- Я с мамой договорился, она сегодня Нютку к себе заберет, - сообщил Артем супруге Майе, пока та сидела за компьютером.
- Зачем? - искренне удивилась та.
- Ну как зачем? - замялся Артем. - У нас как бы годовщина сегодня... или ты забыла?
- Я помню, - кивнула Майя. - И открытку тебе оставила на тумбочке.
- Ну вот. Я думал, посидим вечером вдвоем, как раньше. Я винца бутылочку купил, тортик.

Майя задумалась на секунду.
- Милый, давай не сегодня... - извиняюще попросила она. - Вот совершенно никакого настроения нет. Если Нютку заберут, я бы пораньше легла сегодня.
- Как знаешь... - пожал плечами Артем и пошел на кухню.
- А тортика мне кусочек отрежь! - донеслось ему вдогонку.

Поставив чайник, мужчина глубоко вздохнул. Нет, особой обиды на супругу он не чувствовал. Скорее было досадно. Совсем не так представляешь себе семейную жизнь, когда стоишь в загсе под марш Мендельсона. Вот и сейчас, на третью годовщину этого события, супруги не чувствовали ни малейшего праздничного настроя.

Понять их было нетрудно. Пока не родилась дочка Анюта, Артем и Майя жили легко и приятно. Совместный быт они воспринимали как приключение, которое не смогла омрачить даже ипотека.
Конечно, они хотели детей. Потому известие о беременности Майи привело в восторг супругов. Артем и Майя понимали, что ребенок изменит весь их распорядок жизни. Вернее, они так думали.

Первым ударом по семейному благополучию оказалась недобросовестность работодателя Майи - большую часть зарплаты он выплачивал в конверте. В итоге, выйдя в декретный отпуск, Майя стала получать крошечное пособие. В семейном бюджете образовалась заметная дыра. Артему пришлось искать вторую работу, а спустя полтора года Майя пошла нянечкой в детский сад, чтобы работать рядом с дочерью. Окончательно дефицитным бюджет семьи стал после того, как Артем по требованию начальства стал получать степень магистра в университете.

Они оба понимали, что все это временные трудности, но вскоре сами себе стали напоминать зомби. Какой там театр или кафе с друзьями, когда сил не остается даже посидеть перед телевизором. Сон - вот главное и единственное благо. А еще не думать, как оплатить следующий взнос по ипотеке.
Вот и сегодня Артем и рад был бы сделать дорогой подарок супруге, пригласить ее в ресторан, но денег на это попросту не было.

Едва Артем проводил свою маму и дочь, в кармане у него зазвонил телефон.
- Дружище, привет! - раздался из трубки голос Валеры. - Вас с супругой сегодня можно поздравить? Как празднуете?
- Да никак, - как можно равнодушнее отозвался Артем. - Дата некруглая, да и денег толком нет.
- Непорядок, - заметил Валера. - Слушай, значит, вы дома? У меня дело сейчас, не против, если я заскочу через пару часов?

Артем засомневался было, но все же дал согласие. И на то были причины.
Мужчины познакомились еще на первом курсе университета. Валера, несмотря на вполне русское имя, был выходцем из солнечного Таджикистана и выглядел соответственно.
- Папа у меня русский, - объяснял он. - Так что здесь - таджик, а на родине - русский.

Парни были не разлей вода. Вместе учились и развлекались, делили последние крошки в общежитии. После университета продолжали общаться, пока Валера не сообщил однажды, что возвращается в Таджикистан.
- Через год вернусь, - уверял он. - Меня туда тянет, но будущее свое я вижу только в России.

Впрочем, ни через год, ни через два Валера не вернулся. Не смог он приехать и на свадьбу Артема.
- Прости, брат, родня не отпускает, - извинялся он.

Артем уже знал, что у Валеры большая и очень консервативная семья. Едва он вернулся в Таджикистан, как родственники взяли его в оборот, приставив к важной для клана работе. А слово старших на Востоке, как известно, - закон.
Тем не менее год назад Валера все же приехал в Россию. До отъезда позвонил:
- Выручай, брат, больше некого просить, - взволнованным голосом объяснял он по телефону. - Срочно уезжать мне отсюда надо.

Оказалось, что Валеру родственники решили женить в лучших традициях феодального общества, а проще говоря, не спросив на этот счет мнения жениха.
- Тебе смешно, а мне каково с дедом спорить? - объяснял мужчина уже в Казани.

Проблема была в том, что срочное бегство Валеры оставило его совсем без денег. На авиаперелет Артем перевел ему деньги, предназначенные для оплаты следующего семестра учебы в университете. А жить друга он позвал на первое время к себе, в однокомнатную квартиру, к жене и дочери.

Надо сказать, что Майя, несмотря на то что не привыкла к посторонним людям у себя дома, держалась стойко. Замечания нежданному соседу она раздавала не слишком часто, корректно и по делу. Впрочем, это все равно не очень помогало разрядить обстановку дома. О друге-однокашнике мужа Майя только слышала многочисленные байки, ей и в голову не приходило, что придется когда-нибудь делить с ним общие туалет и ванную. Обостряло обстановку и то, что с деньгами у молодых было не очень, а Валера даже не добавлял на еду.

Впрочем, в один день он все же собрал вещи, сообщив, что нашел жилье, и пообещав, что постарается отблагодарить за помощь, когда встанет на ноги.
- К нам Валера заедет, поздравить хочет, - сообщил Артем жене.
- Ага, может, и долг тебе заодно вернет?

Артем промолчал: ругаться с женой в день годовщины свадьбы в его планы не входило. Вскоре в прихожей раздался звонок.
Валера ввалился в прихожую с бутылкой дорогого французского шампанского в одной руке и огромным букетом роз в другой.
- За моих самых любимых и дорогих людей в этой холодной, но гостеприимной стране! - поднял бокал Валера, когда шампанское было разлито. - Майка, ты, если в холодильник полезла, чтобы меня кормить, то это зря: вы торопитесь. Ты лучше брюки мужу погладь.
- Куда торопимся? Какие брюки? - не поняла Майя.
- Обычные брюки, в мятых в ресторан не пускают, а для вас там столик заказан.

Пока супруги хлопали глазами, Валера выложил на стол конверт.
- Братан, ты извини, что с долгом тянул - не сразу на ноги встал. Я там накинул немного за беспокойство. Давайте собирайтесь!
Когда Артем и Майя садились в такси, мужчина ощутил давно забытый запах духов своей жены и улыбнулся.
- Ты знаешь, у меня такое настроение романтическое... - словно угадала его мысли Майя.