Об этом редакции «КВ» рассказал педагог из Казани, вошедший в шестерку лучших учителей России, Илья Тарасов.
«Цифровые инструменты - инициатива детей»
- Вы вошли в шестерку лучших учителей России. Как пришли к тому, что цифровые технологии нужно внедрять в практику?
- Осознание пришло от детей. Они активные пользователи цифровой среды, живут в реальности, где цифровое и физическое переплетено. Мне нужно заходить на их территорию, если я хочу установить контакт и передать знания.
Это поколение Сети - у них есть удобная опция: отправить в бан, если им что-то не нравится, закрыть канал коммуникации. И это работает не только в онлайне: в офлайне они тоже могут игнорировать даже педагога. Поэтому нужно держать ухо востро и уделять большое внимание психологическому компоненту.
- Как меняется роль учителя с появлением ИИ?
- Мы должны научить детей правильно использовать нейросеть. Они не должны быть бездумными пользователями - нужно приучать осмыслять полученный результат. И самое главное - учитель должен быть уверенным пользователем всего этого цифрового инструментария. У нас недавно была встреча призеров конкурса с Владимиром Путиным, и один из вопросов, которые я хотел задать, как раз касался повышения цифровой компетенции современного учителя.
Педагог давно утратил монополию на информацию: достал гаджет, нажал кнопку - получил результат. Но машина никогда не заменит живой контакт.
- Почему?
- Одна из слабых зон нового поколения - недостаточно развитый эмоциональный интеллект. Им нелегко дается живое общение. И наша задача - развивать его. Многие говорят о поколении Альфа, что у ребят дефицит внимания. Это связано с тем, что они большую часть времени проводят в виртуальном пространстве. Им нет надобности вступать в прямое взаимодействие с внешним миром - они поглощены визуальным шумом. Отсюда еще одна слабая позиция - поверхностное потребление контента, в том числе в образовании. И приходится придумывать маневры, чтобы погрузить их в материал, чтобы они увидели подтекст, глубину, смысл.
«Не можешь победить - возглавь»
- Как быть с домашними заданиями, выполненными с помощью нейросетей?
- Эта тенденция существует уже года три-четыре. Я пошел на опережение по принципу «Не можешь победить - возглавь». Когда прошу детей выполнять творческие задания, те же сочинения, изначально проговариваю, что они могут использовать нейросети. Но дальше выдвигаю условия. Например, отредактируйте получившийся материал, обозначьте слабые позиции, которые искусственный интеллект недоработал. Затем добавьте цитату из произведения, которая отражает вашу позицию.
Я никогда не критикую ребенка, если вижу, что задание выполнено с помощью цифрового инструмента. Это как бороться с ветряными мельницами. Нужно просто пересмотреть подход. Например, когда я учу их отстаивать свою точку зрения, их оппонентом становится искусственный интеллект. Они должны шаг за шагом дискутировать. Это неплохой формат, так можно экспериментировать до бесконечности.
- А как же упражнения для отработки навыка?
- Для этого у нас есть система урочных занятий. На дом мы этого не оставляем. Иначе можем полагаться только на совесть ребенка.
- ИИ помогает в работе учителя?
- Искусственный интеллект снимает с учителя ненужную рутинную нагрузку. Недавно я прошел специальные курсы, на которых научился создавать агента - на каждый урок он разрабатывает задания определенного уровня сложности.
Поскольку у меня есть еще административная нагрузка, я создал агента, который обрабатывает запросы родителей в отдел дополнительного образования. Это позволило отделаться от лишней бюрократии.
Класс как творческое объединение
- С какими классами работать сложнее?
- Мне комфортно работать со всеми. С каждой возрастной группой по-разному выстраиваю коммуникацию. Назидательный тон, который прокатывает с пятиклассниками, не работает в старшей школе - они просто закроются.
- Что вам помогает?
- Когда мне доверили второе классное руководство, я понял, что после начальной школы остался ряд острых вопросов. Тогда я создал творческое объединение «Новаториум», со временем вышедшее за границы одного класса.
Появилась сеть социальных партнеров - неравнодушных людей, которые на безвозмездной основе проводят занятия.
Мы выпускаем свои книги, устраиваем вернисажи. Каждый ребенок уникален по-своему. И его сильной стороной необязательно является творчество, однако мы создаем для них ситуацию, в которой они могут проявить себя наилучшим образом. У нас свои спектакли, мюзиклы, фильмы, которые вышли на новый уровень при поддержке Раиса Татарстана Рустама Минниханова. В декабре мы объездили районы республики, выступали для семей участников СВО, детей с синдромом Дауна.
«Тумблер щелкнул»
- Как меняется восприятие литературы школьниками?
- Я признаюсь: в школьные годы не любил читать. Уже в институте количество прочитанного переросло в качество. Как тумблер щелкнул - я стал по-другому воспринимать весь этот массив текстов. Дети сегодня по-другому относятся к произведениям, которые мы изучаем. Это объяснимо: увеличивается временная дистанция от момента создания. Читая «Станционного смотрителя» Александра Пушкина, нужно понимать: там много исторических нюансов, которые детям непонятны. И мне пришла идея - отправиться вместе с детьми в гости к Самсону Вырину. С помощью нейросетей создать 3D-тур в формате компьютерной игры. Мы приезжаем на станцию, выполняем задания и шаг за шагом доходим до сути. Разбираем сюртук станционного смотрителя: почему на поношенных лентах висели три медали? А почему Пушкин дает эпиграф из Вяземского? Из таких крупиц мы собираем произведение заново. Такие новые жанры - графические новеллы, комиксы, мемы, артбуки - позволяют детям пересобрать смысл в удобный для них вариант.
- Школьники склонны визуализировать?
- У них очень развит визуальный канал восприятия. Мы должны через эти двери заходить в их сердца и души. Когда они погружаются в материал через систему уловок, крючков, тогда начинают его эстетически воспринимать, наполняются духовно. Как результат - начинают лучше понимать длинные тексты.
- Какие произведения лучше воспринимаются ими?
- Все индивидуально. Я осознанно отказался от стратегии генеральной линии: что есть каноническая интерпретация, и мы ее придерживаемся. Я даю детям возможность личного осмысления. Они могут открыто высказываться: что непонятно, что не понравилось, что не близко.
- Как такие методики сочетаются с подготовкой к ЕГЭ?
- Очень хорошо. Это иной подход к достижению тех же результатов. Формат экзамена все равно привносит некоторую выхолощенность: нужно набить руку, довести до автоматизма. Без сухой тренировки результата не достичь. Но чтобы запустился механизм мышления, у ребенка должен быть сформирован базис, фундамент. Вот над этим нужно работать.
«Дорога выбрала меня»
- Расскажите об опыте участия в конкурсе «Учитель года - 2026».
- По правде, я не хотел участвовать. Не чувствовал уверенности, что созрел. Казалось: нужно систематизировать багаж впечатлений, а потом выносить на всеобщее обозрение. Но конкурс меня закалил. Он позволил увидеть, как выстроена система образования в России, а не только в нашем регионе.
- Посоветуете молодым педагогам участвовать?
- Да, но с поправкой: относиться к этому нужно как к большому приключению, а не как к средству для достижения далеко идущих целей.
- Как вы пришли к профессии?
- Я никогда не планировал связывать жизнь с педагогикой, а в итоге вернулся в стены родного лицея в качестве учителя. В школьные годы грезил о том, что стану актером или самореализуюсь на творческом поприще. Но, видимо, дорога выбрала меня. В той точке, где сегодня нахожусь, понимаю: я на своем месте.
Наверное, мое отличие от коллег: никогда не даю себе установку, что должен до конца дней находиться в профессии. Как только почувствую, что мне это неинтересно, что я сделал все что мог, буду искать способ самореализации в других направлениях.
Я бы рекомендовал и другим педагогам так рассуждать. Потому что, если тебе опротивело то, чем ты занимаешься, ты не можешь работать с полной отдачей.
