Хлебозаводу требуются штангистки

«На одном из городских хлебозаводов берут на работу без медкнижки», - удивила нас читательница. Справившись по телефону о вакансиях, я приняла решение трудоустроиться на этом предприятии инкогнито. И придумала легенду, по которой якобы при переезде потеряла трудовую и медицинскую книжки, хотя в прошлом работала поваром в частном кафе.

На хлебозаводе меня встречают пряный аромат гвоздики, сладкий запах выпечки и строгая начальница отдела кадров. Выслушав (довольно холодно) рассказ о катастрофе с документами, она обстоятельно изучает мой паспорт и страховое пенсионное свидетельство. Но от ворот поворот не дает: «Принесите ИНН и результат флюорографии, а там посмотрим». Во второй визит начальница куда приветливее. Бегло взглянув на принесенное, предлагает место в цехе мучных и кондитерских изделий. «У вас есть медкнижка?» - спрашивает напоследок. Я уже готова раскрыть карты, как руководитель ОК принимает решение: «Я, конечно, рискую, что беру без медкнижки, но пойду вам навстречу. Начните работать, а обследование пройдете в ближайший выходной». Нетребовательной к документам оказалась и начальница цеха. Гораздо больше ее интересовал круг моих обязанностей:

- Смена с 7 утра до 7 вечера. На обед дается полчаса. План большой - один человек должен выработать 120 кг теста в день. Первый день осмотритесь, затем два дня стажировки, которые будут оплачиваться наполовину. И никаких маникюров и косметики!

Когда же я робко призналась, что медкнижки у меня нет, начальница вначале нахмурилась, но потом согласилась дать недельку на ее получение.

- Мы хотим наладить круглосуточное производство, люди нам очень нужны, - объяснила она свою уступчивость.

Ни минуты простоя!

На следующее утро без десяти семь я стояла у проходной. Молодой мастер по имени Ришат провел со мной инструктаж по технике безопасности (бросил на стол кипу бумаг, которые я должна была изучить) и повел на рабочее место. Ни документами, ни хотя бы моими данными он не поинтересовался. В итоге я стала работником-фантомом с вымышленным именем. Ничего себе, думала, стараясь поспевать за своим провожатым. А вдруг я психбольная или страдаю инфекционными болезнями? Или того хуже - террористка, вооруженная биологическим оружием? Эти мрачные фантазии, видимо, пришли только в мою голову. Руководство же предприятия, судя по моему молниеносному трудоустройству, привыкло доверять людям.

Хлебозавод представлял собой огромный лабиринт, состоящий из длинных коридоров, больших и маленьких цехов, таких же печей (итальянских!) и конвейеров. Всюду чисто, везде светлый кафель, люди работают в белой спецодежде и головных уборах. Цех мучных и кондитерских изделий выпускает пироги, кексы и прочую сладкую выпечку. Она стабильно пользуется спросом у населения, поэтому план дается высокий. Как я упоминала, 120 кг теста на одного человека в смену. На достижение подобной высоты новичку понадобится несколько недель, а то и месяцев. Чтобы процесс пошел быстрее, его ставят к опытным. Моими наставниками оказались 27-летняя Элина и 20-летняя Олеся. Девушки уделили мне пару минут для знакомства, а дальше понеслось!.. Девиз кондитеров - «Ни минуты простоя!»

Грузите, девочки, грузите...

Сначала мы просеяли муку. Втроем подтащили 50-килограммовый мешок к горловине механической сеялки и с трудом его опрокинули. Забегая вперед, скажу, за день пришлось сделать три таких подхода. Руки сразу задрожали. Заметив это, Элина поручила мне принести из холодильника творог. Но и он не по 250 граммов, как в магазине, а в больших коробках по 5 кг. «Чтобы быстрее, бери сразу три», - советует наставница. Потом мне велят сбегать на склад за тремя коробками сливочного масла (20 кг каждая!) и молотым арахисом (5 кг упаковка). По дороге я, груженая как мул, размышляю, что женщине-труженице, между прочим, закон позволяет поднимать тяжести не больше 7 кг.

Тем временем огромные миксеры замесили тесто для слоек и кексов. Мы с Олесей раскатываем коржи для слоек, Элина раскладывает по формочкам тесто для кексов. Худенькая девушка играючи расставляет на печную этажерку большие противни с полуфабрикатами. Интересуюсь, сколько весит одна такая штука? «14 килограммов», - невозмутимо отвечает кондитер. С одного замеса изделий выходит на десять противней. Стало быть, хрупкая девушка привычно перетаскивает 140 килограммов? И это только с одного замеса! Отправив в печь слойки и кексы, принимаемся за ром-бабы. Закончили с ними, перешли на сдобные кольца. Пока переложили румяную ароматную выпечку в упаковки, второй замес уже готов. Работа понеслась по второму кругу! В результате уже к одиннадцати дня я не чувствовала под собой ног и с нетерпением ждала обеда, чтобы отдохнуть. Напрасно! Мои девчонки в столовую не пошли. Попили чайку, не отходя от рабочего места. «Время жалко, - объяснили они. - На обед полчаса уйдет, а у нас выпечка может подгореть». Мой обеденный перерыв длился... 15 минут. А в голове поселилась назойливая мысль: брось все прямо сейчас и беги с этой каторги! Не должна женщина испытывать такие физические нагрузки! Но вспомнив, что ответа на вопрос редакционного задания, почему руководство завода идет на грубое нарушение, допуская к работе в системе пищевой промышленности людей с улицы, я еще не получила, решила продолжить эксперимент. И призналась своим наставницам, кто я такая на самом деле. Девчонки отнеслись с пониманием.

Ее величество текучка

- Когда я устраивалась на завод три года назад, все было очень строго, - вспомнила Элина. - Меня поводили по цехам, показали, где буду работать, велели срочно пройти медобследование и лишь тогда подпустили к продуктам. А сейчас все по-другому: на заводе текучка. Руководство требует большой выработки, выполнить план очень тяжело. А не сделаешь норму - получишь копейки. В прошлом месяце мы с Олесей ежедневно вырабатывали 250 кг на двоих, радуясь, что получим по 6,5 тысячи рублей. Как бы не так! Заплатили нам около пяти тысяч. Кто согласится так работать за гроши? За эти годы я угробила здоровье: заболели ноги и опустились почки.

- У нас здесь в основном деревенские, - продолжила ее рассказ напарница. - Казанские не выдерживают и одного дня. А руководство хлебозавода мечтает об увеличении продукции и ночных сменах. Выпечка сейчас подорожала, продавать ее выгодно. Видимо, поэтому и берут людей без медкнижки. Но даже если она и есть, не факт, что у человека все нормально со здоровьем. Одна наша напарница купила у медсестры книжку с готовыми печатями за две тысячи рублей.

В четыре часа моя первая и последняя трудовая смена наконец закончилась. Когда я упаковывала четвертую коробку сдобных колец в пакетики, пальцы меня уже не слушались...

- Втроем мы выполнили сегодняшнюю норму, - прощаясь, сказала Элина. - Но завтра опять придется надрываться вдвоем.

КВ
Лента новостей