Гузель Яхина родилась в Казани. Училась в школе №131, потом в Казанском педагогическом институте на факультете иностранных языков. В 1999 году переехала в Москву. Работала переводчиком в иностранных компаниях в сфере маркетинга. Недавно окончила Московскую школу кино. Замужем. Дочери 11 лет.

Дебютный роман Гузели Яхиной «Зулейха открывает глаза» будет переведен на 20 языков мира: английский, немецкий, французский, славянские, скандинавские, китайский. Совсем скоро роман выйдет и на татарском языке. Перевела его замечательный поэт Флера Тарханова.

Не только страдания, но и любовь

- Гузель Шамилевна, как вы думаете, чем заинтересовала людей, живущих в разных странах, история простой татарской женщины с трудной судьбой?
- Это не столько история татарской женщины, сколько просто женщины, просто человека - история о преодолении мифологизированного сознания. В начале романа Зулейха живет в закрытом, довольно мрачном, но понятном ей мире. Живет так же, как жили ее мать, бабушка, предки. И вдруг оказывается вырванной из привычного окружения, можно сказать, перемещается из прошлого в настоящее, в другую реальностью, где царят совершенно иные законы. Она учится быть духовно свободной и счастливой, несмотря ни на что. Мне кажется, что именно этот путь из прошлого в настоящее будет интересен читателям в разных странах.

- К свободе Зулейха идет через страдания и боль. Неужели для того, чтобы изменилось сознание, человеку необходимо пройти через такие страшные испытания и потери?
- В жизни Зулейхи была не только боль, лишения, но и любовь. Причем большая любовь. Даже две любви - к долгожданному сыну и мужчине, который был рядом все годы ссылки. Так что в романе речь идет не только о страданиях, а об эмоциональных потрясениях, которые меняют человека и его отношение к жизни.

- Вы ожидали, что роман вызовет такой читательский интерес и в Татарстане внимание к нему, к деталям жизни татарской деревни будет более повышенное и требовательное?
- Я очень рада, что книгу читают. Сегодня тираж «Зулейхи» - 47 тысяч экземпляров. Отношение к роману в Татарстане, да, оно особенное. Логично, что здесь относятся более внимательно и даже строго к описанию конкретных деталей быта, сравнивают события, происходящие в романе, с собственными семейными историями.

Каждый увидел что-то свое

- Некоторые критики, читатели в Татарстане считают, что в романе много исторических неточностей, татары представлены не совсем в приглядном свете. Вы были готовы к такой критике?
- С интересом читала высказывания о «Зулейхе» критиков и читателей в Татарстане. Мнения очень разные, порой даже противоположные. Да, кто-то не увидел в романе (цитирую) «праздник татарского духа», а кто-то, наоборот, называет книгу гимном татарской женщине. Кто-то нашел там описание ужасов сталинских репрессий, а кто-то, наоборот, - оправдание системы ГУЛАГа. Кто-то разглядел в драматургии, героях романа очень хитрые геополитические мотивы. А кто-то - просто историю любви, человеческую историю на фоне трагических исторических событий... Каждый увидел что-то свое. И это здорово. Я признательна всем критикам и читателям в Татарстане, кто высказался о романе. Это вызвало дискуссию.

- Как относитесь к претензиям и замечаниям?
- Восприятие текста у каждого читателя свое, субъективное. И какой-то диалог с автором здесь не предполагается. Что же касается объективных претензий к конкретным вещам, например, к описанию быта или исторических деталей, то большинство подобных упреков снимается, если внимательно читать текст романа или изучить исторический материал. Приведу пару примеров. Кому-то из критиков показалось, что умершие дочери Зулейхи были похоронены в гробах (что, конечно, не соответствует мусульманским обычаям). Но об этом в книге нет ни единого слова. Или кто-то посчитал недостоверным, что Зулейха зимой отапливала хлев, чтобы животные не замерзли. Но в татарских деревнях на самом деле был и холодный, и теплый хлев. Кто-то посчитал, что Зулейха слишком язычница и мир ее духов перенаселен. Но достаточно почитать исследования Каюма Насыри или труд Якова Коблова «Мифология казанских татар» столетней давности, чтобы понять, насколько тесно в те годы в мировоззрении татар сочеталась народная мифология и ислам. Далее. Некоторые критики посчитали вымыслом, что на поселение в одном вагоне вместе едут питерская интеллигенция и раскулаченные крестьяне из татарской деревни, якобы такого смешения быть не могло. Могло. Об этом можно прочитать, например, в мемуарах самих раскулаченных. И так далее.

«Моя бабушка прошла путь Зулейхи»

- А материалы о жизни в ГУЛАГе собирали в архивах?
- Многие документы, указы, постановления, приказы ОГПУ-НКВД сейчас есть в открытом доступе в интернете. Также я внимательно изучала работы российского историка, одного из самых авторитетных в России специалистов по спецпоселенцам Виктора Николаевича Земскова, консультировалась у него. Прочла воспоминания, мемуары тех, кто прошел через ГУЛАГ, опубликованные на сайте Сахаровского центра. В черновом варианте романа я даже курсивом прописала многие документальные факты из жизни спецпоселенцев, можно сказать, составила исторический скелет. Но потом убрала эти вставки: показалось, что они мешают эмоциональному восприятию. Хочу сказать большое спасибо Ирине Щербаковой, историку, руководителю программ общества «Мемориал». Перед тем как отдать текст в верстку, мы отправили ей роман. Она прочла его с профессиональной точки зрения, проверила, нет ли каких-то исторических несовпадений или неточностей. Конечно, я вспоминала и рассказы своей бабушки, которая 16 лет провела на поселении и прошла тот путь, что и Зулейха. Например, бабушка рассказывала, что на поселении совершенно чужие и очень разные люди оказывались вместе и вдруг становились друг другу ближе, чем родные, более того, сохраняли дружбу на всю жизнь.

- Какой отзыв о романе был самый необычный?
- Самый дорогой отзыв пришел из Уфы от 93-летнего читателя. Он тоже прошел раскулачивание и провел на спецпоселении в Красноярском крае 17 лет - с 1930-го по 1947 год, практически те же годы, что и моя бабушка. Он прочел «Зулейху» и написал трогательное, очень теплое письмо поддержки на пяти страницах. За это ему огромное спасибо.

- У многих возникает вопрос: будет ли продолжение романа?
- Приглашаю читателей самим поразмышлять о том, что могло бы случиться с героями дальше. В черновом варианте романа у меня была глава о том, как сложилась жизнь сына Зулейхи Юзуфа: как в 2015 году он уже в очень почтенном возрасте возвращается в Семрук, где они с матерью жили в ссылке, и видит, что поселка практически нет - от него остались только разрушенные дома, полуистлевшие срубы, через которые проросли деревья. То есть Юзуф, спустя восемьдесят пять лет, вновь видит берег Ангары почти таким, каким его увидела Зулейха в далеком 1930 году. Так должен был заканчиваться роман. Но позже я удалила эту главу, оставив в книге только историю самой Зулейхи. Кстати, такая судьба - запустение и забвение - на самом деле удел многих трудовых поселков, основанных в период раскулачивания. Поселение, где жила в ссылке моя бабушка (оно называется Пит-Городок), постигла та же участь: в девяностые годы оно исчезло с карты. Но потомки питчан каждое лето приезжают туда, ухаживают за кладбищем.

Тропинка в дремучем лесу

- Долго работали над романом?
- Написала роман за восемь месяцев. До этого два года собирала материал, продумывала сюжетные линии, образы и предыстории героев, их взаимоотношения. Писать, то есть переносить на бумагу то, что уже сложилось в голове, не самое сложное, это уже последний этап работы. Самое сложное до этого - структурирование материала, отсечение лишнего, выстраивание драматургии. Это можно сравнить с прокладыванием тропинки в дремучем лесу или через болото. Для меня лично это самый интересный этап. История должна, с одной стороны, быть драматургически интересной, а с другой стороны, не противоречить исторической правде, накладываться на исторический контекст.

- Роман очень кинематографичен. Если будет его экранизация, каких актрис вы видите в роли Зулейхи и Упырихи?
- Если уж мечтать, то по максимуму! Мне кажется, Чулпан Хаматова идеально подошла бы на роль Зулейхи. А Упыриху могла бы превосходно сыграть Роза Хайруллина. Это актриса МХАТа, она потрясающе сыграла в фильме «Орда». Внешне совсем не похожа на Упыриху - много моложе ее, хрупкая, миниатюрная, но с такой сильной энергетикой…

- Над чем вы сейчас работаете? После такого фантастического успеха первого романа вторая книга - более ответственный и серьезный шаг, потому что все будут ждать нового произведения от вас с особым интересом, а обманывать ожидания читателей не хочется…
- То, что первый роман состоялся и был отмечен премиями, - это большая радость, подарок судьбы. Конечно, соответствовать взятой планке непросто. Но мне не хотелось бы соревноваться с собой. Я просто пишу новую вещь - повесть, действие которой происходит в советский период. Эта маленькая камерная история, она мне интересна. Надеюсь, будет интересна и издателям, и читателям.