Инфаркт у подростка: что вредно сердцу?

О врожденных сердечных пороках, инфарктах у подростков и будущем кардиохирургии «КВ» беседуют с главным кардиохирургом РТ профессором Леонидом Миролюбовым.
Взрослые детские болезни - Леонид Михайлович, какую область медицины сейчас ни возьми, сразу печальная статистика, вот и заболеваний сердца и сосудов у детей становится все больше…- Сердцу вредно все что чересчур. А дети, особенно в подростковом возрасте, испытывают ненормальные перегрузки. Сутками сидят за компьютером, питаются фастфудом, мало двигаются. Отсюда и взрослые болезни у детей: нарушение ритма сердца, вегетососудистая дистония, «вялое сердце» и другие.- Неужели даже инфаркты? В СМИ прошла информация о том, что у подростка на дискотеке случился инфаркт. Выяснилось, кроме всего прочего, он пил энергетик...- Что же касается подростков, то в ночных клубах и без энергетика можно получить инфаркт: шум, дым, грохот и нездоровое долгое возбуждение... И все эти «прелести» до пяти утра, эмоции зашкаливают. Через некоторое время усталость компенсируют энергетиком. Тут и здоровое сердце не выдержит. Промедление смерти подобно- Значит, и детей с врожденными пороками сердца в условиях повального стресса рождается все больше?- Вот тут я не соглашусь. Цифры в этой области медицины стабильные. Они не меняются на протяжении многих лет: на тысячу живорожденных приходится восемь-десять грудничков с врожденными аномалиями сердца - наших пациентов. Причем независимо от того, развитая это страна или нет - показатели везде примерно одинаковые. - То есть больше пороков природа не выдает... - Если взять Татарстан, то это 450 - 500 грудничков в год. Мы в свою очередь стараемся, чтобы они дошли до нас в первый месяц жизни. Тут медлить нельзя! Ведь 20 - 25 процентов грудничков с ВПС, если их не оперировать, умирают в первый месяц жизни. До 50 процентов - в первое полугодие, к концу года жизни - до 70 процентов. То есть только 20 - 25 процентов грудничков переживают год жизни, если порок не устранить. Это печальная статистика. Но к 2001 году мы освоили все сложные пороки, и это позволяет спасать таких детей. На сегодня весь спектр операций освоен и успешно тиражируется. Хирургический риск в нашем отделении не выше, чем в Москве и Петербурге.- Одно дело, что вы все освоили. А как донести эту информацию до районов? Ведь диагностика пороков сердца на уровне районных больниц дело довольно проблематичное: там и диагностика хромает, и уровень специалистов не тот… - Именно поэтому еще к 2001 году мы разработали стандарты диагностики и лечения при различных ВПС. Вот ребенок родился, и он «синий». Как отличить: связано это с пороком сердца или с патологией легких? Все это мы прописали в приказе Минздрава РТ. В помощь сделали брошюру с картинками и разослали для врачей на местах. Так что теперь в районных больницах и амбулаториях все имеют на руках четкое руководство к действию, что делать, если поступил такой новорожденный. Могу сказать, такой документ появился у нас раньше, чем в Москве и Московской области. Наш опыт приняли на вооружение в Тюменской области, Сургуте, Казахстане и других регионах. Сейчас все нуждающиеся получают своевременную помощь.- А у вас какая летальность у новорожденных со сложными пороками?- Не более 10 - 12 процентов. Это нормальный уровень с учетом того обстоятельства, что ВПС часто сочетается с аномалиями в других органах и системах. Еще раз подчеркну, вовремя замеченный порок - это уже большая надежда на спасение ребенка. Тут нам очень помогает дородовая диагностика. Если поставлен порок сердца даже на 30-й неделе беременности, ничего страшного. Мы этих беременных наблюдаем, роды у них принимаются в перинатальном центре РКБ. После приходит наш кардиолог. И если диагноз подтверждается, после родов сразу же забираем ребенка к себе. Бывают, конечно, случаи, которые мы называем «нежданчики», когда на УЗИ порока не увидели. Но это скорее исключение.

Опасна ли болячка на губе?
- Что же провоцирует развитие пороков? Сейчас принято все сваливать на экологию и стрессы. Но научные исследования показывают, что экологический фактор среди причин где-то на одном из последних мест. В частности, американцы проводили исследование среди миллиона новорожденных. На первом месте, как и десять лет назад, оказались инфекции, которые женщина перенесла во время беременности.- Это действительно так. В 80 процентах случаев, доказали генетики и инфекционисты, причина ВПС - перенесенные инфекционные заболевания будущей матери. Взять коревую краснуху. Если женщина переболела инфекцией в самом начале беременности, в 100 процентах случаев у ребенка будет порок сердца. Большую вероятность ВПС дает грипп, герпес. Казалось бы, обыкновенная болячка на губе. Но если это происходит в период формирования сердечной мышцы у плода, на 5 - 8-й неделе беременности, то ВПС очень вероятен. Еще 20 процентов - почему развился ВПС, никто вам не ответит. Это могут быть случаи, если будущая мамочка была в зоне радиации. Вот такой расклад. - Фактор наследственности тоже играет определенную роль?- Мировой опыт наблюдений, да и наш тоже, показывает, что это не так. Если бы пороки развития сердца передавались по наследству, то у нас уже лечились дети тех, кто оперировался 20 лет назад. Не все они оперировались в грудничковом возрасте. Многие уже имеют семьи, родили своих детей. Повторных пороков нет. Так что фактор наследственности - дело случая.Опухоль размером с сердце- Вашему отделению уже 20 лет. За последний год-два какие новые операции освоили?- Первые годы мы часто сообщали о той или иной операции, сделанной у нас впервые. К 2001 году новизны стало меньше, к этому времени мы освоили основной спектр операций. Сегодня на хорошем уровне делаем то, что делают во всем мире. В медицине, безусловно, есть свои стандарты, однако внутри одного диагноза бывает несколько разновидностей. Здесь всегда есть место для размышлений и индивидуальных решений. - Какой операцией вы особенно гордитесь?- В 2011 году в больницу поступил 2,5-месячный ребенок якобы с обычной пневмонией. Стали смотреть, а там громадная опухоль, по размеру сравнимая с самим сердцем. Оперируя, мы опять-таки немного отошли от применяемых сегодня стандартов. Но в итоге все сложилось удачно, ребенок выжил, сейчас он уже большой. За эту операцию мы получили специальную премию Первого канала «Призвание». А в прошлом году была операция на сердце, трахее и крупных бронхах, за которую получили премию «Ак чэчэклэр». Реконструктивные операции у детей на трахее крупных блоков в России практически никто не делает. - Каков процент выздоровления после операции?- Мы можем спасти около 95 - 97,5 процента пациентов. Среди этих спасенных часть пациентов (около 20 процентов) имеют сложные пороки сердца. Часть этих пороков требует повторной операции. В качестве примера можно взять атрезию легочной артерии. Это порок, при котором легочная артерия не выросла. Мы делаем операцию и вставляем искусственный легочный ствол с клапаном, который не может расти вместе с организмом ребенка, и через несколько лет он не способен пропускать должный объем крови, а в ряде случаев происходит так называемая биодеградация этого клапана. И пациент снова вынужден ложиться на операционный стол. - Выхаживание после операции тоже очень важный момент. Что можете посоветовать родителям, у которых дети с серьезными пороками?- Осложнения закладываются в большинстве случаев в операционной. Если же там хорошая опытная команда, каждый врач знает свой раздел и добросовестно его выполняет, то операция проходит хорошо. Тем не менее дети после выписки, конечно же, нуждаются в особом уходе. У меня по этому поводу недавно книга вышла, которая пока что не пользуется популярностью у родителей. А жаль. Что дает эксперимент- Над чем сейчас работаете?- Очень привлекает экспериментальная хирургия. Есть мысли, которые нужно сначала проверить на животных. У меня сейчас группа студентов, которые по-настоящему интересуются хирургией. Пока что мы находимся на этапе сбора аппаратуры и осмысления задач. Надеемся, удастся поработать в казанском Центре высоких технологий, где есть экспериментальная операционная. Если получится наладить систематическую работу, то постепенно будут рождаться новые идеи. Все это позволит взбодрить научную часть хирургии. Ведь наука - это новые знания, которые надо добывать в эксперименте, опираясь на знание базовых законов природы и проверяя свои гипотезы.

КВ
Лента новостей