Люди разных возрастов отзываются о своих отцах по-разному - и хорошо, и плохо. Но без них не было бы нас.
Своего отца Бориса Владимировича Васнева я впервые увидела, когда мне было 30 лет. До нашей встречи знала о нем только то, что рассказывала мама. Об этих событиях я написала в статье «Военно-черноморский роман», участвуя в конкурсе «Мгновения Великой Победы». За нее я была награждена (см. «Казанские ведомости» за 13 апреля 2005 года).

В далекие послевоенные годы рядом с нашим домом были установлены огромные (так мне казалось тогда) портреты Сталина и членов Политбюро ЦК КПСС. Среди них был портрет Николая Александровича Булганина, члена Президиума ЦК КПСС, в которого я влюбилась и которого стала считать своим отцом. Я фантазировала. Рассказывала ребятам, что это мой любимый папа, но из-за своей работы он живет в Москве, поэтому с нами его пока нет. 

Старшие дети смеялись над моими выдумками, а мне было ужасно обидно. Я убегала домой и подолгу плакала, забившись в уголок тесной комнатушки в Сталинграде, в которой мы жили с мамой после войны. Как же я мечтала об отце! Просила слезно: «Мама! Купи папу!»

Она не развеивала мои детские выдумки и мечты и отвечала: «Доченька, у тебя ведь есть папа!» Для меня он был самый-самый лучший папа. Я любовалась им, вставала напротив него и подолгу разговаривала, рассказывая о своих успехах.

Вот и сейчас, когда мне уже за 70 лет, есть семья, внуки и правнучка, я, вспоминая эту страничку своей биографии с улыбкой на губах, ощущаю те детские радости и переживания.
Для меня тогда это был самый лучший папа на земле!