- Расскажите о себе: как вы увлеклись современной поэзией?
- Я себя определяю как человека, наблюдающего за литературным процессом. Интерес к чтению появился с детства и укрепился во время учебы на филфаке КГУ. В то же время увлекся современной поэзией, а чуть позже заинтересовался казанским литературным сообществом.

- Что вы можете сказать о современной поэзии Казани и Татарстана в целом?
- В республике существует ряд институций, направленных на поддержку литературного процесса. В первую очередь я бы выделил «Калитку» - казанское литературное кафе, действующее при Центральной библиотеке Казани и возглавляемое поэтом Эдуардом Учаровым. Место это относительно новое, появилось в 2016 году, но работа там ведется активно и, что даже важнее, стабильно. Других стабильных и при этом осмысленно работающих литературных институций в Татарстане я назвать не могу.

История вопроса

- Почему? Разве в Татарстане мало площадок для встреч писателей?
- Местные литературные объединения уже довольно давно находятся в некоем анабиозе. Причины стагнации различны. Литературные объединения в Казани были активны с восьмидесятых по нулевые годы.

- С чем это было связано?
- С одной стороны - постепенно исчезал идеологический пресс. Отрицать его наличие в советское время невозможно. Взять пример казанского поэта Алексея Остудина. Первый сборник его стихов был готов уже в 1979 году, а издан только спустя 10 лет, причем в виде так называемой «кассеты» - подборки нескольких молодых авторов. При этом его стихи, пусть и были весьма свободными по духу, не несли в себе какой-то особенной крамолы, но даже небольшое отклонение от имеющихся ожиданий могло показаться опасным. Потом стали появляться независимые литературные издания. В юности я со стороны наблюдал за одним из таких - журналом «Квадратное колесо». Кроме того, в начале нового века в Казани получили распространение неофициальные творческие объединения. С моей точки зрения, это были очень плодотворные времена для казанской поэзии. С одной стороны действовали поэты старшего возраста, с другой был приток молодых авторов. Впрочем, неформальные объединения так и не смогли в достаточной степени институализироваться.

- Что же послужило причиной ухудшения ситуации?
- Со временем начался отток молодых авторов: кто-то уехал из Казани, другие перестали заниматься поэзией или ушли в другие виды искусства. В то же время сократилось количество площадок для выступлений: на несколько лет закрылся музей Горького, в Доме-музее Аксенова сложился свой круг общения, подходящий не для всех авторов. Конечно, появились и альтернативные площадки, в частности, поэтические вечера проходили в Театре на Булаке, Центре современной культуры «Смена». Однако подобные мероприятия находятся на периферии интересов этих площадок.

О современных проблемах

- А что сейчас? Есть ли в Казани почва для появления новых Хлебниковых?
- Это во многом процесс случайностный, поставить производство гениев на поток пока никому не удавалось, и слава богу. Но для литпроцесса нужен более или менее постоянный приток молодых авторов. До недавнего времени последними новыми авторами считались Елена Чеснокова и Полина Брейман, появившиеся на казанской сцене в начале 10-х годов. В 2017 - 2018 годах появились новые юные авторы, Эдуард Учаров старается приглашать их в «Калитку». Но давать какую-либо оценку их творчеству я бы пока не стал. В целом ситуация в последние три года меняется в лучшую сторону. Вернулись в поэзию авторы, молчавшие некоторое время, например, Глеб Михалев.

- Почему же не появлялось новых поэтов?
- Почему же, они были, но у них не было интереса вовлекаться в литературный контекст, многие из них попросту не знали о площадках, на которых происходят встречи и чтения. Раньше попасть в этот процесс было проще из-за большего количества площадок и групп. В нынешних же условиях существует возможность стать поэтом, совсем не вовлекаясь в местный контекст. Например, Динара Расулева стала известна только после того, как уехала из Казани в Берлин. Есть авторы, живущие в собственном автономном пространстве. Так, в Альметьевске живет известный в России поэт и прозаик Виктор Боммельштейн, совершенно не участвующий в литературной жизни Татарстана. Место проживания никак не отражается в его творчестве. Впрочем, и в Москве он появляется редко, оставаясь очень закрытым человеком.

- Каких современных татарстанских поэтов вы бы могли посоветовать нашим читателям?
- Среди активно пишущих авторов большого количества хороших текстов я бы назвал Алексея Остудина, Анну Русс, Дениса Осокина (как поэта, а не прозаика), Игоря Тишина, Анну Сокольскую, Сергея Кудряшова, Глеба Михалева, Вадима Гершанова, Айрата Бик-Булатова, Эдуарда Учарова.  Кроме того, относительно недавно активно писали Андрей Абросимов, Николай Артюшкин. Из перебравшихся в другие города можно вспомнить Айгель Гайсину, которая далеко не только музыкант, Анну Неву, Алену Каримову. Всех упомянуть трудно, так что список совершенно точно неполон.

- В чем по-вашему заключается секрет успеха писателя?
- Те, кто хочет добиться успеха на литературном поприще, должны активно работать. Не у всех хватает для этого самодисциплины. Талант не гарантирует успеха.

- Как бы вы охарактеризовали нынешнюю казанскую поэтическую школу?
- Я бы не сказал, что таковую можно выделить. Дело в том, что поэтики казанских авторов очень разнообразны: среди них есть и традиционалисты, и авангардисты, и те, кто работает сразу в нескольких техниках. В принципе, это может говорить о сильной вовлеченности Казани в общероссийский контекст, но в то же время и о слабости локальных взаимодействий между авторами.

- Что бы вы назвали главной проблемой нашего поэтического сообщества?
- Отсутствие объединяющего издания. Журналы «Идель», «Казань», «Казанский альманах» пусть и публикуют местных авторов, не могут выполнять такую функцию - у них существует собственная повестка.

- Думаю, это не единственная сложность...
- Нет связи с академической сферой. В университетской среде есть немало ученых, изучающих поэзию, но они не взаимодействуют с местными литераторами. Так, доцент КФУ, доктор филологических наук Артем Скворцов активно вовлечен в общероссийский литературный контекст, но почти не соприкасается с казанским. Он читает местных авторов, общается с некоторыми из них, но не выступает в качестве активного деятеля. Конечно, никто не вправе требовать от ученых подобного, в конце концов у них хватает и собственных забот, однако в некоторых других городах дела обстоят иначе.

О возможных решениях

- Возможно, государство могло бы помочь создать более благоприятные условия для литературного процесса в республике?
- Я считаю, что государство не может создать подобных условий, это находится вне сферы его видения. Думаю, это по силам культурному сообществу, но для этого необходимы усилия большого количества активных людей. Должны присутствовать не только сильные авторы, но и люди, которым интересна организация поэтических мероприятий, увлеченные этим делом настолько, чтобы заниматься им несколько лет подряд. Соответственно, необходимы и площадки для встреч, выступлений, фестивалей.

- Что могло бы, по-вашему, активизировать литературный процесс в республике?
- Должна быть среда для появления талантов, активная литературная жизнь, взаимодействующая с академической сферой. Авторам желательно, пусть и необязательно, поддерживать связи с коллегами по цеху, особенно начинающим авторам.

Однозначно должен появиться местный литературный журнал с широким полем авторов. Хорошим примером такого журнала можно назвать саратовскую «Волгу». При постоянном интересе к локальным авторам его редакция старается привлекать интересных литераторов без географической привязки.

Об интересе к чтению

- С чего начать человеку знакомство с современной поэзией? Может ли в этом помочь интернет или все же лучше поискать бумажные издания?
- Мнение о том, будто в интернете есть все - ошибка. Многих книг там не найти. Тем не менее создать базовое представление о состоянии поэзии на русском языке в интернете можно, подписавшись примерно на сотню страниц профессиональных авторов в соцсетях. Но для этого нужно знать, на кого подписаться, иметь представление о литературном контексте. Каким образом получить отправную точку - это вопрос. В 80-е и 90-е годы ей могла становиться рок-музыка - от Гребенщикова и Летова до, например, Лагутенко (о воздействии последнего когда-то говорил пензенский поэт Владимир Навроцкий). Сейчас, может быть, такой точкой в теории может становиться рэп - хотя поэтические достоинства большинства отечественных текстов этого направления вызывают сомнения. Главное - возникновение запроса, читательского интереса. При этом не должна происходить подмена поэзии суррогатом, как это происходит у современных сетевых авторов.

- Какую роль в этом играют читательские клубы?
- Читательские клубы объединяют людей по интересам, повышают интерес к литературе. Встречи некоторых клубов посещают и писатели. Тем не менее читательские клубы не могут заменить другие институции литературного процесса.

- Что может пробудить в человеке интерес к поэзии?
- Я не могу назвать рецепта, способного стопроцентно увлечь человека литературой. Единственное, что я могу посоветовать - читать разновременную литературу, не акцентироваться только на классике или только на современной литературе, а читать и то, и другое. Это расширяет кругозор. Кроме того, интерес к литературе могут пробудить другие виды искусства: музыка, живопись, театр. Есть отдельные авторы, занимающиеся параллельно несколькими видами искусства.