Спустя несколько минут к месту взрыва прибыли все городские силовые структуры. Направленным подрывом мощного взрывного устройства был уничтожен участок коммунального газопровода на перекрестке улиц Гафиатуллина и Гашека, близлежащие дома остались без газа, в стоящем напротив общежитии вылетели все стекла, а на нижних этажах рамы оказались вдавленными внутрь. Часом позже не обошлось бы без жертв, но в такое время люди спали, и прохожих еще не было. Здание городского отделения ФСБ находилось совсем близко, милиция - в пяти минутах ходьбы. Последние совпадения навели на определенные мысли уже потом, в ходе следствия, а поначалу правоохранительные органы рассматривали разные версии, в том числе и, так сказать, бытовые - естественный износ коммуникаций, нарушение правил эксплуатации, обычное хулиганство.

Такого спокойный трудолюбивый город не знал со времен Гражданской войны. Слухи распространялись молниеносно - начали говорить о группе террористов, целью которых было создание атмосферы страха и всеобщей подозрительности, дестабилизация обстановки в республике. К сожалению, именно эта версия в основном и подтвердилась. Правда, ремонт газопровода был завершен в кратчайшие сроки, стекла в общежитии тоже вставили быстро (на дворе - зима!), а бугульминцы да и все остальные жители республики сохранили спокойствие. В течение суток была создана объединенная оперативно-следственная бригада из сотрудников ФСБ, МВД, прокуратуры республики, к работе привлекли лучших следователей и оперативников. Появились первые подозреваемые. После проведенных экспертиз "мирные" версии взрыва отпали сразу и однозначно - стало ясно, что был совершен умышленный подрыв газопровода, то есть акт терроризма.

Круг лиц постепенно сужался. Отправной точкой и для следствия, и для оперативников стало то, что поначалу казалось случайным, - соседство местного отделения ФСБ и произведенные в республике в ноябре-декабре 2004 года задержания членов международной террористической организации "Хизб ут-Тахрир Аль-Ислами". Сложилось мнение, что бугульминский взрыв - попытка мести за товарищей-террористов. А также способ отвлечь внимание правоохранительных органов от Азнакаева, Альметьевска, Чистополя, Набережных Челнов и Казани, где шли судебные процессы над религиозными экстремистами и известнейшие мусульманские священнослужители республики подвергали членов этой организации самой острой критике. И это было вполне логично, потому что как любая религия, и ислам в первую очередь, так и законодательство нашей страны полностью отвергают насильственные действия террористического и экстремистского характера. Это уже потом широкими тиражами вышли книги известных религиозных философов Идриса Галяутдинова "Ислам против террора" и Малика Ибрагимова "Ислам и не ислам, ислам и экстремизм, ислам и терроризм", в которых в доступной, понятной форме разъяснено, что террористы по определению не могут считаться настоящими мусульманами. А в тот период и у арестованных нашлись сторонники в лице известных правозащитных структур, которые то ли в силу религиозной неграмотности, то ли высоколобого снобизма огульно назвали законные действия правоохранительных органов "преследованием мусульман". Лучшим ответом на это является строительство двух символов - мечети и православной часовни на улице Дзержинского, во дворе между зданиями ФСБ и МВД республики. Вера нужна силовикам ничуть не меньше, чем кому бы то ни было...

На сегодняшний день следствие закончено. Впереди суд, который и поставит точку в этом резонансном деле. А пока слово следователю.

...Заключение по обвинению Гумарова Р.Ш., Шайхутдинова Ф.А., Ишмуратова Т.Р. в совершении преступлений, предусмотренных частью 3 ст. 205, частью 3 ст. 222 УК РФ, подписано.

Особняком в этом деле стоят Равиль Гумаров и Тимур Ишмуратов. Они похожи. В целом - положительные характеристики отовсюду. Равиль Гумаров - отец четверых детей. Тимуру Ишмуратову всего 30 лет. Оба они в свое время сумели пробраться в Афганистан, где вступили в ряды талибов. Под ударами Северного альянса талибы рассеялись, а Гумаров и Ишмуратов уцелели. В качестве военнопленных около двух лет их содержали на военно-морской базе США в Гуантанамо (Куба). К ним отнеслись гуманно. Сносно кормили, а затем экстрадировали на Родину. Родина в своей гуманности не уступила США. Оба пленника вышли на свободу. У них была возможность начать новую жизнь: получить религиозное или светское, по выбору, образование, найти работу. Полученную свободу они использовали во вред своим согражданам и, как видно, себе тоже. По версии следствия, именно Гумаров нашел продавца взрывного устройства, которое и приобрел за смешную сумму. В свое время и продавец, бывший военный, тоже предстанет перед правосудием. Вместе с Ишмуратовым и Шайхутдиновым они, решив, что "отдельных братьев-мусульман правоохранительные органы незаконно привлекают к уголовной ответственности", тщательно запланировали и совершили это преступление. Именно Шайхутдинов, полностью осознавая, что он делает, переносил взрывное устройство в своем рюкзаке и вместе со всеми ранним зимним утром его устанавливал. И наконец, именно Гумаров привел взрывное устройство в действие. Заметим, что все содеянное указывает на то, что члены группы были знакомы с минно-взрывным делом. "Афганская" школа?

Так, по версии следствия, выглядело преступление изнутри. Интересно, что в ходе следствия Гумаров, ранее дававший показания, просто отказался говорить. Улики были слишком явными и однозначными.

Участники группы хотели, чтобы в Бугульму приехали центральные органы власти, правозащитники, журналисты и "разобрались с этой ситуацией". Никто не приехал. У людей было достаточно времени, чтобы уяснить: нельзя добиться гуманных целей преступным путем. Преступный путь накладывает преступный же отпечаток на любую цель.

В рамках обеспечения безопасности 1000-летия Казани сделано немало. И хотелось бы, чтобы гости республики из России, мусульманских государств, стран СНГ, дальнего и ближнего зарубежья увидели лучшее, что у нас есть, - старые и новые города, строящиеся мечети и церкви, мирные религиозные диспуты в Российском исламском университете, людей, живущих по вере и закону, которые не могут противоречить - и не противоречат - друг другу. А не оголтелых боевиков со взрывчаткой, шепотом по темным квартирам обсуждающих новые преступления, а затем пойманных за руку, осуждаемых и презираемых всеми, вспоминающих о вере и гуманизме, идеалы которых они только что предали.

 

 

Владимир ДЪЯКОНОВ