«Москвичи „несвоих“ притесняют»: что скрывается за витриной СИБУРа?

Представители сибирской компании пригласили журналистов Татарстана продемонстрировать современное производство и идеальные условия труда с комнатой для релаксации и панорамной смотровой. Журналист «Казанских ведомостей» осмотрел не только витрину, но и изнанку производства.

Слияние СИБУРа и ТАИФа выходит на финишную прямую и полным ходом близится к завершению. И если еще совсем недавно люди гадали, одобрит ли ФАС сделку или нет, то уже сейчас сибирская компания пригласила журналистов татарстанских СМИ и пресс-службу ТАИФа похвастаться одним из самых современных производств в мире — «ЗапСибНефтехимом», расположенном в Тобольске.

Корреспондент «Казанских ведомостей» вместе с коллегами ознакомилась с самой крупной промплощадкой СИБУРа и попыталась рассмотреть перспективу за рамками пресс-тура. Что может предложить СИБУР, а самое главное — нужно ли нам так же — читайте в репортаже «Казанских ведомостей». 

СИБУР предпочитает не светиться

Завод СИБУРа «ЗапСибНефтехим» в Тобольске становится, пожалуй, главной достопримечательностью города, обгоняя по узнаваемости даже местный Кремль XVII века. Но несмотря на это, в Тобольске практически нет никаких отметок о присутствии нефтехимического гиганта.

Заезжая в Нижнекамск, сразу понимаешь, что попал в вотчину ТАИФа, не только по окутывающему окрестность густому дыму, ярко пылающим факелам и едкому запаху, но и по приветственным табличкам и постоянно встречающимся эмблемам предприятия. В городе величественно (по нижнекамским меркам) красуется стела производственной площадки, а в самом его сердце располагается парк Нефтехимиков. При этом прогуливаясь по Нижнекамску, время от времени замечаешь и людей в одежде с символикой завода. 

Оказавшись в Тобольске, даже не подозреваешь, что этот город что-то связывает с компанией, возглавляемой миллиардером Леонидом Михельсоном. Историческая застройка, памятники и фонтаны без каких-либо признаков присутствия в регионе промышленного лидера. Разве что крыша Дворца наместника, одного из зданий Тобольского кремля, окрашена в сибуровский голубой цвет. 

Завод в стиле хипстерского арт-кластера

Если говорить о самом «ЗапСибНефтехиме», то промышленная площадка впечатляет своими масштабами: в 10 километрах от города возвышаются металлические конструкции, ввысь устремляется сероватый дым производств. Площадь промплощадки — 460 га, что равно 736 футбольным полям, а колонны-близнецы, предназначенные для разделения сжиженных газов, высотой в 46-этажное здание являются самыми крупными из всех существующих, воодушевленно рассказывал ведущий инженер службы охраны труда Владимир Котов.

На площадке производят полиолефины: полипропилен и полиэтилен, из которых после создаются трубы для ЖКХ, упаковки, пленки и кабели. А также особенно актуальные в период пандемии медицинские маски, эпидкостюмы и шприцы. Большая часть работы автоматизирована, для этого на территории есть операторная, заставленная компьютерами и мониторами с бесчисленным количеством цифр, диаграмм и схем, но с небольшим числом людей.

Рядом с зданием небольшая лужайка, деревья и скамейки. Правда, ни одного человека в зеленой зоне отдыха не было. Сама промплощадка больше напоминает арт-кластер для хипстерских тусовок, нежели нефтехимическое производство. Все промышленные объекты расположены очень компактно. Здания как внутри, так и снаружи, выполнены в едином стиле и в цвете компании — голубом. А на резервуарах для технической и пожарной воды красуются граффити с изображениеми животных и птиц Тюменской области. 

На производстве есть смотровая площадка с видом на железную дорогу и контейнеры для транспортировки полимеров. Путь к ней проходит через коридор, украшенный надписями и плакатами как в галереях современного искусства, и зал с огромным плазменным экраном во всю стену. На заводе даже есть комната для релаксации, оборудованная массажером и специальной капсулой для сна с кислородом, позволяющей выспаться за 20 минут. Как заверил начальник производства пиролиза Максим Захаров, сейчас эта комната есть только на «Запсибе», но в ближайшем будущем подобное ноу-хау планируют запустить и на других площадках. Возможно, одна из них сможет расположиться в Нижнекамске — в компании этого не уточнили. 

Особое внимание здесь уделяется экологии и чистоте воздуха. Как заверяют сотрудники производства, на территории промплощадки даже обитают краснокнижные птицы. Но увидеть их, так же, как и обычных воробьев или ворон, во время прогулки по предприятию не удалось.

Однако химического и едкого запаха здесь, действительно, не чувствуется. Возможно, это связано с тем, что все вынуждены находиться в масках даже на улице в соответствии с санитарно-эпидемиологическими правилами завода. Но сняв ее на небольшое время, неприятных ароматов не замечаю.

Высотки вместо леса и портрет Путина в садике

Для привлечения сотрудников СИБУР вкладывается в строительство жилых комплексов и модернизацию городских объектов, рассказала начальник отдела по связям с органами госвласти Елена Бельская. Так, например, был построен 15-й микрорайон в Тобольске. Раньше на этом месте располагался лес, а теперь стоят многоэтажки, с верхних этажей которых можно увидеть промзону, а рядом с ними — школа и детский сад. 

И дошкольное, и общеобразовательное учреждение выглядят красиво и современно. Садик с новомодными игрушками и тренажерами. Комнаты для малышей довольно просторны. На одной из стен в центре — портрет Путина, а по бокам от него детские рисунки и картины. Сейчас и школа, и садик переданы на баланс города. Других крупных объектов, кроме продуктовых магазинов, в спальном районе нет.  

Реализация этих и еще более 40 других объектов проводилась по программе «Тобольск-2020», финансирование которой легло на плечи из трех участников: области, города и СИБУРа. Сумма и даже доли вложения программы не озвучиваются. Известно только, что большую часть от этих вложений составляют налоги предприятия в бюджет региона — по месту регистрации компании. Сейчас на смену «прошлогоднему Тобольску» пришла программа «Тобольск-2025», куда вошли как те объекты, что еще не успели достроить, так и новые.

«Если там что-то рванет, то Тобольска не будет»

Чтобы узнать, что нам предпочли не показывать, я решаю отправиться в самостоятельную экскурсию по городу. Организаторы пресс-тура составили насыщенную программу, поэтому пообщаться с населением днем возможности не было. Около полуночи заказываю Uber, стоимость четырехминутной поездки — чуть более ста рублей. Спустя минуту к дверям гостиницы подъезжает относительно дорогая иномарка, из открытых окон которой играет громкая клубная музыка.

За рулем сидит накаченный, крупный мужчина по имени Владимир [имена всех участников диалога изменены]. Он рассказывает, что посменно работает на «ЗапСибНефтехиме» водителем: возит рабочих и грузы на КАМАЗе, а в свободное время подрабатывает в такси. На мой вопрос, что он думает о производстве, отвечает однозначно: «Не было бы этого завода, Тобольска бы не было. Потому что на заводе, можно сказать, половина города работает: и приезжие, и жители. В основном, приезжие — это начальники, которые планы разрабатывают, а местные все делают».

Работой на заводе мужчина доволен. По его словам, наличие производства позитивно сказывается на городе, а сибирская компания активно вкладывается в развитие Тобольска. «Вон даже слева сейчас фигура [декоративная инсталляция] будет, это тоже благодаря СИБУРу», — он указывает куда-то, проезжая по центральным улицам города.

Вопросы экологии его мало волнуют. «Если проезжать мимо завода, то ничего не почувствуешь, а вот на его территории, возле какой-нибудь станции прям мощный такой запах. И шум там тоже сильный, даже беруши специальные надевают», — отмечает мужчина. Но такое легкое отношение к соседствующей промплощадке далеко не у всех, признается Владимир. Многие тобольцы, сбегая от, как им кажется, вредного производства, переехали в Тюмень. Но их решения он не понимает и отказываться от прибыльный работы ради пусть даже и более чистого воздуха не готов.

«Говорили, что если там что-то где-то рванет, то все — Тобольска не будет. Вернее, Тобольск-то будет, а вот людей — нет. Все отсюда уезжают с мыслями: „Не дай бог что произойдет“, „Они нас травят“ и так далее. Но люди же живут как-то. Да и что толку? Они в Тюмень уезжают и без работы сидят», — рассуждает таксист. 

«Иностранцы тратили деньги СИБУРа направо и налево» 

Оказавшись на полуосвещенной улице, сразу же направляюсь в кафе. В помещении за столиком сидят две девушки — официантки Ирина и Олеся, по будничному одетые в джинсы и темные футболки, поверх которых черные фартуки. Кроме них в зале в ночь с четверга на пятницу никого нет. Иногда также пустынно бывает и в выходные, признались девушки. Бегло осматриваю меню: безалкогольные коктейли в районе 150-200 рублей, алкогольные в раза два дороже.

С работой в Тобольске тяжело, устроиться можно либо продавцом и официантом, либо пойти на завод, но попасть туда крайне трудно, а занять хорошую должность вряд ли получится. «У них какой-то приоритет брать неместных, чем местных. Местные только чернорабочие», — поделилась Олеся. Из-за этого молодежь активно переезжает в другие более крупные города, среди которых в основном Тюмень и Екатеринбург.

Согласна с ней и ее напарница Ирина. «У нас много из работящих именно наших, рабочих ребят. А те, которые начальники, все с других городов. Редко в СИБУРе найдешь какого-нибудь начальника из местных», — жалуется девушка. — В основном они все из Москвы и, может быть, Питера».

После публикации материала пресс-служба СИБУРа прокомментировала ситуацию с кадрами завода, предоставив данные о процентном соотношении приехавших и местных сотрудников. Последних, по данным компании, больше, чем считают местные жители. «Количество местных (из Тобольска и Тюменской области) сотрудников в целом — 75,8%. Если смотреть на руководящий состав — из числа местных 67,8%», — отметили в компании. 

Как объяснили изданию, приезд иногородних специалистов не прихоть, а вынужденная мера. Дело в том, что в городе и области недостаточно работников соответствующего уровня квалификации, поэтому возникла необходимость привлекать кадры с других производственных площадок компании. Восполнить «пробелы» среди местных компания планирует с помощью своего учебного центра «СИБУРИНТЕХ» и сотрудничества с образовательными учреждениями. В пресс-службе отметили, что идея в том, чтобы предоставить возможность для развития местным жителям, начиная со школы и до рабочего места.

Кроме притеснения «несвоих» претензий к предприятию у девушек нет. В рассказы о том, что близость к производству наносит урон здоровью и экологии, они не верят. «Пугают всякие бабки, сказочники. Сколько у нас там людей работает, все они говорят про всякую мегабезопасность, то есть все там нормально. Это не вреднее, чем все, что мы едим или, не знаю, курим, пьем», — отмечает Олеся.

С позицией напарницы тут же соглашается Ирина: «По такой логике нас вообще уже должно было снести нафиг отсюда. Как мы здесь живем вообще? Мы уже давно сдохнуть должны были все. Ну ничего же, живем, нормально». Завод находится далеко, подчеркивает девушка, правда, спустя пару минут все-таки добавляет: «Но не так далеко, как хотелось бы». 

Самыми золотыми во всех смыслах этого слова временами в городе было строительство «ЗапСибНефтехима», говорят девушки, для возведения его в Тобольск приехало много иностранных специалистов и экспертов. «Ты идешь и русскую речь вообще не слышишь. Это было самое идеальное время», — вспоминает Олеся.

Здесь не так много мест куда, можно сходить. К примеру, если в Нижнекамске Макдональдс открылся одним из самых первых в республике, из-за чего жители соседних Челнов были вынуждены ездить в город нефтяников, то в Тобольске эта сеть не представлена до сих пор.

Поэтому заграничные эксперты часто зависали в местных кафе и барах, оставляя хорошие чаевые и регулярно оплачивая крупные счета корпоративными картами, которые им выдавал СИБУР. 

«Они даже не свои деньги тратили. Поэтому им вообще грех не ходить [в заведения] было. Некоторые, с кем мы подружились, когда уезжали, просто весь бар спаивали. Это были очень классные времена», — делится Олеся. Сейчас завод построен, а иностранцев практически не осталось, если не считать чернорабочих, толпами приезжающих из СНГ на «ЗапСибНефтехим». Но руководство СИБУРа по-прежнему считается в городе элитой. Как заверили местные, другой здесь просто нет.

Из дорогого ресторана разрухи не видно

С пришествием в Тобольск СИБУРа город стал более благоустроенным, но здесь до сих пор много разрушенных исторических зданий, признались официантки. «У нас обычно, если приезжает кто-то, то это старое здание просто плакатом завешивают, как будто отремонтировано, и все нормально. Будешь проезжать — не заметишь, по барабану», — признается Олеся. Сидящая рядом с ней Ирина одобрительно кивает.

Особенно плохо обстоят дела в районе города, который называется Подгора. Тобольск разделен на две части: верхнюю с Кремлем и основными достопримечательностями на возвышенности и нижнюю — так называемую Подгору. Там сосредоточены жилые дома, гаражи и небольшие производства. Чтобы попасть в город, люди вынуждены ежедневно подниматься вверх — в гору.

По соседству с Подгорой — левый берег Иртыша. Но попасть туда так просто не получится: в районе нет моста, только переправа. Правда, как рассказали местные, на левом берегу делать нечего. Многие из жителей города даже не знают, что там расположено.

«Подгора — это другая стороны Тобольска, абсолютно. Туда СИБУР не вкладывает. Зачем им это? Они же туда не спускаются», — говорит Олеся. 

По словам официанток, начальство нефтегазовой компании чаще обитает в верхней части города, а именно: в ресторане «Марк и Лев». Там же организовали ужин и для приехавших из Татарстана журналистов. «Туда ходят не обычные люди, а изначально оно строилось чтобы сибурятам, так сказать, было куда сходить в нормальное заведение покушать. Там не едят всякие обычные работящие, а вот кто повыше, то они сидят там», — делится Олеся. 

Цены в светлом, выполненном в бежево-кремовых оттенках ресторане с большими окнами по тобольским меркам высоковаты. Если в других кафе Тобольска за тысячу рублей можно наесться до отвала, здесь, в элитном ресторане тебе принесут совсем маленькую порцию. «Это заведение одно такое, чтобы красиво посидеть, покушать, чтобы повыделываться», — говорит Олеся. 

«Здесь кроме СИБУРа, куда еще пойдешь?»

Выйдя из кафе, замечаю стоящую рядом круглосуточную аптеку. Открыв дверь, оказываюсь в небольшом помещении, где встречаю женщину лет 45, на бейджике которой написано «Елена». Она, так же, как и официантки соседнего кафе, в страшилки о вреде завода не верит и называет их чушью.

«У нас даже центра-то онкологического нет. Мы здесь живем всю жизнь, и никто пока ничем не заболел», — эмоционально рассказывает она. Следом тут же добавляет, что вообще на заводе тобольцы работают редко, в основном там одни приезжие. На вопрос, почему так происходит, сухо отвечает: «Не знаю, всякие причины». 

За время, что я пробыла в баре, такси успело подорожать: более 150 рублей за поездку к гостинице. В этот раз ко мне подъезжает отечественная Vesta, что по меркам Тобольска это тоже неплохо. В городе, где располагается самое крупное производство одной из богатейших компаний России, роскошью не пахнет: ни дорогих машин, ни людей, одетых в брендовые вещи, за три дня пребывания замечено не было. Водитель Максим, приехавший за мной, родом отсюда, но в 1993 году переехал в Уренгой, а оттуда спустя время в Тюмень, где сейчас и проживает. Через пару часов ему уезжать обратно, но, пока не спится, парень решил немного подзаработать.

Во время строительства «ЗапСибНефтехима» он был крановщиком, заключив договор с китайским подрядчиком. Но сразу после завершения стройки покинул родной город и вернулся в столицу Тюменской области. О своем выборе парень нисколько не жалеет: «Не захотел я на завод. Многие переезжают в Тюмень, там есть хоть работа какая-то, перспективы. Здесь кроме СИБУРа, куда еще пойдешь? Дворником?».

Не устраивают его и зарплаты на производстве (мой первый собеседник тоже, вероятно, не только из любви к поездкам таксует между сменами). «У меня знакомый здесь работает киповцем [контрольно-измерительные приборы и автоматика], он тысяч 45 получает. Он долго туда залазил, туда местных несильно берут почему-то, не знаю. Им легче взять откуда-то, чтобы каждый день фигарил», — делится Максим. Как рассказал парень, руководству завода проще нанять приезжего из СНГ, готового много и усердно работать.

Но «понаешавших» из разных городов России на «ЗапСибНефтехиме» тоже хватает. Часть из них приехали в Тобольск для трудоустройства уже на этапе строительства завода. Максим уверен, что город неплохо получает от СИБУРа в виде налогов. «Но не все, конечно! Какую-то часть СИБУР выделяет городу все равно. У них и школы есть сейчас свои, сибуровские», — рассказывает он.

Разрушенные здания и летящие на прохожих кирпичи

Наслушавшись рассказов от местных жителей про разруху и бедность района Подгора, вечером следующего дня решаю спуститься с парадной части города. Дорога вниз от Кремля по деревянной лестнице занимает не больше десяти минут. Оказавшись у подножья исторического центра, сразу замечаешь полуразрушенные здания с выбитыми окнами, на фасадах некоторых видны следы возгораний, а стены исписаны лозунгами АУЕ (движение признано в России экстремистской организацией, его деятельность запрещена на территории страны — прим. Ред.) и изрисованы граффити. При этом на постройках висят таблички о том, что это культурно-значимые объекты, находящиеся под охраной государства.

Как рассказали жители Тобольска, единственными попытками спасения района было строительство двух элитных домов, детской площадки и небольшой площади. Жилые постройки с шпилями и закругленными окнами на берегу мелкой реки, отдаленно напоминающей больше болото, и современные качели рядом с арт-объектами смотрятся довольно диссонансно на фоне полуразрушенных крыш и осыпающихся зданий.

Возле одного из таких исторических объектов стоит машина с подъемником, в люльке которого стоит мужчина. С крыши здания убирает «лишние», падающие с фасада кирпичи вручную, просто сбрасывая их на асфальт. Один из таких чуть ли не падает на голову стоящему рядом парню, но в последний момент он успевает отскочить в сторону. По всей видимости, это его напарник, а рядом с ним мужчина чуть постарше в форме, на спине которой написано «охрана».

«Не дай бог вы это куда-то выложите. Здесь служба безопасности администрации города работает», — начал кричать мужчина с подъемника, заметив, что я его снимаю. На вопрос, для чего он это делает, мужчина емко ответил: «Чтобы на голову никому не упало».  По словам едва не пострадавшего парня, здание в ближайшем времени отреставрируют, но пока другого выхода нет. Чтобы избежать возможных травм, приходится «чинить» здание вручную.

На этом двухдневный визит в Сибирь закончился, обратная дорога занимает почти сутки. Сейчас в Тобольске нет аэропорта, его строительством как раз занимается СИБУР, и компания обещает сдать объект в ближайшее время. Поэтому, чтобы попасть домой, нужно добираться пять часов на автобусе до Тюмени, города с ближайшей воздушной гаванью.

Производство СИБУРа в Тобольске впечатлило своей мощностью и современностью, площадка выглядит чистой и ухоженной, а пространства для рабочих — комфортными. Можно понять и желание организаторов не показывать некоторые, как им кажется, негативные моменты. Нам остается надеяться, что татарстанские предприятия в ближайшем будущем ждет такая же впечатляющая модернизация, а в Нижнекамске не образуется вторая Подгора.

КВ
Лента новостей