Минтимер Шаймиев - самый опытный региональный лидер федерального масштаба. Он возглавляет многонациональный Татарстан с июня 1991 года. Минтимер Шарипович рассказывает нашим читателям о современной республике, ее проблемах и заботах.

- Как проходит подготовка к празднованию тысячелетия Казани?

- У нас есть хороший пример - я имею в виду подготовку и проведение трехсотлетнего юбилея Санкт-Петербурга. Мы учимся у них - как приглашать, кого из гостей, какие торжества и т.д.

Но мы не ограничиваемся непосредственно подготовкой торжеств. Казань - город старый, многие дома обветшали настолько, что косметическим ремонтом уже не обойдешься. А какую радость может доставить юбилей, если люди не имеют достойного жилья? Представьте себе дома без канализации, с туалетами во дворах - и это в самом центре столицы республики!

Поэтому восемь лет назад мы приняли не имеющую аналогов в нашей стране программу ликвидации ветхого жилья. Она касается прежде всего Казани, но не только ее.

В этом году программа завершается, все семьи из ветхих домов получили и продолжают получать новое жилье, соответствующее современным нормам. В последние четыре года мы только жилья строим в республике полтора миллиона квадратных метров в год. Снос ветхих домов, а они были в основном в центре, освобождает значительные площади для строительства офисов, активизируется деловая жизнь, а это - и налоги, и инвестиции...

Кроме того, с помощью федерального центра мы строим метро. Я надеюсь, к юбилею уже сможем пустить первую очередь. Отреставрировали Кремль, реставрируем Театр оперы и балета, построили Баскет-холл на восемь с половиной тысяч зрителей, реконструируем Центральный стадион, воздвигаем памятники известным людям, чьи имена так или иначе связаны с Татарстаном, - Федору Шаляпину, Салиху Сайдашеву, Гавриилу Державину, Марине Цветаевой, другим известным в мире науки и культуры людям.

Человек, который приехал бы сейчас к нам после семи-восьмилетнего отсутствия, не узнал бы Казань. Это теперь совсем другой город - город с приподнятым настроением! И именно в этом заключается главная подготовка к переходу города в его второе тысячелетие.

Впрочем, как я уже сказал, изменения затрагивают не только столицу республики. Мы закончили программу газификации Татарстана, теперь вся сельская местность обеспечена сетевым газом.

Еще одна программа - я считаю ее очень важной, хотя мы проводим ее без особой шумихи - к 2007 году все жители республики получат возможность подключаться к Интернету.

Мы, кстати, одни из первых провели сплошную компьютеризацию всех школ, включая сельские. Так что наши дети растут не в своем замкнутом мирке, они причастны к мировому информационному пространству. Идет процесс накопления человеческого потенциала, начиная с детей, закладывается основа для продолжения рывка в развитии республики, чтобы она была не захолустьем, а развитым даже по западноевропейским меркам регионом.

- И все же, торжества по случаю «казанского миллениума» будут? Кого из известных зарубежных гостей Вы ожидаете?

- Безусловно будут. Мы активно сотрудничаем с МИД России, они прорабатывают вопросы приглашения гостей. Учитывая, что председателем комиссии по проведению юбилея является Президент РФ Владимир Владимирович Путин, полагаю, что в рамках торжеств пройдут встречи на высшем уровне. Впрочем, приглашаются не только политики, но и деятели искусства, культуры. Называть конкретные фамилии пока преждевременно, но в праздновании примут участие очень известные люди.

- Пресса периодически сообщает о трениях между Татарстаном и федеральной властью. Как сейчас складываются отношения Казани и Москвы?

- Прежде всего хочу напомнить, что Татарстан был первым субъектом Российской Федерации, который подписал с федеральным Центром Договор о взаимном делегировании и разграничении полномочий. Остальные субъекты позже тоже подписали аналогичные документы, но затем дезавуировали их. Сейчас осталось лишь пять действующих договоров, включая наш. Может случиться так, что он останется последним. Как бы то ни было, мы от этого договора отказываться не собираемся. Договор для нас оказался судьбоносным.

Перед Россией открылась историческая возможность стать по сути, а не только по форме демократическим государством. И она состоит во многом из исконных национальных территорий - тот же Татарстан, Кавказ, многие другие, - поэтому она обречена быть федеративным государством, а регионы должны активно содействовать центру в этом строительстве. Любые иные поползновения - это отход от демократического пути развития, ибо без федеративного устройства у нас не может быть демократии.

Татарстан твердо стоит на позициях федерализма. Я слышал разные обвинения в наш адрес, но повторяю и подчеркиваю - мы от этой позиции отказываться не собираемся.

- А Москва, на Ваш взгляд, придерживается таких же позиций?

- К сожалению, до сих пор есть много политиков и политиканов, которые не могут избавиться от идеи унитарного государства. Конечно, в этом случае легче будет решать какие-то вопросы. Но мы же не сможем все в один миг стать однонациональным народом. Значит, строительство унитарного государства автоматически приведет к нарушению прав человека, прав различных народов, живущих в одной стране. А это породит сильное напряжение в регионах.

- Говоря о «политиках и политиканах» Вы имеете в виду представителей исполнительной власти или отдельных партий и движений?

- Конечно, прежде всего - о партиях. Взять хотя бы В.Жириновского или Д.Рогозина. Они не могут и никогда не смогут набрать в Татарстане сколько-нибудь серьезного количества голосов. Такие партии, если они не изменят своей позиции, в нашей республике обречены на провал. Их заявления пронизаны идеями великорусского шовинизма. Но, к сожалению, они не получают надлежащего отпора.

- Значит, в органах исполнительной власти в этом смысле все в порядке?

- В ответ я могу привести простой пример - у нас в стране не нашлось средств, чтобы сохранить министерство по национальным вопросам. Было министерство, потом - министр без портфеля, но и его должность упразднили. Не осталось ни агентства, ни какой-либо иной структуры!

А теперь встречный вопрос: у нас в стране, что - все национальные проблемы уже решены? Но ведь нет! А если эта проблема существует, но мы не хотим видеть ее, - хорошо ли это?!

- То есть мы возвращаемся к временам СССР, когда национальный вопрос активно замалчивался?

- После развала СССР он стал замалчиваться еще больше. И чем дальше, тем больше...

- Практика показывает, что чем больше проблема замалчивается, тем она меньше решается, что приводит к ее обострению...

- Вы абсолютно правы. Расчет на то, что если проблему не видеть, то она исчезнет, приводит к противоположному результату. Вот пример того, к чему может привести отсутствие национальной политики. Обсуждают вопрос об изучении религии в школах. Договорились до предложений ввести обязательный курс изучения православия. Ну хорошо, введут его, но я же уже на следующий день поручу подготовить учебники по исламу! А как иначе, ведь чудес не бывает! У нас же регион, где население по религиозному признаку делится практически пополам! И что, будут кричать о национализме или исламском фундаментализме?

Или взять телерадиовещание. После объединения всех местных государственных компаний в ВГТРК нам оставили для местного вещания полтора-два часа. Нам, к счастью, удалось создать свою компанию, которая вещает восемнадцать часов, - а если бы не удалось? Ведь надо помнить - в отличие от большинства регионов, где один государственный язык, у нас, как и в других национальных субъектах федерации, их два, и нам надо успеть дать материалы и на русском, и на татарском языках! Как можно успеть дать местную информацию, культурно-образовательные программы и т.д. сразу на двух языках в столь короткое время?

Но ведь кто-то же в Москве должен всем этим заниматься - иначе как можно говорить о какой-то национальной политике государства?!

- А как обстоят дела с национализмом в самом Татарстане?

- Сейчас ситуация стабильная. Люди живут в согласии в плане и межнациональных, и межконфессиональных отношений. Это очень важно.

В свое время, после образования независимого российского государства, в условиях призыва к гласности национальное самосознание начало бурно проявляться во всем. Далеко не случайно были произнесены известные слова Президента РФ Бориса Николаевича Ельцина: «Берите суверенитета столько, сколько захотите». Происходящие в то время по всей республике процессы могли оценить только очевидцы. Были выдвинуты требования и до полного отделения от России. Мы тогда с Б.Ельциным стали решать, как выйти из создавшегося положения.

Договорились разработать договор о разделении полномочий между центром и нашей республикой, который учитывал бы и интересы федерации, и требования, звучавшие тогда в Татарстане.

Три года напряженной работы дали положительный результат. Подписание в 1994 году Договора в основном успокоило людей.

- Значит, сейчас в республике все спокойно, несмотря на отсутствие продуманной национальной политики центра?

- Говорить о полном спокойствии, конечно, нельзя. Время от времени напряжение у людей возникает. Один из последних примеров - принятый в Татарстане закон о переходе на латинский алфавит.

Сразу после этого Государственная Дума приняла поправки к федеральному закону о языке, запрещающие переход с кириллицы на латиницу или другой алфавит. Этот прямой запрет, естественно, вызвал напряжение. Со стороны Госдумы это было политическое, а не правовое, даже более того - противоправное решение. Запретить нам использовать тот алфавит, который мы сами выбрали, не может ни Конституционный суд, ни международный, ведь по всем международным нормам, к которым Россия официально присоединилась, народ имеет право развивать свой язык так, как считает нужным.

Другое дело - целесообразность этого перехода. Меня тоже одолевают сомнения, насколько это необходимо, и готов ли Татарстан перейти на латиницу. Потому что в Татарстане живет порядка двух миллионов татар, а еще около пяти миллионов - за пределами республики: и в России и в странах СНГ. Мы же не можем навязать им наш закон, это нереально. Зачем нам отделять их от себя, ведь речь идет о возрождении и развитии языка, культуры, литературы всех татар? Есть и другие очень серьезные возражения, мы бы и сами сто раз подумали, переходить или нет. Но вопрос в том, что нельзя было запрещать это, прямой запрет - это нарушение прав наций на саморазвитие, что создает напряжение и приводит к прямо противоположным результатам.

- В общем, проблем у Вас непочатый край. Времени на отдых, наверно, совсем не остается?

- Остается. И сейчас, и раньше, на других постах, я напряженно работаю шесть дней в неделю, но воскресенье - это мое, тут уж меня не трогай!

Бывают, конечно, разные ситуации, например, приезд высоких гостей из Москвы или зарубежных, приходится делать исключения, но в принципе я считаю, что воскресенье - это святое. Любому человеку нужен хотя бы один день в неделю для себя.

- Чем занимаетесь в этот день?

- Неотъемлемая часть отдыха для меня - это шахматы. Они сходу отключают от всех проблем, больше даже подходит слово «вырубают».

Кроме того, люблю физические нагрузки, например лыжи, в том числе горные. Мы сейчас строим у себя прекрасный горнолыжный комплекс, первую очередь уже запустили.

Летом люблю плавать - и на лодке, и просто так. Если я в Казани, я хожу в бассейн ежедневно, круглый год. Например, в прошлом году я проплыл 390 километров, а в этом - уже 195.

Ну и, конечно, семья. Внучки приезжают... Я вообще предпочитаю проводить этот день дома, даже в гости не люблю ходить.

- А отпуск?

- Отпуск я последние семь-восемь лет провожу в Анталье, в одном и том же отеле. Там меня уже все знают, приезжаю как к себе домой.

Иногда, если бывает необходимость, езжу еще на лечебный курорт в Карловы Вары. У нас там свой санаторный комплекс, мы еще в начале перестроечных лет купили его. Он пользуется хорошим спросом. Нашим людям даем льготы, а покрываем их за счет иностранных гостей.

Вел беседу Евгений Терехов.

Опубликовано в газете «ФельдПочта»
21 июня 2004 года.