Князь из династии Рюриковичей, потомок князей стародубских, родня всем князьям Хилковым и Гагариным, он вел свое родовое колено от князя Ивана Федоровича Большого Гундора, известного тем, что такого говоруна в Москве еще не видывали. Он знал множество разных историй и небылиц, которые мог рассказывать часами, на ходу сочиняя всякие сюжетные линии и яркие детали. Потому-то и получил прозвище Гундор, что, по Владимиру Далю, и есть говорун или болтун.

Полностью оправдывал родовую фамилию и Андрей Александрович. Сын отставного поручика, поселившегося в селе Матвеевка Спасского тогда уезда, он родился в 1792 году. После окончания гимназии поступил в возрасте 15 лет в Императорский Казанский университет, где и начал вместо небылиц и историй сочинять эпиграммы и шутливые стихи. Свои жизненные перипетии он изложил в стихотворной форме, посвятив их своему другу и соседу по имению Ф.С.Лихачеву:

Желающий теперь

вписаться в твой альбом

Был некогда писцом,

Бухгалтером, секретарем,

Уездным стряпчим, офицером.

В пехоте, в коннице служил

И целый месяц был,

О рок! в Казани газетером.

Быть может, скоро он пойдет в краю чужом

Мириться с мачехой судьбою,

Искать приюту и покою.

Досужею порою,

Открывши твой альбом,

Ты вспомни иногда о нем.

В 1812 году как дворянин и русский патриот он вступил в ополчение и сражался с французами весьма геройски. Не зря в том же 1812-м он получил чин прапорщика. После окончания войны и возвращения в Казань сотрудничал с единственным тогда в городе печатным изданием «Казанские известия» - был «газетером», потом секретарствовал в управах, а в 1818 году принял должность бухгалтера Казанского университета - сельцо Матвеевка с принадлежавшими ему 47 душами доходу приносило чуть, и приходилось служить.

А человек он был веселый, правда, не без иронии и сарказма, и на подъем легкий. Когда у его соседки по имению Анны Александровны Наумовой, поэтессы и, очевидно, посему пребывавшей в свои почти тридцать лет в состоянии не мадам, но мадемуазель, вышел в 1819 году поэтический сборник «Уединенная Муза Закамских берегов», князь Гундоров тотчас сочинил эпиграмму, записал ее крупно на четверти листа и тайком приклеил к ее дому в деревне Зюзино:

Уединенна муза

Закамских берегов,

Ищи с умом союза,

А не пиши стихов.

Сочинение эпиграмм, сатир и просто шутливых стихов было не единственным занятием князя Гундорова. Еще он писал едкие заметки - одна из них под названием «Двуличность» была опубликована в разделе «Смесь» в 12-м номере журнала «Заволжский муравей» за 1833 год. Годом раньше Андрей Александрович опубликовал в «Заволжском муравье» авантюрную повесть «Записка скопидома». Она публиковалась с продолжением в трех номерах журнала. Повествование в ней велось от первого лица, мошенника, пройдохи и картежника, считавшего, что «решительно нет чести там, где нет денег». Кажется, в этом сочинении Андрей Александрович вывел одного из князей Болховских, что, впрочем, не факт. Эта повесть - чудо. Абсолютно современная вещь, сочному и яркому языку которой позавидовали бы многие нынешние беллетристы...

Были в повести и стихи, что указывало на продолжавшуюся приверженность автора к стихосложению.

 

Леонид ДЕВЯТЫХ