- Поможешь с ремонтом крыльца, - сказала Максу мама.
Это означало три недели без интернета. Да еще в компании деда, который считает, что телефон нужен только для звонков.
- У него там хоть ловит? - спросил Макс.
- Ловит, - ответила мама. - Птичек.
Полина, младшая сестра, заплакала не сразу. Она сначала стала пересчитывать своих подписчиков в соцсетях.
- Меня все забудут, - шептала она в машине.
Макс не знал, что ответить. Он сам вел канал про ретротехнику. Подписчиков было двенадцать, включая бабушку, но той не стало три года назад.
Дед Борис проживал в поселке в двух часах езды от Казани. Жилых домов там было восемь из сорока, остальные хозяева бывали наездами, преимущественно летом по выходным. Дед не грустил. Он просто привык к тишине. И скучал по внукам, которых раньше катал на мотоцикле.
- Ну, с приездом! - сказал дед, открывая калитку. - Крыльцо я сам починил, кстати. А то вас не дождешься.
Дети переглянулись. После чая мама поехала домой.
Интернета не было. Вообще. Телефон кое-как ловил связь, только если встать на табуретку в углу сарая и поднять руку. Макс пробовал.
Полина обошла дом со смартфоном, как сапер с щупом. Макс залез на крышу, но дед заметил и пригрозил надрать уши.
- Помоги в сарае, - предложил дед. - У меня там приемник сломанный - сосед просил починить. А у меня глаза уже не те.
И они пошли в сарай. Там пахло старым деревом, железом и бензином. На верстаке стоял огромный радиоприемник - ламповый, с потрескавшейся ручкой.
- Это «Рига-103», - сказал Макс, и в его голосе впервые за день появился интерес. - У него диапазон и коротких, и длинных волн есть. Я видео про такой смотрел.
- Ну и молодец, - дед протянул отвертку. - Тогда смотри, что там гудит.
Макс включил приемник. Из динамика послышался треск, а потом - ничего. Только шипение.
- Провода, возможно, окислились, - предположил он. - Нужно почистить.
- Справишься?
- Ну… в теории.
Полина сидела в углу на ящике и рисовала в телефоне. Сети не было, но галерея была полна. Она рисовала комикс про девочку, которую забыли на даче.
Ночью Макс проснулся от того, что скрипнула дверь. Он выглянул в окно. Дед шел по тропинке с фонариком и магнитофоном в руке.
- Полина, - прошептал Макс. - Просыпайся. Наш дед - дачный маньяк.
Они оделись и выскользнули следом.
Дед шел к старой радиовышке за поселком. Лестница под ногами скрипела, но он поднялся уверенно - привык. Сел на маленькой площадке, включил магнитофон.
Дети подкрались ближе. Из динамиков тихо доносился голос. Женский. Спокойный, чуть с хрипотцой.
- «Добрый вечер, дорогие радиослушатели. Сегодня в нашем эфире…»
Полина замерла. Она узнала этот голос. Бабушка.
- Это она? - шепотом спросила Полина.
Дед не обернулся. Не удивился.
- Она, - сказал он. - После нее остались катушки. Я сюда хожу, потому что здесь хорошо слышно. Как будто она рядом.
Они сидели втроем на холодной площадке и слушали бабушкин голос. Она читала сводку погоды, потом анонс концерта…
Внизу залаяла собака. Где-то вдалеке проехала машина.
- А вы на похороны не приехали, - вдруг сказал дед, без злобы, просто как факт. - Родители решили, что рано вам. А я один был. С тех пор и хожу сюда.
На следующий день Макс не пошел чинить соседский приемник. Он залез в дедовы закрома и нашел какой-то прибор. Старый, ламповый, с кучей проводов.
- Это что? - спросил он.
- Передатчик, - ответил дед. - Я сам собрал еще в девяносто пятом. Хотел свою станцию сделать, для поселка. Да руки не дошли.
- Он работает?
- Работал. Динамик шипит, сигнал не держит.
Макс посмотрел на передатчик, потом на катушки с бабушкиным голосом, потом на Полину.
- А давайте починим, - сказал он. - И сделаем свою передачу.
Дед посмотрел на него с сомнением.
- Ты серьезно? Тут паять надо, частоты настраивать.
- Диод от триода отличаю, - ответил Макс.
- А я текст напишу, - сказала Полина. - На бумаге.
- Ладно, - вздохнул дед. - Но если что - вы сами виноваты.
Три дня они паяли, крутили и настраивали. Макс обжег палец, но не бросил. Полина писала сценарий первого эфира шариковой ручкой в тетрадку. Это было трудно - нельзя отредактировать одним движением. Но слова получались настоящими.
Дед рассказывал истории из своей молодости. Дети смеялись. Как он познакомился с бабушкой? Она пришла на радиостанцию читать стихи, а он был звукорежиссером.
- Я ей сказал: «У вас голос слишком тихий, сядьте поближе». А она села рядом, и больше мы не расставались.
На другой день дед с Максом чинили мотороллер «Муравей». Макс перепачкался в масле с ног до головы, но мотор завелся. Потом нашли бабушкины пластинки и включили граммофон. Дед танцевал один, смешно размахивая руками, как ветряк. Полина сняла это на телефон. Просто на память.
На пятый вечер они включили передатчик. Антенна висела между яблоней и крышей сарая. Микрофон был старый, с проводами, похожий на прибор для вызова духов. Красная лампочка на передатчике тускло горела. Полина взяла свой листочек.
- Добрый вечер, поселок, - сказала она. - Вас приветствует радио «Бабушкин маяк». Сегодня в программе: прогноз погоды - завтра будет солнце, потому что дедуля обещал покрасить забор.
Дед улыбнулся.
- Песня в исполнении соседской кошки Маркизы, - продолжила Полина.
Она мяукнула в микрофон. Дед засмеялся.
- И стихи собственного сочинения. Про то, что даже если нет сети, можно наловить в ней рыбы.
Макс показал сестренке большой палец.
- И еще, - сказала Полина. - Если вы сейчас сидите один, слушая нас, и думаете, что вас забыли, - это не так. Мы знаем, что вы с нами.
Она посмотрела на деда. Тот кивнул.
- Передаем привет всем, кто помнит голос нашего диктора. Бабушка, ты нас слышишь? Это тебе.
Макс нажал кнопку «стоп». Красная лампочка погасла. Эфир длился семь минут.
Они сидели на крыльце. Звезды были видны на черном небосводе - городского засвета здесь не было.
- Дед, а если никто не слушал? - спросил Макс.
- Ну, значит, завтра повторим, - ответил дед. - У нас есть станция и ваше упрямство.
- А завтра я про котят расскажу, - сказала Полина. - И про то, как мы на вышку лазили.
- Про вышку не надо - это только для нас, - дед встал, потянулся. - А сейчас спать. Завтра закатки делать.
- А что это?
- Это когда крышки на банках закатываешь, а потом зимой открываешь и вспоминаешь лето.
Владимир ПОДГОРНОВ
