Как-то на очередные праздники по TV показывали очередное шоу с демонстрацией коллекции модных одежек, на этот раз в фольклорном стиле. Как обычно - ярко, громко, все как-то чересчур... Собралась выключить - но тут на одной из манекенщиц заметила нечто очень знакомое. Где я видела этот жакетик, точнее, что-то весьма на него похожее? Вспомнила - в том старом сундуке. Это был сундук с приданым крестьянской девушки из села Новоспасского, что недалеко от Алексеевского. Приданое собиралось к ее свадьбе с казанским столяром-краснодеревщиком в самом начале ХХ века.

Потом почти 70 лет сундук простоял в их квартирке в Казани, а разбирать вещи в нем пришлось уже нам с мамой. Жакетик был красив: сшит из темно-синей тафты, с пышными у плеча и узкими к запястью рукавами, удлиненной и расклешенной спинкой, а снизу все обшито черными плетеными кружевами. А еще в сундуке была длинная черная юбка, обшитая по подолу тесьмой, шаль, полотенца, вышитые виноградной лозой, петухами и узором со свастикой - древним знаком огня и солнца. Больше всего мне понравился вышитый крестиком коврик. На нем - пахарь с плугом и лошадкой и подпись: "Полевой работникъ" - через "ять". А потом как-то случилось мне держать в руках платья из другого сундука, вещи небедной горожанки того же времени - начала ХХ века. Больше всего меня поразил тоже жакет, длинный, черного сукна, сплошь в богатой прорезной вышивке ришелье, а под этим кружевом - черная шелковая подкладка. Сколько же часов ручного труда вложено в подобную вещь! За обшлагом рукава нашли билет казанской конки. Рядом с жакетом были сложены сорочки тонкого батиста - впрочем, гладкой ткани в них было немного, почти сплошь белая вышивка по белому фону и ручное кружево. Это была знаменитая монастырская работа. В старой Казани монахиням заказывали приданое для невест и для новорожденных. "Чтобы не так просто сшито, а с молитвой" - на счастье. Молитвы невест Христовых, навек бессемейных, за новобрачных и за младенцев. Когда в 30-е годы монастыри позакрывали и разогнали монахинь, многие из них доживали по 2 - 3 человека по разным углам и зарабатывали себе на хлеб все тем же рукоделием.

Моя мама еще успела заказать у них стеганые одеяльца для своих детей, в том числе и для меня. Помню, я очень его любила, воспринимала как живое существо, ласковое, охраняющее от всех детских страхов. Совершенно очевидно, что в "дотелевизионную" эпоху женщины рукодельничали больше, чем сейчас. Особенно много вышивали и вязали крючком: салфетки, скатерти, дорожки - вещи все больше декоративные. Особенно богато украшалась кровать - наволочки, накидки и коврики... Кружевные занавески висели на большинстве окон, а по полу лежали плетеные и домотканые половики. Но вот грамотно, по выкройкам, шить умели немногие, это считалось довольно сложным, мудреным делом. Портных, шьющих на заказ, было немного, их адреса передавали друг другу "по секрету".

Первые курсы кройки и шитья открылись в Казани вскоре после войны при Доме офицеров, сначала только для членов семей военнослужащих. Сейчас бы такие закрытые курсы назвали элитными. Мне рассказывали, какое ошеломляющее впечатление производило само здание бывшего Дворянского собрания на учениц курсов, девушек, выросших в 40-е годы в обстановке военной разрухи. Дом офицеров казался им настоящим дворцом. Воспоминания о тех временах экзотичны для нас. Например, как утверждали учебные планы в Минобороны (выкройки платьев и трусиков-бюстгальтеров), как творили наряды из армейских шинелей, сколько и каких ухищрений требовалось, чтобы замаскировать послевоенную худобу. Офицерские семьи той поры далеко не самые обделенные в материальном плане, но и у них были свои проблемы: из-за частых переездов и жизни в дальних гарнизонах женам офицеров было трудно найти работу по специальности, а часто и просто работу, так что курсы помогали решать серьезную социальную задачу. После увеличения срока обучения до двух лет самым старательным стали выдавать по окончании диплом с правом преподавания. Одно дело - рассуждать о положении женщин в обществе, другое - помочь им получить образование, которое облегчит трудоустройство и решение бытовых проблем. Да и просто навыки шитья никому не помешают...

Со временем прием на курсы стал более демократичным, но долгое время попасть туда было нелегко, очередь занимали за несколько дней до даты записи, заранее составляли списки.

Я сама занималась там в конце 70-х, в "эпоху кримплена". Костяк группы - молодые "конторские крысочки" (сейчас их называют офис-герл), сплоченные общей идеей, сформулированной еще Скарлетт О-Харой: "Хороший цвет лица плюс удачное платье определяют судьбы мира". К ним примыкали невесты и жены военных курсантов-выпускников, озабоченные перспективами распределения своих лейтенантиков, было и несколько благоразумных дам, избравших своей стезей преподавание рукоделия. Одна приводила на примерки 7-летнего сына - прорабатывала на нем мужские и детские модели. Он героически, с партизанской стойкостью в глазах терпел все примерки, чтобы помочь маме получить диплом. Была в группе и Кармен местного разлива, для которой, как выяснилось, курсы были удобным прикрытием для забегов "налево" от семейного очага. А украшением группы был почтенный отец семейства, очень увлекавшийся шитьем. Сокурсницы так привыкли к нему, что перестали стесняться при примерках. Нашими преподавательницами были выпускницы курсов тех самых первых послевоенных лет - Зинаида Владимировна Кузьмина и Полина Ефимовна Демихова. Дамы яркие, умеющие не только, что называется, подать материал, но и просто на собственном примере показать, как же это здорово - когда и голова светлая, и руки к месту приставлены, и цену себе зрелая дама знает.

Курсы ДО были первыми, но вскоре стали открываться и другие при домах культуры и клубах, кружки при домах пионеров, а затем и в школах вместо уроков труда с молотками и рубанками появились уроки домоводства для девочек, преподавали нередко опять же выпускницы нашей альма-матер.

Почти 60 лет негромкой работы - это не история "просто Марии", это история воспитания культуры быта общества в нашем городе. Готовя этот материал, я позвонила в ДО - в то здание бывшего к/т "Победа", где он теперь расположен. Работают ли сейчас курсы кройки и шитья? Нет, говорят, первый раз за много-много лет занятия не ведутся - какие-то сложности с преподавательницей. Но на следующий год вроде бы снова будут работать. Дай-то Бог...

Шитье и рукоделие всегда было для женщин возможностью художественного творчества, самовыражения - и возможностью, чаще всего резервной, заработать на кусок хлеба. Скольких женщин это спасало при крутых поворотах судьбы...

Новое время многое изменило, исчез дефицит модной одежды, иногда кажется, что купить можно почти все, были бы деньги. Но нет - хорошего вкуса, умения быть с одеждой "на ты" так просто не купишь. Умеющую шить даму можно отличить, даже когда она одевается в готовые шмотки - она их по-особому подбирает, по-другому носит.

В том сундуке - крестьянском - помимо всего прочего лежал отрез плотного, похожего на атлас сатина - черного с рисунком в мелкую белую "веточку". Я сшила из него длинную летнюю юбку с тесьмой по подолу, чем-то похожую на ту, из сундука. Носила ее долго - качество ткани было прекрасным - (интересно, сколько лет пролежал отрез?). Но настоящей портнихи из меня не вышло - так и не потянула тогда на диплом.

Вера МИРОНОВА.