Музыкальный театр станет магнитом для талантов

Будет ли музыка талантливых татарстанских композиторов звучать в Европе и мире? Почему Казани необходим музыкальный театр? Легко ли писать музыку на заказ? Об этом и многом другом наша беседа с известным композитором Эльмиром Низамовым, который побывал в гостях редакции «Казанские ведомости» на дружеском чаепитии.

От «Ласточки» до «Пиковой дамы»

- Эльмир, вы начали заниматься музыкой довольно поздно - в 11 лет... 
- Да, я родился и рос в Ульяновске. Наша семья простая - папа и мама работали на заводе, и музыка для меня была чем-то недостижимым. Наверное, тяга к музыке пробуждалась постепенно, и однажды я просто закатил настоящую истерику: «Хочу учиться музыке!» Дело было в начале января, и сразу после зимних каникул мама с папой пошли искать музыкальную школу поближе к дому. Там сказали, что набор учеников давно закончен, посоветовали приходить в сентябре. Но родителям удалось уговорить принять меня в школу вольнослушателем. Все были уверены, что через несколько уроков я сам брошу занятия. Меня определили в класс, где ребята музыкой занимались уже по три-четыре года, а я даже ноты не знал. Злился сам на себя, что у меня не получается, как у них. Но был настроен очень серьезно. Решил, что буду играть так же, как и они. Дома у нас пианино не было. Маме и папе пришлось взять инструмент напрокат - это было пианино «Ласточка». И за полгода я нагнал своих одноклассников по музыкальной школе. Потом поступил в музыкальное училище. Дальше - учеба в Казанской консерватории. 

- Вы приехали в Казань из Ульяновска. Сложно было в новом незнакомом городе?
- Конечно, перед отъездом был мандраж, волнение: как там все сложится? смогу ли жить один, без родителей? В Казани я никого не знал. Все новое: город, преподаватели, окружение... Но мне было не сложно и не страшно, а наоборот, интересно и легко. 

До сих пор помню первое ощущение от Казани... Я, татарин, обалдел от того, что здесь на татарском языке можно разговаривать и на улице, и в транспорте - везде. Мы в Ульяновске на татарском общались только дома. 
В Казани у меня было еще одно потрясение - опера. В Ульяновске нет оперного театра. Мы в училище проходили оперу по аудиозаписям, и я дико ее не любил. Мне все это казалось неестественным, скучным, неинтересным. На первом курсе консерватории, в 19 лет, впервые пошел в казанский оперный театр. Была «Пиковая дама» Чайковского. Это меня ошеломило! За месяц посмотрел еще три оперы. С того момента захотелось самому прикоснуться к этому жанру. 

«Чтобы быть везунчиком, надо пахать!»

- Как вы думаете, в чем секрет популярности и востребованности вашей музыки? 
- Я никогда не думал, станет ли моя музыка востребованной. Просто всегда ставил перед собой определенную планку и старался ее достичь. Мне часто говорят: «Везунчик! Как все у тебя благополучно складывается!» Но люди видят только то, что получается, и не знают, как много не получается, какая работа стоит за этим везением. Чтобы быть везунчиком, надо пахать! 

- А разве это не везение, когда народный поэт Татарстана, лауреат Государственной премии России, лауреат премии имени Габдуллы Тукая Ренат Харис пишет либретто для вас, тогда еще студента консерватории?
- Это счастье! Спасибо Ренату Магсумовичу, он поверил в меня и написал либретто для моего дипломного спектакля «Алтын Казан». Этот мюзикл стал для меня дверью в большой музыкальный мир Казани. 

К тому же надо понимать, что композитор не может работать сам по себе. Сочинять - да. Но чтобы произведение исполнилось, нужны музыканты, музыкальные инструменты, зал, студия. И в этом мне тоже повезло: в Казани столько талантливых людей - вокалистов, музыкантов.

- Для многих профессия композитора - это что-то нереальное...
- Для меня это тоже была заоблачная профессия. Еще в музыкальной школе думал: почему я должен играть чью-то музыку, если сам могу что-то придумать? Откуда во мне было это чувство, не знаю. Это был азарт. Мне было интересно, как из нот, как пазл, складывается новое произведение. 

Мне казалось, что умение сочинять музыку - это свойство ребенка. Впервые настоящих композиторов я живьем увидел в Казани. Это были далеко не молодые люди. Я смотрел на них и удивлялся: неужели эти взрослые важные дяди сидят дома и сочиняют музыку? В композиторе обязательно должен жить ребенок, который постоянно фантазирует и получает удовольствие от этого. 

Для меня при сочинении музыки очень важно ощущение радости, внутреннего восторга. Иногда это ощущение удается поймать легко, и тогда говорю себе: «Ну, Низамов, ну, молодец! Как здорово у тебя получилось!» А иногда музыка не идет и все. Это и есть муки творчества. 

«Бороться против глобализма бесполезно» 

- Вы уже пять лет преподаете в консерватории, и в этом году консерваторию закончила ваша первая выпускница - композитор Ляйсан Абдуллина. Что дает вам преподавание в консерватории?
- С одной стороны, любой художник должен иметь свое личное пространство, чтобы не распыляться, не размениваться по мелочам. Но с другой стороны, надо быть в гуще жизни. И это кипение жизни, энергию я всегда ощущаю в консерватории. И еще за эти пять лет преподавания многому научился сам. Я убежден, что научить сочинять музыку нельзя, но можно научить мыслить. Педагог должен направить ученика в нужную сторону, что-то подсказать ему, иногда просто выслушать... Когда ты учишь других, ты учишься сам. 
- Оперы, мюзиклы, музыку к спектаклям вы пишете на заказ. Интересно, какие плюсы и минусы работы на заказ? 
- Если говорить приземленно, каждому человеку, и композитору тоже, нужно зарабатывать на хлеб насущный. Сочинять музыку - это моя профессия, и как профессионал я сочиняю на заказ. Бывает, работа идет легко, а иногда сидишь, вымучиваешь мелодию, но понимаешь: не то, не то... Счастье, когда заказ совпадает с тем, что тебе самому интересно. Так было с оперой «Черная палата», либретто к которой тоже написал Ренат Харис. 
- Вам замечательно удалось красивую булгарскую легенду рассказать современным музыкальным языком, сохранив при этом национальный татарский колорит.
- Мы живем в эпоху глобализма, когда все границы стираются. Против глобализма бороться бессмысленно. Это путь тупиковый. Самый правильный и перспективный путь - быть в тренде развития мировой музыки и в эту общую струю органично вписывать национальные мотивы и элементы. Не надо бояться отходить от канонов, надо пробовать, экспериментировать. Я стараюсь не замыкаться на чем-то одном, работать в разных жанрах. 

«Мы беспечно разбрасываемся кадрами»

- Несколько лет идут серьезные разговоры о том, что назрела необходимость создать в Казани музыкальный театр...
- Казань - город театральный, здесь есть замечательный Большой концертный зал, оперный театр, зал филармонии, но нехватка музыкального театра ощущается очень остро. Негде посмотреть оперетту, мюзикл, музыкальную комедию, водевиль. А зрители их очень любят.

- Если театр построят, там будет что играть и можно ли будет собрать сильную труппу?
- У нас есть много талантливых вокалистов, музыкантов, молодых авторов, которые пишут оригинальные, талантливые музыкальные спектакли. Есть режиссеры, которые могут их ставить. Сейчас эти люди в лучшем случае поют и играют на банкетах, корпоративах, ставят праздники. Многие ребята уезжают в другие города, где им предоставляют возможность реализовать свои планы. Но мы не можем так беспечно разбрасываться кадрами. Поэтому Казани необходим музыкальный театр. 

- Эльмир, интересно, каким вы представляете себя лет через пять-десять? Может быть, ваши спектакли с аншлагами идут на Бродвее, в Казанском музыкальном театре, Милане, Метрополитен-опера, Карнеги-холл, ваши произведения исполняют лучше оркестры мира... 
- Конечно, мне очень хочется работать с мировыми музыкантами, оркестрами, театрами... Но если мою музыку будут исполнять музыканты в подземных переходах, метро - это тоже очень здорово. И возможно, в чем-то даже почетнее, чем в Карнеги-холл! Потому что это настоящее народное признание. Вообще здорово, когда музыка начинает жить своей жизнью. 

КВ
Лента новостей