Айтишник с душой садовода: среди садоводческих недугов — синдром хронической нехватки денег и воздержавшиеся

На противоположном от «Татнефть Арены» берегу Казанки уже 65 лет существует культ огородничества среди горожан, сохранивших тягу к земле. Сегодня это огороженные 22 гектара земли с 14 аллеями, своей «мэрией», где считают незыблемыми законы демократии, а среди 400 человек, имеющих право голоса в этой некоммерческой автономии, есть граждане США и Саудовской Аравии.

Чем обернулась «Память Ленина»

Михаилу 40 лет. Член правления СНТ «Подгорный», в миру айтишник-картограф, в том, что водители видят на навигаторах, есть и его вклад. Сам же ездит на паркетнике веселого цвета, салон автомобиля, и без того не особо просторный, стесняют три детских кресла.

Родоначальником садовой династии Тихоновых стал дед Михаил Андрианович. Бывший фронтовик, сумевший вырваться из колхоза в Столбищенском районе в Казань и устроиться водителем в «кремлевский гараж». Здесь-то и получил 6 соток в садоводческом товариществе, созданном 20 апреля 1956 года. Бюро Совмина Татарской АССР своим постановлением передало 20 га неиспользованных земель колхоза «Память Ленина» под коллективный сад рабочих и служащих министерства сельского хозяйства.

С тех пор много воды в Казанке утекло, и поле обрело другую топонимику: здесь пролегли аллеи Главная, Западная, Набережная, Подгорная, Нагорная… Название же саду дали по месту — под безымянной горой, где расположен санаторий «Ливадия».

Получается, недавно был юбилей СНТ — 65 лет. Вот только отметили его в рабочем порядке: торжества бюджет не потянет, его едва хватает свести концы с концами.

Романсы финансов

Ситуацию с деньгами Михаил характеризует как «синдром хронической нехватки». Ежегодные взносы — 1000 рублей с сотки, из них 800 уходит на обязательные платежи, позволяющие саду оставаться на плаву, в том числе оплату 5 штатных сотрудников (два охранника, электрик, бухгалтер и председатель).

— У всех по минималке, при всем желании меньше платить не можем, больше тоже, — предупреждает вопрос о зарплате собеседник и разводит руками с легким полунаклоном.

Казалось бы, проблема решается просто — поднятием взносов. На самом деле не все так просто. Чтобы решение прошло, за него должны проголосовать 2/3 от кворума. В это все и упирается.

— У нас платежи с 2018 года неизменны. За это самое время только минимальный размер оплаты труда в республике два раза поднимали, не говоря о квартплате, бензине, продуктах… Хотели 1200 рублей с сотки взнос установить недавно. Не прошло. Да вообще ни один финансовый вопрос ни по водоснабжению, ни по дорогам не проходит! А за счет чего все будет хорошо?

Закон от, а до я

— А нельзя, ну, скажем так, окольным путем решение принять? Для пользы же дела… — интересуюсь я.

— Конечно, любое решение можно протащить. Тем более собрания сейчас проходят в заочной форме. Попробуй всех собери, когда среди наших даже иностранцы есть — из США и Арабских Эмиратов. Но не будем! Кто-то в WhatsApp пишет, мол, на кой-вам эта игра в демократию. Большинство проголосовало — делайте! Но кворума-то нет! На этом маленьком пятачке закон будет работать от, а до я. Плох он или хорош, но это закон.

Еще одна правовая закавыка — пункт «воздержался». Он портит все, что только можно, а убрать из протокола его не позволяет Гражданский кодекс. Многие еще с советских времен предпочитают не брать на себя ответственность, вот и воздерживаются. В итоге решения не принимаются. Можно предположить причину: люди заранее видят некую корысть со стороны правления. И это тоже в силу определенных стереотипов.

С переходом на безналичный расчет ушла даже почва для разного рода серых схем. Да, это привнесло проблемы — шабашника подешевле уже не наймешь, зато стало все прозрачно.

— При всех сложностях считаю это большим плюсом. Потому что всегда были вопросы к правлению. Я вошел в него потому, что еще со школы живу с обостренным чувством справедливости. Уже два года говорю: «Приходите, любой договор, финансовую бумагу покажем, есть вопросы — ответим предметно». Ни один не явился. Поэтому и не боюсь ни аудита, ни проверок. И с поднятой головой хожу по улочкам СНТ. Здесь ведь многие еще знали моих дедушку с бабушкой. Я даже повода не дам обвинить меня в корысти.

Принцип голого энтузиазма

Да, корысть — это не про «Подгорный». Тут многое держится на голом энтузиазме. Например, за установку камер видеонаблюдения специалист запросил 7 тысяч. Пришлось Тихонову приехать в выходной и самому все сделать. Видеокамеры — не дань моде: наведываются сюда и закладчики наркотиков, и дачные воришки.

Другой садовод ворота за свой счет отремонтировал, третий 120 кронштейнов для уличного освещения сделал и установил. Просто так, чтобы сделать «что-то полезное». Ремонт здания правления из той же серии. Еще год назад «мэрия» представляла унылое зрелище. Ошкурили стены и наличники, покрасили — теперь глаз радуется.

— Председатель правления говорит, чтобы я хоть чеки за краску сохранил. А кому я их предъявлять буду? — спрашивает Михаил.

Во всем этом чувствуется еще прежний дух коллективного сада, где все всех знали. Натура уходит в прошлое. Меняется и контингент хозяев. Участки (их стоимость больше миллиона рублей) покупают теперь под дачи, а это уже другая история. И вырастают рядом с трогательными садовыми домиками целые усадьбы, по виду которых можно сказать, что хозяева озадачивались лишь объемами кирпича, а не проектом.

Фронтовой чемодан

Сам Михаил перенял тягу к земле через поколение. Отец, говорит, равнодушен к саду, его сестра тоже, так что после ухода деда в прошлом году он теперь полноправный хозяин на тихоновских 6 сотках.

— Деду никуда больше и не надо было — только в сад! Чувствую, превращаюсь в такого же человека, — признается айтишник. — И мне это нравится.

Правда, дом, построенный дедом, разобрали. На его месте возвели кирпичный, но и наследство пустили в дело: бэушный стройматериал пошел на пристрой второго этажа и веранду. Выкинуть рука не поднялась, ведь это не хлам, а доски — их вручную строгали дед и отец.

К семейной памяти у Михаила редкое по нашим временам трепетное отношение. Когда он был подростком, родитель показал тайник в столе, куда еще школьником спрятал записку. Теперь там лежит уже Мишина тайна, которую узнают его дети, когда придет пора. Узнают они и еще об одной семейной реликвии — старом деревянном чемодане. Сейчас он полон старых пластинок, а некогда содержал нехитрый скарб старшего Михаила Тихонова, вернувшегося с фронта. Внук говорит, что о войне дед не делился воспоминаниями. Хотя наверняка было чем.

К слову, корреспонденту «КВ» на сайте «Память народа» удалось найти приказ по 1072-му легкому артиллерийскому полку 3-го гвардейского танкового Котельниковского Краснознаменного ордена Суворова корпуса от 13 мая 1945 года. Среди награжденных медалью «За отвагу» и телефонист 4-й батареи красноармеец Тихонов. В бою 30 апреля 1945 года он «четыре раза восстанавливал поврежденные линии связи под огнем противника». Тихоновым есть что хранить.

Покидал я товарищество со светлым чувством. Думается, местным садоводам повезло, что в их правлении есть такой человек, и он не один с этой «группой крови». Можно не сомневаться, дела у «Подгорного» непременно пойдут в гору. А я… теперь по-другому гляжу на экран смартфона, где отображается запрос к навигатору, ведь к этим данным мог приложить руку и мой новый знакомый айтишник с душой садовода.

КВ
Лента новостей