В комментариях люди ругали власть, родных этой женщины, соседей, обвиняя их в равнодушии. Кто-то предлагал помощь. И лишь один человек смог конкретно помочь бедной пенсионерке, забрав ее с улицы в приют «Милосердие». Это была Юлия Хакимова, волонтер движения «Душа России. Волонтеры».

Та самая Юлия, которая помогла нескольким десяткам многодетных семей из Донбасса уехать из-под бомбежек, пересылала деньги, чтобы те смогли добраться до Казани, встречала их здесь, устраивала. Кого-то приютила у себя, кому-то снимала жилье.

На свои деньги арендовала помещение, где открыла пункт приема гуманитарной помощи, социальную столовую, в которой вместе со своими сотрудницами готовила обеды. Когда заработанных денег не стало хватать, продала машину, после взяла кредиты.

- Когда первый раз увидела по телевизору военные репортажи, детей, погибших от осколков, женщин, бабушек, прятавшихся в нечеловеческих условиях в подвалах, понять не могла, почему они не уедут оттуда, - вспоминает Юля. - Разве нужно держаться за стены дома, если в каждую минуту может прилететь снаряд и убить твоих детей? Когда по интернету смогла найти такие семьи, выяснилось, что бежать не могут, потому что нет денег. Банки закрыты, наличка кончилась.

Хитроумными путями она перечисляла многодетным мамам деньги на дорогу, чтобы они могли приехать в Казань. Таким образом помогла 13 семьям.

- В то время в Татарстан различными путями приехали примерно 13 тысяч беженцев с Донбасса, - продолжает моя собеседница. - Примерно 2 тысячи были устроены в казанских гостиницах и обеспечены питанием. Но на улицах города остались сотни тех, кому некуда было идти. Слухи донесли людям, что мы помогаем. Пришлось арендовать помещение, организовали прием-выдачу вещей, продуктов, потом открыли социальную столовую, сами готовили еду. Народ шел толпами. Причем как те, кто приносил, так и те, кто забирал. Не было проблем с одеждой. Худо ли бедно, но беженцев, которые выехали в чем были, одевали. Часто приходили полуголодные женщины и, плача, рассказывали, что они с детьми остались совсем без еды. И тогда мы снимали с кассы дневной заработок, покупали продукты и раздавали их голодающим.

- Вы отыскиваете детей, которые предали своих престарелых родителей?
- Зачем? Не вижу смысла. Мы стараемся вообще избегать подобных встреч. Люди разные, судьбы тоже. Нам некогда читать мораль, нам надо спасать.

Беженцы, брошенные на произвол судьбы на чужбине, обманутые недобросовестными работодателями, приходили в офис Юлии и просились переночевать с детьми хотя бы ночь.

- Сколько в день бывало людей?
- Счет шел на сотни. Приходили зимой в летней обуви, потому что другой не было. Не всегда люди находили подходящее по размеру в центрах гуманитарной помощи, и тогда мы шли на рынок и покупали все что надо. Слава богу, поток беженцев с Донбасса через какое-то время закончился, они как-то смогли устроиться. Я с легким сердцем закрыла это помещение, тем более срок аренды закончился, вернулась в свой офис на Юго-Западной, чтобы работать и закрывать многочисленные кредиты.

Это было в пятницу, а в понедельник к приходу Юлии у дверей конторы уже стояли человек пять из местных: малоимущие многодетные мамы, бабушки и дедушки, которые нуждались в помощи. Оказалось, на рынке им подсказали, где ее искать. С этого момента начался следующий жизненный этап - помощь одиноким старикам, многодетным малоимущим семьям.

- Почему пожилые люди оказываются на улице, брошенные своими детьми и родственниками, почему они в старости деградируют?
- Нет, старики не деградируют, я не соглашусь с этим. В тяжелой жизненной ситуации они оказываются из-за сильного морального потрясения, переломного кризисного момента. Я больше склоняюсь к тому, что на дно толкает отсутствие человеческого отношения со стороны близких, родственников, соседей. Пожилой человек замыкается, уходит в себя, и чем дальше, тем сильнее прогрессирует это депрессивное состояние. Ни один из наших подопечных, кого пришлось спасать, не был деградирован. Как только начинаешь с человеком просто разговаривать, не ругать, не устраивать допрос, а просто тепло общаться, он  оттаивает, отходит, раскрывается. Не сразу, конечно, а потихоньку. Главное, не торопить, не теребить, не лезть в душу и набраться терпения. Человек расскажет все сам. Одна из главных причин - абсолютное безразличие окружающих, а люди старшего возраста не умеют просить.

- Вы отыскиваете детей, которые предали своих престарелых родителей?
- Зачем? Не вижу смысла. Мы стараемся вообще избегать подобных встреч. Люди разные, судьбы тоже. Нам некогда читать мораль, нам надо спасать. Если дети сами изъявляют желание ухаживать за своими родителями, то да. Но если нет, то мы не лезем в семейные отношения, не перебираем грязное белье, не копаемся в чужой жизни. Практика показывает, когда старики нормализуются, бросают пить, ведут себя адекватно, то и родственники начинают проявлять к ним интерес и заботу.

- А если пожилой человек не пьет, немощен в силу преклонного возраста и дети с внуками появляются у него раз в месяц, чтобы забрать пенсию, что с такими делать?
- Ничего! У нас есть и такие подопечные, их, увы, немало. Им надо только помогать и не лезть в эти взаимоотношения. Как бы ни было, они дети своих родителей. Как бы они не обижали своих стариков, те все равно будут их любить и оправдывать. С детьми бесполезно говорить и чему-то учить. Если читать им мораль, то можно нарваться на агрессию и обвинение в меркантильности.

Юлия тесно связана с государственным приютом «Милосердие». Всех бездомных и брошенных пенсионеров везет сюда. При этом категорически не понимает, почему частные приюты для пожилых выигрывают государственные гранты.

- Отношусь к этому с непониманием, - говорит она. - В городе есть официальные учреждения, которые оказывают всю необходимую помощь. Бабушка, которую забрали на улице, провела зиму в частном приюте. За эти месяцы ей не были восстановлены паспорт, медицинский полис, не оформлена пенсия. Какой смысл содержания? Бабушке продлили существование - и все, помощи конкретной нет. Какой смысл давать человеку тарелку супа? Ему надо дать возможность сварить его самому! По сути, принцип передержки для животных.

По мнению волонтера, помощь брошенным старикам должна быть комплексной. Первое - общение. Путем искреннего человеческого общения люди приходят в себя, нормализуются и начинают интересоваться жизнью. Второе - помощь с документами. Если человек трудоспособен - найти ему работу, в обратном случае - помочь оформить пенсию с последующим оформлением в дом-интернат.

У Юлии четверо детей, и она как никто понимает, насколько непросто сейчас многодетным семьям. В наше время можно в любой момент оказаться без средств к существованию, порой даже без нищенского государственного пособия. Что делать в таком случае одинокой маме, особенно если она не обладает волевым характером и тяжелые жизненные ситуации оказались сильнее ее?

- Среди наших подопечных была семья, где мама растит шестерых детей, отец инвалид. Живут (если можно так сказать) в комнатушке площадью 12 метров, кроме воды и электрической плитки, из бытовых удобств ничего. Женщина билась как могла, но опустила руки. Мы пришли на помощь, отремонтировали комнату. Жить им стало немного веселее - они поняли, что не одни. И таких у нас немало. Да, есть в Казани всякие социальные службы, но конкретной адресной помощи от государства нет. Пособия в малоимущих семьях проедаются, и денег на ремонт, одежду детям не остается. Чтобы выйти из такой ситуации, человеку нужен толчок, который дает наша команда.

- Юлия, ответьте честно: зачем вам это нужно?
- Я сто раз задавала себе подобный вопрос и не находила вразумительного ответа. Пару раз попробовала завязать с волонтерством. Первый раз - когда завершилась эпопея с украинскими беженцами, а второй раз - просто сказала, что устала и хочу жить жизнью обычного человека. Но появилась очередная семья - бабушка с брошенными внуками, которые ходили за мной по пятам целую неделю, и я сдалась. Видимо, так мне на роду написано, сопротивляться бесполезно.

- Почему люди сами не добиваются того, что вы добываете им? Дорогу не знают в нужные учреждения или за кем-то идти легче?
- И то, и другое. А еще им по рукам часто дают. Человек стукнется в одну дверь, вторую, третью, а потом сникнет.

- А почему вам не дают по рукам?
- Кто сказал, что не дают? Еще как, только меня это не останавливает, потому что прошу не для себя, а для людей. Для людей проще, а за себя - зубы стиснешь и будешь делать. И потом, характер у всех людей разный, не бывает одинаковых. У кого хватает смелости, хорошей наглости, настойчивости, а кто-то дверь в кабинет чиновника открыть не может.