В деле своей жизни он был неистовым. Окончив среднюю школу в родном селе Ямады Янаульского района Башкортостана, с десятью рублями в кармане приехал в Пермь, где постигал азы изобразительного искусства в изостудии и изучал русский язык. Отслужив в армии, приехал в Ленинград поступать в художественный вуз. Не поступил. Ему хватило мужества в тот же год приехать в Харьков и поступить в полиграфический институт имени И.Федорова. В 1965-м дипломную работу защитил на немецком языке. И никакие уговоры и соблазны остаться в институте или переехать на работу в Москву его не увлекли. Он твердо решил обосноваться в Казани и посвятить свою жизнь татарскому изобразительному искусству. Здесь он с головой окунулся в творческую и общественную жизнь. Рисовал постоянно. Всю жизнь продолжал учиться у русских и зарубежных мастеров кисти и у своих современников - товарищей по цеху. Учился и работал научным сотрудником в ИЯЛИ имени Г.Ибрагимова, подготовил диссертацию по искусствоведению. Работал главным художником Таткнигоиздательства. Проиллюстрировал более двухсот книг. Создал целую галерею портретов - серии «Татарские просветители», «Посвящения», графические серии «Родное село», «КамАЗ»... Стал заслуженным художником Татарстана. Удостоен медали «За доблестный труд». Главное: Эрот Зарипов стал одним из разработчиков «татарского национального цвета» в изобразительном искусстве - светлого и яркого, мягкого и нежного, полного альтруизма, любви к человеку.

Эрот Зарипов всю жизнь учился у своих предшественников чистоте помыслов и деяний, быть человеколюбивым, уважать и любить женщину, детей и всех людей. С ним рядом было очень легко! При общении с ним невзгоды и тяготы жизни уходили прочь.

Он виртуозно владел рисунком и цветом. На последней своей юбилейной выставке великолепно выступил на татарском и русском языках, призывал к просвещению и творчеству. Учебную и воспитательную работу с детьми и юношеством считал одной из главных своих задач. Был полон творческих планов.

Да, Эрот Зарипов оставил за собой радость! Но к этой радости всегда была примешана и горечь. В своей работе «Детство Тукая» он явился удивительным провидцем - и его жизнь была наполнена радостями и горестями, белым и темным цветом, но он никогда не отчаивался, не впадал в уныние. Всей своей жизнью и творчеством заслужил всенародную любовь. И запоздалые слезы сожаления о невозданном должном мастеру не могут умалить боль утраты. Хочется, чтобы мир иной принял его таким же светлым, каким он был при жизни.