Новости

Назад

Когда не будет ни воров, ни замков...

В июне 1941-го мы, первые выпускники Лашманской средней школы, готовились поступать в военное училище.

И вот настал долгожданный день – 20 июня. Районный комиссар капитан Демидов собрал выпускников средних школ Лашманки и Черемшана и повел нас на станцию Шентала Куйбышевской области. К вечеру военком посадил нас в пассажирский поезд. Утром 21 июня мы прибыли на станцию Нурлат. Нас построили по росту. Со своим другом Фанком, как всегда, мы в хвосте. Повели к зданию, где размещалась приемная комиссия.

Из дверей выбегают первые счастливчики. Кто повыше ростом, тех берут в кавалерию, кто пониже – в танкисты или артиллерию. Наконец очередь дошла до меня. Я с трепетом вхожу в кабинет. Измерили мой рост – 148 сантиметров! До лейтенанта не хватает двух сантиметров. Я в слезы! Меня начали успокаивать: «Не горюй, парень, тебе только 17 лет. Через годик подрастешь, и мы тебя направим в училище». За мной так же вылетел мой друг Фанк. Он не дотянул четыре сантиметра.

Вечером вернулись на станцию Шентала. По предложению Демидова, решили пройти до Черемшана пешком – совершить тридцатикилометровый бросок. К утру 22 июня, уставшие, сделали привал на опушке леса. Счастливчики, прошедшие комиссию, сразу же заснули, а нам с Фанком не до сна: стыдно возвращаться в родную деревню.

Думаем, не завербоваться ли в Черемшане да уехать куда глаза глядят? И вдруг со стороны Черемшана несется к нам всадник из военкомата. Лошадь вся в мыле. Всадник соскочил с нее и докладывает Демидову:

- Товарищ капитан, война!

Мы с Фанком чуть не закричали «ура!» - ведь теперь и мы пригодимся.

Весной 1942 года я ушел добровольцем на фронт. В январе 1943-го в боях за прорыв блокады Ленинграда получил тяжелые ранения и после госпиталя, летом того же года, на костылях приехал в Казань и был направлен на завод №16 контролером ОТК.

Устроили меня в Модельном городке завода, за поселком Стандартным, довольно далеко от работы. Транспорта городского тогда еще не было, и я на своих перебитых ногах каждое утро добирался долго и с перерывами. В жилых бараках зимой было довольно холодно, и многие молодые рабочие оставались ночевать в горячих цехах.

В те годы директором завода был Макар Михайлович Лукин, генерал-майор, известный в отрасли руководитель, а парторгом ЦК (была такая должность) - Иван Николаевич Максимов, которого после войны назначили директором завода №7 (ныне «Элекон»). Они ежедневно докладывали лично Сталину о количестве выпущенных за день авиационных моторов. Работа была тяжелая, фронт требовал от тружеников тыла напряжения всех духовных и физических сил. Перед глазами картина: юные ребята по 14 - 15 лет, стоя на подставках (иначе не дотягивались до станка), по 12 - 14 часов работали над выполнением заказа.

Наконец настал долгожданный День Победы. Трудно передать нашу радость! И митинг на заводе, и ликующий людской поток на улицах города, песни, пляски, объятия, слезы.

Вскоре после Победы на видных местах в цехах появились объявления о том, что при заводе открывается вечерний авиационный техникум. Молодежь активно стала подавать заявления. Тех, у кого за плечами была семилетка, принимали на первый курс, у кого больше - на второй и третий. Хотя я окончил десять классов и имел право поступить сразу на третий курс, все же подал заявление на первый. Поскольку прошло уже четыре года, к тому же я учился в школе на татарском языке.

Подал заявление и поехал в свой первый законный отпуск в родную деревню Лашманку, что в Черемшанском районе. А когда вернулся, узнал, что меня зачислили все-таки на третий курс. Несладко мне пришлось! Во-первых, я отстал, так как занятия начались сразу же после моего отъезда в отпуск. Во-вторых, надо было овладеть всей терминологией на русском языке. Короче, штудировал денно и нощно. А условия, надо сказать, были отнюдь не благоприятные. В комнате нас было 23 человека. За уроки можно было приниматься только ночью, когда все уснут. Мы с моим земляком Асгатом Биккуловым делили одну тумбочку на двоих, по очереди ходили за хлебом, готовили картошку и упорно грызли гранит науки. Через три года мы вышли на финишную прямую. Но это далось нам с огромным трудом. Из 45 зачисленных на третий курс к финишу добрались лишь восемь человек.

Никогда не забыть день защиты диплома – 17 марта 1948 года. Руководство завода организовало публичную защиту, чтобы привлечь молодежь к получению образования. Один из цехов переоборудовали под клуб, построили сцену, поставили скамейки. Народу собралось много. В комиссии – директор авиационного техникума И.Косарев, директор завода А.Авраменко, парторг ЦК И. Максимов, руководители общественных организаций.

Первым вышел на сцену наш передовик Володя Тарасов, за ним – моя очередь. Парторг ЦК Максимов, помню, спросил: «А почему в вашем проекте завода не закрываются бытовые помещения?» Я не задумываясь ответил: «Мой проект рассчитан на будущее, тогда не будет ни воров, ни замков». В зале раздались аплодисменты. Заслушав всех дипломников, комиссия удалилась на совещание. Вскоре объявила результаты: всем восьмерым выпускникам была присвоена квалификация «техник-технолог», а двое – Володя Тарасов и я получили красные дипломы с отличием. Зал стоя приветствовал своих первых «доморощенных» авиатехников.

Через некоторое время по указанию директора завода, мне, как отличнику учебы, вручили ордер на квартиру в одном из домов в поселке Урицкого. Туда я перевез из деревни своих братьев и сестру, оставшихся сиротами после гибели отца на фронте и смерти матери.

Володя Тарасов, Асгат Биккулов и я поступили в КАИ и через шесть лет стали авиаинженерами. Тогда я и предположить не мог, что мне доведется, как говорится, дышать одним воздухом с будущим корифеем космонавтики Сергеем Павловичем Королевым. Как не думал, выступая на профсоюзном съезде авиационной промышленности, что выступаю в том числе и перед первым космонавтом планеты Юрием Гагариным! Довелось мне побывать и в Калуге, где находится единственный музей космонавтики и где многие годы учитель физики и математики Циолковский впервые обосновал возможность использования ракет для межпланетных сообщений, заложив тем самым фундамент современной космонавтики. Был я и в Звездном городке, где собственными руками ощупал первый космический аппарат. Вот такие неожиданные подарки преподнесла судьба простому деревенскому парню!

Нагим МУХИБУЛЛИН, бывший председатель завкома, член ЦК профсоюзов авиационной и оборонной промышленности СССР, инвалид Великой Отечественной войны