Анна Гулишамбарова: Профессия дирижера тиранская

Женщины могут укладывать шпалы, водить самолеты, заниматься другими тяжелыми и опасными работами. Это никого не удивляет. Но почему-то профессия дирижера всегда считается мужской.
Одна из немногих женщин-дирижеров - художественный руководитель казанского камерного оркестра «Новая музыка», заслуженная артистка Татарстана Анна Гулишамбарова-Волченко - раскрыла некоторые секреты своей неженской профессии. Ее имя - в списке женщин года. - Раньше я пыталась развенчать миф о том, что дирижирование - дело исключительно мужское. Сейчас мое мнение изменилось. За 13 лет работы дирижером я стала понимать, что женственность иногда мешает этой профессии. Но превращаться в мужчину мне никогда не хотелось. Особенно сложно было вначале. К девушке за дирижерским пультом относились с недоверием и скепсисом и зрители, и профессионалы. Я старалась не отвлекаться на такие моменты. Мне приятно, что сейчас стали обращать внимание не на то, что дирижер - женщина, а на профессионализм оркестра. - Ваш педагог и учитель - знаменитый дирижер Фуат Мансуров - шутил, что курица - не птица, а женщина - не дирижер...- Да, еще Фуат Шакирович говорил, что на безрыбье и женщина дирижер. Но для меня самое главное, что он всегда меня поддерживал. Я понимала: если такой мастер взял меня в свой класс оперно-симфонического дирижирования, если доверял делать программы с симфоническим оркестром, значит, видел во мне потенциал. А когда Фуат Шакирович начинал говорить со мной не на «вы» - вот это была высшая похвала. - Дирижер должен подчинять своей воле музыкантов, иначе оркестр не будет звучать. Мужчине это сделать проще? - По сути, наша профессия в какой-то степени тиранская. Знаю много примеров, когда молодые дирижеры именно с этого и начинали: «Хочу, чтобы вы все делали так, как я скажу!» Но любой нажим всегда вызывает раздражение и отторжение. Это естественная реакция. У меня другой подход. Я сама 15 лет играла в симфоническом оркестре и знаю, как сложна работа оркестрового музыканта. У каждого есть свое видение музыки, желание проявить свой талант, и наша задача - найти общий язык. В нашем коллективе мы идем к этому через профессиональный, творческий диалог, уважительное отношение друг к другу, но ни в коем случае не через диктат и жесткие указания дирижера. Возможно, это чисто женский подход, но мы работаем именно так. - Что для вас сложнее - играть или стоять за дирижерским пультом?- Когда выхожу на сцену со скрипкой, очень волнуюсь. А когда выступаю в роли дирижера, абсолютно спокойна. Мне самой это странно, я пытаюсь понять: а где же оно, волнение, почему я его не чувствую? Но беру в руки скрипку, и волнение возвращается. Значит, все нормально... - Анна, как любите проводить свободное время?- Чем больше свободного времени, тем меньше успеваешь. Это я поняла еще в детстве. У меня были занятия в обычной школе, музыкальной школе и еще тренировки по фигурному катанию. В семь утра выходила из дома. В руке - скрипка, на плече - коньки, за спиной - ранец с учебниками и тетрадками. И сейчас свободного времени практически нет. Помимо «Новой музыки» я второй год руковожу юниор-оркестром, созданным при консерватории. Мы с ребятами тоже много работаем. Выступаем, даем концерты для детей из школ-интернатов, реабилитационных центров. - Хотите, чтобы ваш сын стал музыкантом? - Герману 4,5 года. Он часто бывает на репетициях оркестра и даже начинает давать советы по дирижированию. Он уже знает самые главные слова дирижера: «Не то! Не то! И еще раз не то!» Мы с мужем считаем: если Герман проявит интерес к музыке, отведем его в музыкальную школу. Но пока ему больше интересен спорт.

КВ
Лента новостей