОТБ-40, охраняемой бдительными чекистами. А всего через месяц всю группу заключенных инженеров отметили государственными наградами и освободили из-под стражи. Настолько велика была их заслуга перед Отечеством...