Накануне важного обследования мужа на УЗИ Асие приснился дурной сон: будто у нее выпали три нижних зуба и она показывает их давно умершим свекру и свекрови.

Диагноз будет неутешительным, истолковала она смысл сновидения. И действительно, заключение врача оказалось тревожным: новообразование в органе, который давно беспокоил Дамира, не исключено онкологическое заболевание. Нужно срочно обследоваться.

В городском онкодиспансере у мужа взяли пункцию на гистологию, результатов которой супруги ждали целых 10 дней. И сидели теперь в этом суровом медицинском заведении у кабинета онколога, где должна решиться участь мужа. Скоро врач провозгласит вердикт, от которого будет зависеть, разделится ли наша жизнь на до и после или все потечет по-старому, думала Асия. Все это время она нервничала и пила успокоительное. Дамир, напротив, был, как всегда, сдержан, собран и спокоен.

Лишь однажды он как бы между прочим проронил: «Гараж я решил на Рамиля переоформить». Единственный сын супругов давно жил в Москве, бывая у родителей наездами.
У кабинета онколога на первом этаже - толпа больных и их сопровождавших. Здесь не принято спрашивать, кто последний, или записываться по электронной очереди. Пришли - отдайте документы медсестре, которая решит, вызывать пришедшего сразу или поставить в очередь. Асия заметила, первыми вызывали пожилых и немощных, больных на инвалидных колясках или с трубочками в боку. Практически все они были с провожатыми: пожилые матери - с сыновьями, жены - с мужьями… Ясное дело, приходить в одиночку в «онкологию» боятся, берут с собой группу поддержки, поняла Асия.

Кто-то выбегал из кабинета врача как на крыльях и бросался на шею своему провожатому, размахивая положительным результатом анализов: «Не подтвердилось!» Но кто-то подходил к окну и беззвучно рыдал, как одна из женщин. Заметив, что больную никто не сопровождает, Асия подошла к ней и обняла за плечи. Незнакомка в ответ прижалась к Асие словно маленький ребенок и зарыдала во весь голос.

Как только началась эта нервотрепка, Асия не вылезала из интернета и надоедала вопросами знакомым врачам. А когда вычитала, что главная причина рака - постоянный стресс, принялась думать, что стало пусковым механизмом для мужа. На работе он ценный сотрудник - там у Дамира никаких проблем. С сыном все в порядке - он у них по жизни отличник. Ну разве что она мужем всегда недовольна и вечно раздражена…

Асия и Дамир были абсолютными психологическими противоположностями. Он - спокойный, уравновешенный, уверенный в себе технарь-трудоголик. Она - взрывная, импульсивная, нервная бывшая выпускница филфака, которую выводила из себя любая мелочь. Асия ругала, упрекала и отчитывала мужа за все и вся. Например, за то, что он продал старенькую «семерку» всего за 25 тысяч рублей и бесплатно установил антенну соседу по даче. За то, что сначала обувался в прихожей, а затем бежал через всю кухню в уличной обуви за забытым мобильником. За то, что постоянно получал штрафы за превышение скорости на каких-то 5 - 10 километров и редко мылся. За то, что смотрел только спортивные передачи и ни за что не хотел идти в театр. За то, что предпочитал проводить отпуск на даче, а не на знойных турецких берегах… Повод у Асии находился всегда, едва муж приходил с работы. «И когда только ты перестанешь жужжать?» - миролюбиво вздыхал он, что распаляло жену еще больше.

Когда Асия поняла, что (или, вернее, кто) источник постоянного стресса Дамира, ее начала мучить совесть, и она почувствовала себя героиней чеховского рассказа «Попрыгунья». Там Ольга Дымова тоже искала образ идеального мужчины, не замечая, что он вообще-то рядом и это ее муж. «Может, и я такая?» - спрашивала себя Асия. Но тут же оправдывала: «Но я же делаю замечания мужу из самых лучших побуждений! Ну сколько раз, к примеру, ругала его за то, чтобы он не брал с собой шапку, шарф и перчатки, а сдавал их вместе с пуховиком в гардероб? Бесполезно! Сегодня опять зачем-то сложил эти вещи в пакет и сидит с ними сейчас в очереди. Если бы не проклятый диагноз, устроила бы за это очередной разнос, но сейчас не та ситуация...»

Когда наконец подошла очередь мужа и он скрылся в кабинете врача, Асию пронзила мысль, как она будет жить одна. «Я же ничего не умею, - честно призналась она себе, - ни лампочку ввернуть, ни показания счетчиков снять! Не знаю, где и как платят за квартиру, телефон и дачу». Всю эту и мужскую работу в доме делал Дамир, который, кажется, умел все. За 30 с лишним лет их совместной жизни Асия жила за ним как за каменной стеной. Или как у Христа за пазухой, говорила ей школьная подруга, явно завидовавшая тому, какой мужик достался этой истеричке Асие.

«На что я буду жить? - продолжала размышлять Асия. - Как сведу концы с концами на свою более чем скромную зарплату рядового офис-менеджера?» По сложившейся семейной традиции муж обычно клал всю полученную им зарплату возле телевизора, и Асия могла распоряжаться деньгами как ей надо и на что надо. Дамир обычно брал скромные суммы на бензин, оплату коммунальных платежей, на свои - будь они неладны! - штрафы и подарки к дням рождения и на Новый год. А она - на путешествия.
«Господи, отведи беду! - молилась про себя Асия. - Я в жизни никогда больше ничем не попрекну своего Дамира! И буду встречать его с работы поцелуем».

Муж был у врача целую вечность. А когда дверь кабинета наконец распахнулась, то следом почему-то вышел и доктор, который быстрым шагом повел мужа в конец коридора. Значит, дело совсем плохо, пала духом Асия, окончательно почувствовав себя вдовой. Но когда Дамир вернулся с пачкой медицинских бумаг, она увидела на его лице хорошо знакомую ей детскую и счастливую улыбку, с которой он много лет назад встречал ее из роддома с новорожденным сыном.
- Ложная тревога, мать! Тебе - новогодний подарок, - объявил он, вручив Асие результаты гистологии. - Опухоль доброкачественная. Ее нужно убрать и спокойно жить дальше, сказал врач. Для подстраховки мне сделали сейчас повторный анализ.

Асия без сил опустилась на стул, помолчала, но быстро пришла в себя: «Дамир, сколько раз я тебе говорила: сдавай шапку и перчатки в гардероб!» - начала она.

А на обратном пути принялась выговаривать мужу за то, что он опять не помыл машину. На улице мороз, а он без кальсон и давно не звонил старшей сестре в Питер… После встряски жизнь рядовой казанской семьи возвращалась в свое привычное русло.