В апреле 1961 года я заканчивал второй класс. Нас собрали в коридоре школы. Был прекрасный солнечный день. Директор торжественно объявил: «Человек полетел в космос!» Наш, советский человек! Это потом я узнал, что звали его Юрием Гагариным.

Прошло время. Шел 1975 год - страна отмечала 30 лет Победы в Великой Отечественной войне. Комсомольская организация, в которой я состоял, командировала меня в Волгоград, в поездку на пароходе на торжество. Если бы знал, какая встреча ждет меня на том пароходе, я бы не стал так упорно тогда сопротивляться. В конечном счете я все же отправился в путешествие. 

И вот мы готовимся отчалить. На палубе много ветеранов в орденах и медалях, а еще комсомольские функционеры, музыканты, победители конкурсов патриотической песни.

Путешествие было интересным. Волга - прекрасная река, на каждой остановке экскурсия, вечером танцы, репетиции концерта, беседы за круглым столом, соревнования, а рано утром выпуск боевого листка...

Тут и Волгоград показался, пристань его. Все готовятся спуститься с корабля в город. Но на борту парохода находилось боевое Красное знамя. Его нельзя было оставлять без присмотра, и во время экскурсий около него выставляли пост. Нам выдали форму защитного цвета, пилотку, а потом даже красную ленту через плечо, чтобы выглядеть рядом с алым полотнищем соответствующе. 

Во время моего дежурства неожиданно в каюту вошел плотный человек небольшого роста в синем костюме. Посмотрел на меня, взял стул, сел к столу.
- Скучаешь?
Я пожал плечами. Скучно, конечно. Ни почитать, ни радио послушать.
- А вы почему не пошли со всеми? - спросил я вошедшего.
- Да нездоровится что-то.
Только тут я увидел «Золотую Звезду» героя. Вот это да! Поймав мой взгляд, ветеран прикрыл ее ладонью. А я набрался смелости и спросил, за что такая награда.
- Самолет угнал! - усмехнулся герой. 

И только тут до меня дошло: это же Девятаев! Однажды мне случайно довелось услышать разговор двух ветеранов-полковников в наградах: «Тоже мне - герой! Посидел в плену, не то что мы - в окопах!..» И пошло-поехало: «А этот даже и повоевать-то не успел». Оба оказались танкистами, дошедшими до Берлина. Я тогда не знал, о ком идет речь, а тут такая встреча...

Однако Михаил Петрович оказался человеком неразговорчивым. Это сейчас я знаю, насколько засекреченной оказалась биография Девятаева. А тогда он с усмешкой поведал, что был в самолете не один, кроме него в новейшем немецком бомбардировщике «Хейнкель», нашпигованном невиданным оборудованием, было еще девять узников.

- Без них я не смог бы поднять самолет, слишком слаб был. Вот мы все вместе навалились на рычаги - и тикать с острова! Чудом улетели!

Этот короткий разговор с Героем Советского Союза навсегда остался в моей памяти.

Потом уже я узнал подробнее об удивительной судьбе этого человека. О том, что в действующей армии Михаил Девятаев оказался 22 июня 1941 года, то есть с первого дня Великой Отечественной. Ошибались те полковники, ох как ошибались... На его счету было 9 сбитых вражеских самолетов. И побег из немецкого плена, подробности которого многие годы были засекречены. 

Итак, Волгоград, 1975 год. Мы больше молчим. Даже в каюте чувствуется, как знойно на улице. Я почему-то уже не спрашиваю у него о прошлой жизни. Я верил словам тех полковников. Это сейчас известно, что вся эпопея с немецким самолетом была засекречена на четверть века. 
- Мне стукнуло сорок лет, и тут такой подарок. Орден и «Золотая Звезда»... - как-то неожиданно сказал Девятаев.
- А сейчас вам сколько? Вы на пенсии? - спросил я, переминаясь с ноги на ногу на своем посту. 
- Вообще-то я ровесник Октября. Это мне постоянно пионеры напоминают. Спрашивают: «А вы Ленина видели?» А я его не только не видел, я про него и не слышал. Мне было девять лет, когда меня повели в школу. Какой там Ленин в деревне...

Так и отучился семь лет. 1933 год плохой был в деревне, только я уже к тому времени в городе обосновался.
Стоя у знамени, я высчитал, что Девятаев родился в 1917 году. Точно, ровесник Октября. Значит, Героем Советского Союза Михаил Петрович стал в 1957 году. Мне в это время было пять лет. А где-то далеко, в Казахстане, в космос устремилась ракета с первым спутником Земли. И это тесным образом оказалось связано с Михаилом Девятаевым, угнанным им бомбардировщиком «Хейнкель» и разработанной немцами ракетой «Фау-2». С этого времени начинается новая история судьбы человека, устремившегося на свободу из логова создателей страшного оружия в самолете будущего. 

Михаил Петрович Девятаев волею судьбы оказался на полигоне, где испытывали «Фау-2», а самолеты «Хейнкель» были навигаторами их наведения на цель. После побега его история, записанная следователями Смерша, стала известна Сергею

Павловичу Королеву, который руководил программой по изучению немецкой ракетной техники. По разведданным, на базе Пенемюнде во время войны немцами проводились испытания какого-то нового оружия на реактивной тяге. Об этом знали и союзники. Они бомбили остров, но без толку. Узнав про человека, улетевшего с этого острова на угнанном самолете, Королев в сентябре 1945 года встретился с ним, и эта встреча стала исторической. Она проходила на базе Пенемюнде.

Там Девятаев показал Королеву пусковые установки, что и стало началом космической эры Советского Союза. В преддверии запуска искусственного спутника Земли Королев вспомнил о Михаиле Девятаеве. Указ о присвоении ему звания Героя Советского Союза подписал Никита Сергеевич Хрущев.

Вот такая история. С помощью Михаила Девятаева советская наука получила доступ к новым технологиям и с некоторыми доработками осуществила прорыв в космос. Американцы, между прочим, раньше нас получили доступ к немецким технологиям, они даже вывезли из Германии главного конструктора «Фау» Вернера фон Брауна, но все равно были только вторыми, не понимая, как стоящая в руинах страна со звонким названием Советский Союз смогла отряхнуться от пепла и осуществить мечту всего человечества.