В Авиастроительном районе несколько улиц носят имена людей, с которыми мне посчастливилось быть знакомой, работать вместе и общаться. Эти люди живут в именах улиц.

Скажем, есть в нашем районе большая улица Максимова. Названа она в честь директора авиационного завода им. Горбунова Николая Ивановича Максимова, лауреата Государственной премии, Героя Социалистического Труда.

А начинал он на нашем заводе (которому я посвятила сорок лет своей жизни) рядовым инженером. Талантливый специалист, обаятельный человек, он пользовался действительно заслуженным авторитетом у нас, заводчан.

Мне приходилось общаться с ним ежедневно, ведь я работала в аппарате директора референтом.

Однажды раздался звонок из министерства авиапромышленности, и попросили к телефону Николая Ивановича. Он был в цехах, о чем я и доложила, тогда мне сообщили, что Максимов удостоен звания Героя Социалистического Труда. А когда он вернулся к себе, я первая поздравила его с этим званием...

К улице Максимова примыкает улица Копылова, носящая имя директора КАПО им. Горбунова.

Это был истый трудоголик, строгий, требовательный, справедливый. Именно при нем и благодаря ему рабочие и служащие завода из общежитий и коммуналок переехали в благоустроенные квартиры. Его трагическая смерть потрясла весь наш коллектив. В своей предсмертной записке Виталий Егорович просил, чтобы его похоронили на Сухорецком кладбище. Там и покоится его прах - в окружении рабочих-горбуновцев.

Почти параллельно улице Копылова проходит улица Дементьева. Петр Васильевич... После смерти Иосифа Сталина он стал министром авиационной промышленности. Однажды мне удалось пообщаться с ним по телефону; это было в тот год, когда шли первые испытания легендарного Ил-62. Конечно, все руководство было на аэродроме, а я дежурила у правительственного аппарата. Было, как помню, воскресенье. И вдруг - звонок:

- С вами сейчас будет говорить товарищ министр.

Я, конечно, вся внимание: говорю, дескать, никого нет, все на аэродроме, и тогда Петр Васильевич продиктовал ряд вопросов, которые я должна была довести до директора. Когда он вернулся, доложила об этом.

Дементьев не раз бывал в КАПО им. Горбунова. Приезжали к нам и Сергей Владимирович Ильюшин, знаменитый авиаконструктор, и не менее знаменитые отец и сын Туполевы. И я, тогда секретарь главного конструктора завода, выполняла указания старшего Туполева с большим волнением.

Помню, в один из приездов Андрея Николаевича в первые послевоенные годы со мной случился конфуз. Единственная пара туфель, что была у меня, прохудилась, и я сдала ее в ремонт. И тут меня вызывают к Туполеву. И я, в резиновых сапожищах, которые делал один из цехов завода, иду по ковровой дорожке в кабинет главного. Вошла. Андрей Николаевич мрачно посмотрел на мою обувку, дал какое-то задание, и я, сгорая от стыда, буквально выскочила из кабинета...

Через несколько лет он приехал вместе с сыном, Алексеем Андреевичем, будущим главным конструктором, а тогда еще студентом. Алексей Туполев все время проводил в цехах, забывая даже покушать. И Андрей Николаевич просил меня напоминать ему об этом...

Великие люди! Они оставили о себе память и в своих делах, и в наших душах, чему свидетельством - названия улиц нашего замечательного города.

 

Нелли БРОВЕРМАН,
ветеран труда