Евгении Яковлевне Масловой 99 лет. Из них более полувека она проработала врачом-офтальмологом в РКБ. Свою профессию очень любила и любит. Ушла на пенсию в 75 лет, и лишь по причине того, что настояли родственники. Но даже сейчас во сне Евгения Яковлевна лечит пациентов, разговаривает с ними, дает рекомендации. 

В 1941 году 22-летняя Евгения была призвана в ряды Рабоче-Крестьянской Красной Армии. Ее отправили на фронт в город Гомель Белорусской ССР операционной сестрой. Там всех распределили по полевым госпиталям. Обстановка в городе оказалась крайне тяжелой и напряженной: немцы приближались к Гомелю, шли кровопролитные бои. Несмотря на все трудности, медикам удалось развернуть госпиталь более чем на две тысячи мест для принятия раненых. 

- Мы работали в полевых госпиталях в страшных условиях, - вспоминает Евгения Яковлевна. - Во время боевых операций принимали по пятьсот раненых, порой доходило до тысячи человек в день. Помню, как однажды на операционном столе лежал солдат с проникающим ранением брюшной полости. И в этот момент началась бомбежка немецких самолетов. 
Евгения Яковлевна замолкает, ее глаза наполняются слезами. Даже спустя такое время воспоминания не дают душе покоя. 

- От бомбежек все здание содрогнулось, со стен и потолка начала сыпаться штукатурка. Соседние дома охватил пожар, электричество пропало, - с трудом продолжает рассказ ветеран. - Прервать операцию означало убить раненого солдата. Мы под страхом смерти зажгли керосиновую лампу, подняли над парнем плащ-палатку и продолжили лечение. Нам удалось спасти совсем еще молоденького бойца. Пройдя реабилитацию, он снова вернулся на фронт. 
День и ночь врачи, медсестры, санитары не отходили от операционных столов. Они лечили раненых солдат, едва держась на ногах от усталости. 

Одно из самых страшных воспоминаний Евгении Яковлевны было связано с ноябрем 1941 года, когда их подразделения попали в окружение у реки Оршица. По словам Евгении Яковлевны, фашистские танки, самолеты бомбили и загоняли их в сторону болота. Так они оказались в западне. Везде были слышны крики врагов, страшно было даже голову поднять. Вдвоем со своей фронтовой подругой Евдокией они ползли километров десять от линии фронта в сторону оврага. Перед этим сняли обмундирование и переоделись в деревенскую одежду. Они не думали ни о сне, ни о еде. Им хотелось просто выжить.

Евгения и Евдокия двигались через огороды местных жителей. Боясь попасть в плен, девушки ночевали под плотно сложенными массами сена. В тот момент они не думали ни о том, как выглядят, ни о том, какая у них прическа или одежда. Евгения Яковлевна, которая в мирное время не могла представить себя без каблуков, нарядного костюма или платья, ажурных кос на длинных волосах, красивых украшений, в годы войны забыла, что такое расческа, душ, зубная паста. Война вычеркнула все то, что сейчас нам кажется само собой разумеющимся и естественным. Через какое-то время девушкам удалось встретиться со своими частями в районе города Изюм Харьковской области. Там их первым делом тщательно допросили в особом отделе и лишь затем дали назначение в медсанбат. 

О Харькове у Евгении Яковлевны также остались страшные воспоминания, там шли ожесточенные сражения. Ужас смерти, бесконечные артиллерийские обстрелы, пулеметные очереди, тяжелые потери - все это о боях в мае 1942 года под Харьковом.

- Санитары, сестрички без устали искали под огромными завалами раненых бойцов, - говорит Евгения Яковлевна. - Большинство солдат медики находили со страшными проникающими ранениями брюшной полости, груди, рук, ног. Поле боя с ранеными солдатами - это настоящий ад! Это самое страшное, что может увидеть человек, особенно юная девушка. Нам, двадцатилетним, пришлось ежедневно, ежечасно видеть смерть, а порой и самим сталкиваться с ней лицом к лицу.

Однажды при очередном обстреле, когда медсестра Евгения помогала раненым, осколок мины попал в мочку ее уха, пролетев всего в нескольких сантиметрах от виска. Этот момент она даже не заметила. Лишь вечером увидела, что вся одежда в крови, и осознала: ей чудом удалось остаться живой. 

Евгения Яковлевна проходила воинскую службу в составе Южного, Западного, Воронежского и Юго-Западного фронтов. Награждена орденом Отечественной войны II степени, медалями «За боевые заслуги», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941 - 1945 гг.». Была демобилизована в сентябре 1944 года, после чего поступила в Казанский государственный медицинский институт на лечебный факультет. 

С тех пор судьба Евгении Яковлевны неразрывно связана с медициной - главным делом всей жизни. Более 50 лет она проработала в РКБ. Даже сейчас ее не перестают волновать разговоры о медицине. 
Счастье она обрела и в личной жизни. После войны вышла замуж за Сергея Игнатьевича. С мужем они прожили душа в душу более 55 лет. У них четверо детей, пятеро внуков и шесть правнуков. Когда муж заболел, Евгения Яковлевна сутками дежурила у его кровати, будучи уже в преклонном возрасте. Главными чертами ее характера дети называют оптимизм и любовь к красоте. Она никогда не унывает, не впадает в грустное состояние, всегда верит в хорошее и доброе. И до старости остается верна главному женскому оружию - высоким каблукам.

- Я всю жизнь проходила на каблуках, - улыбается Евгения Яковлевна. - Не признаю обувь на плоской подошве. Даже сейчас не отказываюсь от шпилек. Когда к нам приходят гости на домашние праздники, встречаю их на каблучках. 
9 Мая Евгения Яковлевна не изменит своему вкусу и, конечно же, принарядившись в красивое платье, наденет туфельки на каблучках. Так во всеоружии своей мудрой красоты она встретит День Победы в кругу родных и любимых ею людей, для которых она - вечный пример жизнелюбия и твердости духа.