Марк Дробинский родился в Баку. Учился в бакинской музыкальной школе. Окончил аспирантуру Московской государственной консерватории у Мстислава Ростроповича. Преподавал в институте имени Гнесиных. В 1974 году уехал из Советского Союза. Живет в Париже. За фантастическое мастерство и мощную экспрессию Марка Дробинского называют «демон виолончели». Он активно гастролирует, принимает участие в крупнейших международных фестивалях, ведет мастер-классы во многих странах мира. Был первым исполнителем сочинений Софии Губайдулиной, Альфреда Шнитке, Эдисона Денисова, других великих композиторов современности. За последние годы маэстро выпустил 15 СD. Один из его СD удостоен высшей награды на международной ярмарке CD MIDEM в Каннах. Марк Дробинский играет на итальянской виолончели мастера Карло Антонио Тесторе, которая была сделана в 1748 году. Помимо музыки у нашего гостя есть еще одна страсть - футбол. Во время обязательных музыкальных упражнений он включает телевизор и смотрит какой-нибудь интересный футбольный матч - так репетиция проходит энергичнее.

«Казанскому фестивалю могут позавидовать европейцы»

- Маэстро, вы уже не первый раз принимаете участие в фестивале L'arte del arcо. Чем этот фестиваль отличается от множества других?
- Когда мы познакомились с Рустемом Абязовым, я попросил прислать репертуар его оркестра. И получил... на тринадцати (!) страницах мелким шрифтом!!! Такого большого и разнообразного репертуара для камерного оркестра я не встречал ни у кого. Это было уже интересно.
Я бывал на многих фестивалях, мне есть с чем сравнивать. Здесь все четко, все работает, все всегда на месте. Если возникают вопросы, буквально сразу же получаем ответ. Такой организации фестиваля могут позавидовать европейцы.

Ревность итальянской «старушки»

- Вы играете на виолончели середины XVIII века. История, как она попала к вам, очень интересная…
- Да, я нашел ее в Израиле, в одном кибуце, это что-то вроде колхоза. Мне инструмент показал ее хозяин - эмигрант из Германии с интересной фамилией Ротшильд. Но он не был родственником банкира Ротшильда, просто однофамилец. Виолончель много-много лет находилась у него в бомбоубежище. Когда мы открыли футляр, оттуда выползли пауки, а сама виолончель обросла мхом, плесенью и была в ужасном состоянии. Я попытался ее восстановить. Привез виолончель в Париж, показал знаменитому мастеру Этьену Ватло. В общей сложности ее реставрировали лет десять, но звук все равно был приглушенный. Однажды инструмент попал к одному мастеру - Бернару Сабатье. Он его простукал, прослушал, понюхал, повертел, покрутил и прикрепил внутри какую-то штучку. Причем место для этой фитюльки он определил, делая какие-то пассы руками, как экстрасенс. Не знаю, в чем там дело, но инструмент вдруг раскрылся, зазвучал… И вот уже более 30 лет я играю на нем.

- Эта «итальянка» не ревнует, когда вы играете на других инструментах?
- Ревнует, а как же! Мне сделали виолончель - копию старинного венецианского инструмента. Это настоящее произведение искусства. Причем сделали так искусно, что ни один современный мастер не смог определить, что это инструмент конца XX века. Когда я играю на ней, моя итальянская «старушка» ревнует - начинает капризничать, требовать к себе больше внимания. А еще ей, как любой почтенной леди, не нравится, когда слишком сухо или слишком жарко. Если случаются перепады, упаковываю инструменты в шелковое полотно. Но главное, они обе в работе, и это помогает им сохранять хорошую форму.

Знаете, во французском языке слово «виолончель» мужского рода, а контрабас, наоборот, женского. Когда Мстислава Ростроповича приняли в члены Французской академии искусств, он сказал: «Вы, французы, должны изменить пол виолончели, мы же не можем обнимать ногами мужчину…»

12 килограммов чуда

- Если родители захотят, чтобы их ребенок стал виолончелистом, к чему они должны быть готовы?
- Виолончель - это сложно и тяжело. Тяжело в самом прямом смысле. Футляр с инструментом может весить до 12 килограммов. Попробуйте поносить эту тяжесть в руках или на спине. К тому же для виолончели приходится покупать дополнительное место в самолете. За виолончелью, как за женщиной, необходимо ухаживать, давать отдохнуть после долгого концерта. Но у нее божественный звук, и за это ей можно простить все капризы.

- Виолончель - единственный музыкальный инструмент, чей звук похож на человеческий голос…
- Совершенно верно! Но не только… Виолончели подвластно все! Есть у меня коллега-китаянка. Ее муж - архитектор, он построил в саду их дома пагоду, и там они собрали коллекцию экзотических музыкальных инструментов из Китая, Индии, Малайзии, Японии, других стран. Например, один инструмент представляет собой обычную веревку, натянутую от одного угла потолка к другому, а на ней прикреплены бамбуковые трости, и когда к ним прикасаешься, создается эффект шума морского прибоя. Мы были у них в гостях, я попробовал этот звук изобразить на виолончели. Получается! Пробовал изобразить звуки других инструментов. Получается! На четырех виолончельных струнах можно сымитировать любой звук, кроме, скажем, звона колоколов или фортепиано.

Музыка включает целительные процессы в организме

- В медицине есть такое направление - музыкальная терапия. Каким образом музыка влияет на физическое состояние человека?
- Если бы знать, как это происходит… Но то, что музыку можно использовать в лечении, - это точно. У больных, слушающих определенные произведения, не только повышается общий эмоциональный фон, настроение, но и происходит улучшение показателей работы организма. Это подтверждается объективными результатами обследования.

Одна моя ученица практикует музыкальную терапию. Она составила специальную программу, в которую входят произведения классиков, и играет в больницах, госпиталях для тяжелобольных людей. Какие целительные процессы включает в организме музыка, мне непонятно. Но факт остается фактом - после концертов пациентам требуется гораздо меньше обезболивающих препаратов. Это доказано документально.

- Вы слышали и слышите много восторженных комплиментов. А был комплимент, который вам запомнился особенно?
- Однажды, это было в Бельгии, после концерта ко мне подошел огромный испанец. Он тряс мою руку и что-то долго-долго и очень эмоционально говорил. Я испанского языка не знаю и только улыбался в ответ: «Грасиас! Грасиас!» Потом ребята спросили меня: «А ты хоть понял, что он говорил?» «Ну, благодарил, наверное». Они рассмеялись и перевели. Оказывается, этот мужчина сказал: «Маэстро, сегодня я впервые пожалел, что я не женщина. Был бы женщиной, я бы непременно вам отдался, и у меня бы родился замечательный ребенок, который всю жизнь напоминал бы мне об этом волшебном концерте!» Такого комплимента мне больше никто никогда не делал!

«Телегу для виолончели!»

- В каком самом необычном месте вам приходилось выступать?
- Во времена Советского Союза победителей конкурсов посылали с концертами в самые отдаленные уголки страны. Был у меня концерт и для заключенных. Это было под Абаканом. Для меня и виолончели предоставили телегу и на телеге привезли в лагерь. Играл с аккомпанементом аккордеона. Концерт прошел нормально. Не прибили! Но наибольший восторг у заключенных вызвал «Чардаш» Монти. Жалели, что такая пьеса только одна.

На всю жизнь запомню гастрольную поездку по Казахстану. Прибыли из Москвы. Первый город в серии из 10 концертов - Уральск. На станции нас встретили представители филармонии, сокрушались: «Как жалко, что вы опоздали!» - «Как опоздали?» - «Жалко, что вы опоздали на поезд, который едет в Москву. Он уехал совсем недавно». Мы ничего не поняли. Нам объяснили, что у них начался курултай трактористов, в гостинице свободных мест нет, поэтому они решили отправить нас обратно в Москву. Но мы сказали: пока не сыграем, никуда не поедем.

- Место для ночлега нашли?
- Да, расселили нас в гостинице, в гладильной. Пианисту, так как он в дороге заболел, постелили на столе, мне - на полу на каких-то полотенцах и газетах. На следующий день дали 20 - 25-минутный концерт на ТВ и поехали дальше. Ехали 48 часов. Приехали. Концерт назначили через два дня. Решили скоротать время, поиграть в шахматы. Взяли батон белого хлеба, батон черного хлеба, слепили шахматы, на какой-то бумажке нарисовали шахматную доску и стали играть. К назначенному времени пошли в клуб. Навстречу нам люди - смеются, показывают на нас пальцами... Администратор признался: «Решили провести концерт не в 16 часов, а в 14. Но забыли вас предупредить, зрители уже разошлись». Вот так… Двое суток ехали, сыграли несколько партий в «хлебные» шахматы и уехали.

Мне кажется, каждый музыкант моего поколения может написать приключенческий роман о своей гастрольной жизни в СССР. И это будет увлекательное чтение!

Огромная благодарность пресс-службе казанского камерного оркестра La Primavera за помощь в организации интервью.